Глава 30 Старший умный был детина
Фома дежурил у машины. Парень вежливо общался с какой-то девушкой лет двадцати, в безразмерной кофте, короткой черной юбке и туфлях на высокой платформе. Весь ее наряд был черного цвета. Девица стояла ко мне вполоборота, и я заметил темный макияж на ее лице.
Девушка с улыбкой что-то увлеченно рассказывала Фоме, а Питерский с интересом слушал и кивал. Но заметив меня, он вежливо попрощался с собеседницей.
— Ну как, вашество? — поинтересовался он, когда я подошел к машине.
— Пока непонятно, — ответил я и открыл дверь авто. — По дороге расскажу.
Девушка с интересом взглянула на меня, затем попрощалась с Фомой и направилась к парадной. Фома же сел за руль, повернулся ко мне и уточнил:
— Куда едем, вашество?
— Вот сюда, — ответил я и вынул из кармана лист, на котором был записан адрес. Питерский взял его, развернул, шевеля губами прочитал написанное.
— Знаешь, где это?
— А то. Тут недалеко, — ответил Фома и завел двигатель. Авто выехало со двора.
— Это все по делу о наследстве? — уточнил Фома, когда машина выехала на дорогу.
— Да, — рассеянно ответил я. — Дело оказалось куда сложнее, чем казалось на первый взгляд.
— Такое бывает, — произнес Питерский. — Машенька сказала, что все жители дома переживают за Козырева. Но она лично уверена, что раз некромант взялся за дело, то все наладиться.
— Это та девушка в черном? — уточнил я.
— Ага. Вы наверно подумали, что у нее траур и кто-то в семье помер, — предположил парень и тут же продолжил, — я тоже поначалу так решил. И даже выразил соболезнование. Но оказалось, что ничего подобного не случилось. И Машеньке просто нравится так себя выражать.
— Надеюсь, ты не посоветовал ей обратиться к лекарю? — хмыкнул я.
— Ну, поначалу была такая мысль. А девчонка, оказывается, учится на зверского лекаря. И бабушке помогает. Значит с головой у нее все в порядке. Быть может она цвета не различает и потому не понимает, что синий намного красивее. Но от того, что я ей об этом скажу, она цвета видеть не научится. А значит, незачем е понапрасну расстраивать.
Я в очередной раз подивился логике Фомы и только кивнул, признавая его правоту. Все же здорово, что парень во всем умеет видеть хорошее.
— Так что с наследством? Получит младший сын что-то кроме кота и местных апартаментов?
— Тут особенный случай, с которым я сталкиваюсь впервые, — пояснил я, вспомнив исчезнувшего из квартиры призрака. И пересказал историю, которая случилась в квартире. Фома слушал, нахмурившись и не перебивая.
— Выходит, этот покойный Василий сделал тайник и натренировал кота к нему ходить? — уточнил он, как только я закончил рассказ.
Я покачал головой:
— Вряд ли. Хотя, это можно уточнить.
Достал из кармана телефон, набрал номер Шуйского.
— Слушаю, Павел Филиппович, — послышался в динамике голос начальника жандармерии.
— Добрый день, Дмитрий Васильевич, — начал я. — Не могли бы вы помочь мне в одном деле?
— Внимательно слушаю.
Голос в динамике мигом стал сосредоточенным.
— Мне нужно кое-что узнать по активам одного подданного. Василий Козырев, владелец Козыревской мануфактуры. Мне интересно узнать движения денег по его счетам.
— Постараюсь узнать, — рассеянно ответил Шуйский. — Как узнаю — позвоню вам.
— У вас все в порядке? — спросил я.
— Бывало и лучше, — кисло сообщил парень и добавил, понизив голос, — не знаю, как вы терпели своего батюшку. Он сдает мне дела и буквально взрывается по любому поводу.
— Намекните ему, что в выходные мы встречаемся в бане Морозова за городом.
— Мы? — тотчас уточнил князь.
— Я вас приглашаю. Полагаю, там будет Станислав Александрович. А вы с ним, как я понял, ладите. Думаю, что Филипп Петрович смягчиться, когда вспомнит о том, что кроме работы есть еще приятные дела.
— Нам всем не помешает об этом вспомнить, — протянул Шуйский.
Он завершил вызов. Я же откинулся на спинку сиденья, раздумывая о ситуации с Козыревым.
Василий передал управление всеми предприятиями детям до того, как занемог. Почему? Обычно, промышленники, особенно из числа людей которые создавали дело с нуля, очень любят свои предприятия. И нипочем не отдадут его в управление. Знал ли Козырев о том, что Николай разорит мануфактуру? Думаю, знал. Но не предпринял никаких попыток, чтобы это предотвратить. Почему? Непонятно.
Телефон в руке зазвонил. И я взглянул на экран, на котором высвечивался номер Шуйского. Принял вызов:
— У аппарата.
— Деньги со счета Козырева были сняты самим Василием, — произнёс начальник охранки
— Сразу все?
— Частями. А еще, у Козырева в аренде находится гараж, который он снял на срок девять лет. Оплатил аренду авансом.
— Ага, — пробормотал я. — И где этот гараж?
— Я скину вам адрес в сообщении, — ответил Шуйский и завершил вызов. Я же уставился на аппарат в руке.
Выходит, нет никакого тайника. Скорее всего, Василий начал какое-то новое предприятие, в которое и вложил всю наличность. Иначе зачем было снимать гараж так надолго? Причем начал он это втайне от детей, раз Сергей не обмолвился о гараже. Почему?
Ответ напрашивался один: дед из вредности решил сохранить тайну о новом гаражном деле. Чтобы дети искали остатки этого наследства, а он наблюдал за этим и развлекался.
Машина остановилась, и голос Фомы вырвал меня из раздумий:
— Прибыли, вашество.
Я взглянул в окно. Авто стояло во дворе, рядом с новым четырехэтажным домом, с красивым разноцветным фасадом. Такие дома обычно строили в пригороде, где была запрещена многоэтажная застройка. Доходных домов значит почти не было, потому что они были достаточно далеко
