Вдруг, земля ощутимо вздрогнула. Толчок был мощный, но наверняка был где-то очень далеко.
Затем еще один толчок, но уже более ощутимый. Где-то далеко что-то гулко взорвалось.
Через несколько секунд послышался еще один взрыв, но гораздо ближе. Выглянув из прохода, я заметил, как далеко сзади показалась огненная вспышка. Ее частично перекрывал застрявший в туннеле корпус «Боевого Крота». Я сразу понял, что происходит – работает система экстренного уничтожения. Теперь дошла очередь и до «Астры». Вероятно, за то время пока мы находились в машине, «Гамму-3» уничтожал тот же поток адского огня, который стал причиной смерти Рафа. Просто о ее ликвидации мы ничего не знали. Вероятно, система работала определенными этапами, с какими-то периодами затишья.
- А, черт! – растерянно крикнул я. Мои глаза наверняка расширились от ужаса, когда я осознал, что нас ждет.
Затем быстро, со всей скоростью, которой мог, я нырнул обратно в воздуховод, громко заорал парням впереди. – Живее! Сейчас тут все сгорит!
Где-то, может в трех-четырех сотнях метров, раздался очередной гулкий взрыв. То ли сдетонировало вооружение «Боевого Крота», то ли его реактор.
Кое-как ухватившись руками за поручни, я со всей возможной скоростью полез вверх.
Получалось плохо. И Костолом с бесчувственным диггером и Миша с раненым плечом, находились гораздо выше меня и все равно поднимались быстрее. Мне же, перебирать одной рукой со сломанными пальцами было очень неудобно и тяжело. Помимо этого поврежденное плечо тоже не позволяло двигаться так, как того требовала складывающаяся ситуация. Несколько раз я едва не соскальзывал, но вовремя хватался пальцами другой руки.
Совершенно ожидаемо, что вскоре, в самом низу шахты, прямо подо мной, показался ярко-оранжевый вал пламени. Он с ревом поднимался вверх, грозя прожарить до хрустящей корочки всех нас.
Я не видел того, что было вверху. Но зато происходящее внизу лицезрел без всякого желания. На меня накатил дикий приступ паники. Все мое внутреннее «Я» понимало, что вот он – конец. Что все мои отчаянные попытки спастись и помочь остальным, закончатся вот так вот – в огне, всего в десяти метрах от спасения.
Поднимающийся, но уже частично рассеявшийся вал пламени все-таки добрался до меня. Все тело, начиная с ног, обдало раскаленным облаком крайне перегретого воздуха.
Я едва успел зажмуриться. Волосы, брови и ресницы частично оплавились. Пальцы предательски соскользнули, а от накатившей ошеломительной боли я не смог даже совладать с собой. Шок, вместе с всепожирающей болью сковали мое и без того многократно израненное тело.
Я беспомощно замахал руками, пытаясь зацепиться хоть за что-то.
Боль затмила собой буквально все. Уже угасающим сознанием я еще успел заметить, как ноги Михаила пропали из вида. На мгновение я увидел робкий луч солнца, скользнувший в шахту.
- Все-таки утро, – обрывки последней, совсем не к месту мысли, пронеслись у меня в голове.
Затем все поглотил мрак.
Падение. Удар. Все.
Эпилог
Старик Картавин сидел на старом кривом кресле. Перед ним была панель управления системой уничтожения всего комплекса. Она включала в себя не только «Лямбду», но и все остальные военные объекты.
Рядом с ним стояла практически пустая бутылка водки. За прошедшие сутки, с момента ухода Максима, он только и делал, что пил и вырубался. Приходил в себя, снова пил и опять отключался.
Рядом стоял старый механический будильник. Старик постоянно бросал на него нетрезвые взгляды.
Во время очередного пробуждения, он задумчиво откинулся на спинку кресла и подумав некоторое время, одну за другой выжал все десять кнопок активации системы уничтожения в «Гамме-3».
- Сдохни, старый урод! – пробурчал Картавин, думая только об одном человеке. О Вильгельме. Наверняка он был еще там.
Он с благоговением смотрел, как на панели вспыхивают красные лампы, символизируя активацию того или иного взрывного устройства. Но почему-то сработали не все.
