И всё же, не важно. Завтра я уеду.
Выезжали утром. Солнце давно встало, но день был пасмурный, и потому всё вокруг казалось серым, как в рассветные часы.
Лошади нетерпеливо топтались на подъездной дорожке. Добираться до Фаргира собирались верхом. Оборотни, в отличие от лордов, предпочитали каретам лошадей, а удобствам – скорость. Уехали бы и вовсе от самых конюшен, но это было не по статусу наместнику. Он недовольно морщился задержке из-за ненужных церемоний, но терпеливо дождался, пока приведут лошадей. Хотя, казалось бы, посещал дворец не единожды, мог бы уже привыкнуть к неторопливым местным порядкам.
Я стояла рядом, в последний раз оглядывая императорский дворец. В окне на втором этаже сдвинулась занавеска. Эмма наблюдала за моим отъездом, но так и не вышла. Я махнула родственнице рукой и отвернулась.
На крыльцо вышел Альвиан. Все церемонии уже были соблюдены, а я с ним попрощалась накануне. Но он все равно пришел проводить нас.
- Хорошей дороги, Алиша, - сказал Альвиан. – Я знаю, что ты не станешь возвращаться. Ведь так? – он будто прочитал мои мысли. Я не стала отрицать, как и соглашаться.
- Мы не знаем, как повернется наша судьба, - неопределённо ответила я. И он улыбнулся мне в ответ с пониманием.
- Но всё же знай, что здесь у тебя есть друзья.
Я вернула ему улыбку, а он добавил:
- Если я что-то могу сделать для тебя сейчас, то говори.
Я не удержалась от короткого взгляда за его плечо, где в паре шагов недвижимой статуей стоял его телохранитель. Он смотрел в никуда, а лицо его не выражало ни единой эмоции. Я снова посмотрела на Альвиана и честно ответила, надеясь, что мои слова всё же будут услышаны:
- Боюсь, то, что мне нужно, ты не сможешь дать.
Я поклонилась ему, как принцу.
- Прощайте, Ваше Высочество.
- Удачи тебе, Алиша, - он кивнул, как и положено. И я вслед за другими оборотнями заскочила в седло.
Копыта лошадей зацокали по мощеной дорожке. Я больше не оглядывалась ни на дворец, ни на его обитателей, оставляя их не только за своей спиной, но и в прошлом.
И мысленно произнесла несказанные слова: «Будь счастлив, Виен Онсур».
Эпилог
Почти все гости, приглашенные на бал, разъехались. Во дворце стало тихо и спокойно. У Виена даже наконец появилось свободное время, которое он с непривычки не знал, чем занять.
Рана Альвиана благодаря усилиям Второго Магистра быстро заживала. Он все еще испытывал слабость после долгой работы, но уже открыто участвовал в делах, где было необходимо его присутствие.
Конечно, после свадьбы информацию о покушении пришлось раскрыть. Но время и работа Второго Магистра сделали свое дело – Альвиан не выглядел слишком ослабленным раной, и лишних пересудов во дворце и среди лордов не случилось. Раскрыт был и заговор – лишь малая его часть, связанная с леди Грелль и её семьей. И если остальные заговорщики и планировали что-то кроме разговоров за чашкой чая, то теперь испуганно прятались. На некоторое время можно было расслабиться.
Однако Виену расслабляться было нельзя. Едва Альвиан почувствовал себя достаточно здоровым, уже пытался вернуться к прежнему образу жизни. Нельзя было сказать, что он игнорировал свои государственные или супружеские обязанности. Казалось, что и он сам, и Мелания вполне довольны друг другом. Виен боялся, что принц не так быстро сможет расстаться с мыслями об Алише и будет вежливо холоден к Мелании. Но он, если и переживал об уехавшей служанке, то не подавал вида. А еще умудрился, как и прежде, сбежать из дворца. На этот раз не один, а вместе с молодой женой. Мелания Эверсон казалась правильной во всех смыслах, и Виен надеялся, что Альвиан станет серьезнее вместе с ней. Но произошло всё совсем наоборот.
Виен тяжело вздохнул. Конечно, он первый нашел их тогда. Альвиан и не скрывался от своего телохранителя, как и прежде. Но именно в тот день Виен остро почувствовал, как ему не хватает Алиши. Он видел счастливые лица Альвиана и Мелании, а мысли возвращались к тем дням, когда они сидели в недостроенном доме в парке летнего дворца втроем с Алишей или уже после, вчетвером, с её хозяйкой. Он гнал мысли о ней – ведь он пообещал себе навсегда забыть о девушке и думать только о безопасности будущего императора.
Но даже сейчас, стоя возле окна, он вглядывался в дождливую дымку, размывавшую очертания ворот, силясь разглядеть её силуэт. Чего он ждал? Что она поступит по-своему? Она не станет. Виен сам отказался от неёе. А Алиша слишком горда, чтобы навязывать своё общество. Это он понял сразу по её холодному взгляду. Он видел, что она наблюдала за ним и на свадьбе Альвиана, и после. Но она не сделала больше ни одной попытки вновь заговорить с ним.
В груди было больно. Он привыкнет к этой боли, как привык к жжению браслета. Ведь даже если Алиша и решится нарушить приказ императора и сбежит от оборотней, то сюда не вернется. Однако разум снова и снова рисовал её образ на подъездной дорожке.
Этого не произойдет, напомнил он себе. И Виену, как и его хозяину, стоит оставить воспоминания о ней в прошлом.
- Отвратительная погода, - Альвиан подошел к окну и встал рядом с Виеном. – Хотел прогуляться с Меланией по городу, но вряд ли сегодня дождь закончится.
- Если ты снова собрался «гулять» своим излюбленным способом, то я рад, что погода испортила твои планы.
- Не ворчи, – усмехнулся Альвиан. – Иногда ты хуже моего отца. И нет. Я не собираюсь «гулять» так каждый раз. Иногда можно и по-королевски, через парадные ворота и со свитой. Почему нет? Мелания достойна пышных выездов.
- Я рад, что она тебе нравится.
- Да, я думал, леди Эверсон будет занудой. Но я рад, что ошибался.
Оба замолчали, глядя на стекающие по стеклу капли.
- Я тут кое-что подумал, - протянул Альвиан.
Виен оглянулся на принца, губы того растянулись в довольной улыбке, а в глазах плясали озорные искры – это «кое-что» предвещало новые проблемы. Виен усмехнулся – будет повод отвлечься от ненужных мыслей.
- Ты должен догнать оборотней и быть вместе с Алишей, - продолжил Альвиан.
- Мой долг – охранять тебя, - устало возразил Виен. – Я не могу покинуть дворец.
- Это приказ, - мягко сказал Альвиан, улыбнувшись еще шире.
Продолжение следует...
