- Не смущайтесь. - Ученый дружелюбно смотрит на Николая. - В вашем возрасте и я певал "Сербияночку". А про стечение обстоятельств нам известно. Вы поступили правильно: пока проблема не решена, лучше, чтобы о ней поменьше говорили. Во избежание нелепых толкований. Помните статью о "чуде в Бабьегородском переулке"? Неправильно истолковали коэффициент полезного действия и расписали в газете, что, дескать, на заводе кондиционеров создана установка с КПД больше ста процентов... Ваша-то установка не в переулке ли была? - спрашивает он вдруг.
- В переулке, - немного растерянно отвечает Николай. - В Бондарном переулке...
- Вот видите. - Григорий Маркович негромко смеется. - Чудо в Бондарном переулке.
В комнату входят трое: китаец неопределенного возраста, в восьмиугольных очках, молодой - чуть постарше Николая - невысокий крепыш в спортивной куртке и румяная девушка в сером костюме. Пожимая руку крепышу, Николай замечает у него на лацкане куртки значок яхтсмена-перворазрядника. Крепыш тоже видит такой же значок в петлице Николая. Они улыбаются друг другу. Николай пугается, как бы в его улыбке не проскользнуло чувство превосходства, свойственное морякам соленой воды при встречах с пресноводными коллегами, и гонит ее с лица. Что-то у него сегодня неблагополучно а улыбками.
Николай рассказывает об опыте в Бондарном переулке. Все внимательно слушают. Китаец записывает в блокноте.
- Таким образом, - заключает Николай, - мы вовсе не думали о проницаемости. Мы хотели усилить поверхностное натяжение ртути, и только.
- Картина представляется яснее, - говорит академик. - А теперь послушаем Василия Федоровича.
Крепыш в спортивной куртке раскладывает на столе несколько схем и фотографий. Следует короткое сообщение. Они построили установку, полностью дублирующую опыт в Бондарном переулке. Конечно, она снабжена точными записывающими приборами. Камертонный прерыватель заменен более совершенным устройством. Вот принципиальная схема...
Затем Григорий Маркович приглашает инженеров осмотреть установку. Она в другом здании, так что приходится одеться и выйти.
Снова похрустывает под ногами снег, морозный день искрится и щедро льет смолистый хвойный дух.
Григорий Маркович с Приваловым и китайцем идут впереди. Молодежь немного приотстала. Николай узнает от своих спутников, что китаец - доктор наук, специалист по поверхности раздела жидкостей, а зовут его Ли Вэй сэн. И что Василий Федорович недавно защитил кандидатскую диссертацию об электростатических явлениях, возникающих в клеевых пленках при схватывании клея. Румяную девушку зовут Лида Иванова, можно без отчества, она не физик, а инженер из управления по строительству трубопроводов, а здесь она находится для координации вопросов новой техники; ей нравится Ефремов, хотя лично она "Туманность Андромеды" написала бы иначе.
Кроме того, Николай успевает обменяться с Василием Федоровичем мнениями о способах складывания спинакера и договориться на воскресенье вместе поехать в Химки, чтобы Николай попробовал свои силы на парусном буере.
Они входят в небольшое одноэтажное здание. Вот и установка. Николай смотрит во все глаза. Да, это тебе не Бондарный переулок, думает он. Впрочем... Впрочем, в принципе никакой разницы. И здесь, как в переулке, возвышается кольцо Мебиуса.
Внутри кольца укреплены две штанги, прижатые друг к другу мощными электромагнитами. Когда режим установки создаст условия проницаемости, штанги проникнут друг в друга. Но пока режим не найден. Стрелки приборов стоят на нулях.
В том, первом здании, в звуконепроницаемой комнате магнитофон воспроизводит злосчастную "Сербияночку". Звук преобразуется в электрические колебания, которые записываются на ферромагнитную ленту в виде, пригодном для обработки на электронно-счетной машине. Цифры, обозначающие частоты, переводятся в двоичную цифровую систему, имеющую только два знака: ноль и единицу.
Число, которое в обычной десятичной системе изображается знаком "2", в двоичной системе пишется, как "10", тройка - "11", четверка - "100", пятерка - "101", и так далее. Для людей эта система слишком громоздка: число "16", которое мы обозначаем двумя знаками, в двоичной системе пишется пятью: "10000". Но для электронной машины это очень удобно. Все ее действия основаны на комбинациях: есть импульс - значит, единица; нет импульса - ноль. Когда задача выражена такими цифрами, машина справляется с ней мгновенно.
Институтская электронно-счетная машина имела такую задачу. Она "знала" все параметры схемы, где была только одна неизвестная величина. Если бы Валерик не опрокинул камертонный прерыватель, грузики остались бы в том же случайном положении, когда получилась проницаемость. А теперь приходилось пропускать установку через все частоты, встречающиеся в Юриной музыке. Электронная машина непрерывно составляла и решала ряды уравнений; их результаты в виде электрических команд последовательно передавались на установку.
- Человеческой жизни не хватило бы, чтобы перебрать все комбинации, говорит Григорий Маркович. - У вас получилось случайное совпадение, а повторение случайности - дело практически немыслимое. Будь это лет двадцать назад, пришлось бы просто махнуть рукой.
- Григорий Маркович, разрешите узнать, - осторожно спрашивает Привалов, - у вас уже сложилось мнение относительно... э-э... причин проницаемости?
- Об этом, Борис Иванович, говорить еще рано. Но, полагаю, наш друг Багбанлы в принципе совершенно прав: все дело в перестройке внутренних связей вещества. При перестроенных связях проникновение идет по межатомным и межмолекулярным пустотам, которые огромны сравнительно с элементарными частицами.
- А если орбиты внешних электронов пересекутся при встрече? спрашивает Николай.
Академик улыбается:
- Жолио-Кюри как-то сказал, что, говоря о структуре атома, надо отказаться от образных представлений. Человеческому воображению это не пол силу. Только математика может дать представление о действительности. Но, если попробовать выразить словами, никаких круговых орбит нет. Есть амплитуды колебаний электронов.
- Еще вопрос, - говорит Привалов, - какова, по-вашему, физическая природа поля кольца Мебиуса?
Ученый шутливо поднимает вверх обе руки.
А Ли Вэй-сэн, показав в улыбке крупные зубы и тщательно выговаривая слова, замечает:
- Товарищи с юга нетерпеливы. Товарищи с юга не хотят подождать два года или один год.
- Пока что могу сказать вам только одно. - Григорий Маркович, слегка сутулясь, подходит к Привалову и выставляет вперед длинный и тонкий указательный палец. - В обычном кольце токи высокой частоты, текущие по наружной и внутренней поверхностям, проходят разный путь. В кольце Мебиуса, имеющем одну поверхность, токи текут не обычным путем. Происходят какие-то особые явления. Разумеется, в определенной частотной обстановке. Ну-с, пойдем дальше. - Он ведет гостей в другое помещение. - Поверхность Мебиуса в высокочастотном контуре - на редкость счастливая догадка, говорит он, идя по широкому коридору. - Она открывает отличные перспективы, о которых вы, быть может, и не подозреваете. Но, поскольку выдвинута конкретная задача - подводный нефтепровод, - мы решили на первом этапе привязать работу именно к этой задаче. Собственно, задач у нас две. Усиленное поверхностное натяжение должно придать нефтяной струе локальную форму - это раз. Сопротивление ее движению требуется свести до минимума и-ли вовсе снять за счет проницаемости - это два. Правильно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