В ярости он грохнул кулаком по панели, отбросил в сторону практически опустевшую бутылку, а затем, без всякого расчета просто выжал кнопки активации еще и «Лямбды». По вздрагиваниям стен и пола, он понял – сейчас все закончится. Он ждал очередного взрыва, рассчитывая покончить с тридцатилетним ожиданием быстро и решительно. Особенно теперь, когда он остался последним.
Но вопреки его ожиданиям, и на этом объекте взорвалось не все. Из десяти взрывов, он ощутил только восемь.
Картавин устало опустил голову, уперся лбом в панель и медленно прикрыл глаза.
Когда он открыл глаза в следующий раз и посмотрел на одиноко стоящий будильник, прошло уже почти два с половиной часа.
Бросив быстрый взгляд на панель «Астры-1», он незамедлительно выжал все оставшиеся кнопки. Затем сунув руку в карман, вытащил оттуда пистолет «Макарова», проверил магазин и поднес его к виску. Глубоко вздохнув, он решительно нажал на курок.
Одинокий выстрел прогремел в пустом помещении, а эхо разнесло его по близлежащим коридорам...
***
- Двигайся живее, ну! – Юрген буквально рычал, подталкивая стволом пистолета-пулемета девушку в спину.
Катя нехотя перебирала ногами, спотыкалась. Пару раз падала.
Она даже не заметила, как сбоку промелькнули деформированные остатки сразу двух столкнувшихся и слетевших с рельс дрезин.
Вот справа попался какой-то узкий проход. Штрасс затолкал туда девушку, заглянул вверх, но практически ничего не увидел.
- Лезь наверх! – приказал он, грубо толкнув Катю в спину.
Та не сдвинулась с места.
От накатившей злости, страха и отчаяния, он отвесил ей звонкую пощечину. От неожиданности Катя упала на колени, бросила на Юргена затравленный взгляд.
- Вставай! Лезь наверх, живо!
Она нехотя, нарочито медленно ухватилась руками за перекладину, затем неторопливо полезла вверх. Штрасс двинулся следом, постоянно ругаясь и угрожая расправой.
Выбравшись наружу, она сразу же ощутила холодный, невероятно свежий зимний воздух. Вокруг было практически темно, лишь где-то слева начинало светать. Или это был закат?
Девушка бросилась бежать, но уже через несколько метров обессиленно рухнула на мерзлую землю. Штрасс выбрался следом, но не успел даже отойти от шахты воздуховода. Где-то совсем рядом вспыхнул яркий луч света, а затем сразу же прокатилась громкая команда:
- Бросить оружие! Руки на затылок!
Тот оцепенел, но оружие не бросил.
К нему приближались двое. Оба в черной униформе.
Юрген бросил быстрый взгляд в сторону – чисто. Он потянулся за стволом, намереваясь воспользоваться оружием и сбежать, но не успел. Прогремела автоматная очередь. Почти все пули попали в цель.
Умирающий Юрген еще успел увидеть, как над ним склонилось человеческое тело в маске. На груди была отчетливо различима нашивка с желтыми буквами – «Альфа».
А в стоящей неподалеку машине, с удрученным видом сидел Сергей. Рядом с ним о чем-то беседовали офицеры, облаченные в форму спецназа ЦСН...
***
Бульдог уже не смотрел на Вильгельма. Тот давно не подавал признаков жизни.
Уже третьи сутки они сидели взаперти. После того, как старший Штрасс бросил своего сына и вернулся в лабораторию, с массивной входной дверью что-то произошло. Ее намертво заклинило и как наемник ни пытался, он так и не смог ее открыть.
Вильгельм, забыв про все на свете, ни на шаг не отходил от капсулы с мозгом. Разглядывая ее восхищенными глазами, он чуть ли не с вожделением гладил защитную дверь. Но на третьи сутки, старый безумец, все-таки решился на чудовищный ход - открыть камеру. Едва он это сделал, как мгновенно, импульс неизвестной силы поджарил ему мозги.
Сколько прошло времени Бульдог не знал.
Последнее, на что обратил внимание ослабевший от голода и жажды слетевший с катушек командир второй группы наемников, так это гулкие взрывы, сотрясающие весь комплекс генетических лабораторий...
