и Храма истины оставалось больше пятисот километров. Но для удобства персонала были проложены короткие маршруты, пересекавшие как перевалы «хребты» изогнутого пространства. И уже по ним дорогу получится сократить на четыре пятых, а может, и сильнее. Скорее всего, так их и догнало чудовище: один такой переход находился недалеко от болота, а вёл как раз к устью реки. Видимо, Николай Румянцев его нашёл и каким-то образом воспользовался. Потому-то и нужно было тварь уничтожить, так как оставалась вероятность, что она пройдёт по их следу и через остальные переходы.
То, что пещера закончилась, а выход прямо перед ними, поняли друзья не сразу, настолько густой молочный кисель висел снаружи. Еле-еле через него, как сквозь плотные занавески, серело бледное туманное утро. Остро пахло сыростью.
— Разворачиваем здесь? — спросила Оля. — Сейчас?
И невольно поморщилась, в плотном белом воздухе царила глубокая мёртвая тишина, неприятно глотавшая любые звуки.
— Да, — подтвердил Михаил. — Не вижу смысла ждать. Сенсорам коптера туман не помеха, пространство для взлёта есть. Направление горы определяется поисковыми плетениями тоже без проблем. И не думаю, что если спускаться ниже по тропе, туман осядет быстрее. Зато там могут ждать обезьяны.
Пока Алиса, как лучше всего понимавшая язык, запускала мобильный контрольный пост с объёмным голографическим экраном, Михаил с Олей готовили коптер… Хотя «готовили» — слишком громко сказано. Оттащить чуть ниже по тропе ящик, дальше Михаил зачитывал пункты инструкции, а Оля нажимала кнопки в указанной последовательности. И оба при этом себя ощущали дрессированными обезьянами, которые выполняют последовательность действий, не понимая смысла, но точно зная: в конце мигнёт лампочка, и упадёт банан. Зелёная лампочка на боку коробки мигнула и сейчас, а в качестве банана матово-чёрный параллелепипед выдвинул крепления, посадочные опоры, винты, сменил форму на обтекаемую и превратился в аналог хорошо знакомого Михаилу дрона-квадрокоптера.
Оставалось лишь подвесить на встроенное крепление нужный груз. Ну и попутно гадать — то ли Михаил такой умный, по опыту прошлой войны на Украине, когда на типовые гражданские коптеры подвешивали от бутылок воды и лекарств до гранат и мин на сброс, вот и навострился крепить что угодно к чему угодно… То ли альвы давным-давно пришли к той же самой мысли, а отсюда крепления на коптерах стандартизированы и без труда переналаживаются как на жёсткий закреп, так и на сброс по команде.
Когда Михаил и Оля вернулись, Алиса доложила:
— Всё готово. Сигнал стабильный, коптер идентифицирован и добавлен в систему.
Хотя ещё в лаборатории на виртуальном симуляторе потренировались все трое, сейчас управление дроном-коптером взял на себя Михаил. У него единственного был хоть какой-то реальный опыт. Пусть даже умная автоматика альвов была готова сама исправлять ошибки оператора, всё равно не стоило рисковать.
— Отлично. Тогда как планировали и слушай мою команду. Алиса вторым номером, я первым, Оля — пока следишь, дальше заменишь меня, — и невольно передёрнул плечами.
Не то от сырости, не то от самой натуральной научно-фантастической картины вокруг: три исследователя чужих планет в серо-зелёных комбинезонах готовятся запускать робота-разведчика. Стоят возле контрольного терминала, тоже родом из научной фантастики, и глядят на развёрнутый в воздухе перед собой широкий голографический экран. Михаил и Оля как операторы-дроноводы, а лучше остальных знавшая язык Алиса за штурмана и техника.
— Так точно, — девушки ответили синхронно и с такой серьёзностью, что Михаил еле сумел подавить смешок.
Планы были продуманы и рассчитаны ещё в лаборатории, так что сейчас Михаил командовал больше по привычке. Перед боем, хотя солдаты всё, конечно же, обязаны знать и так, приказ обязательно отдаётся вслух: чтобы исключить малейшую двусмысленность, которая может оказаться гибельной. Формально они, конечно, не в армии, но Михаил в один из вечеров травил байку про сдачу экзаменов в Москве, и как ему попался забавный вопрос по кодексу Игоря Второго. Дескать, про этот раздел кодекса так редко сейчас вспоминают, что для одного члена комиссии, который представлял городской отдел образования, но по основной специальности был математиком, билет оказался настоящим открытием. Да и остальные члены комиссии, кроме троих преподавателей, непосредственно принимавших экзамен, про этот пункт вспомнили с огромным трудом. Оказывается, каждый дворянин, даже не служивший в армии, автоматически на совершеннолетие получает чин старлея. Глава рода носит чин майора, наследник — капитана. Ну а маги, даже не дворяне, сила которых превышает некоторое пороговое значение, автоматом получают младшего лейтенанта. Причём без разделения на мужчин и женщин. Пускай всё и действует лишь во время войны или в зоне чрезвычайной ситуации.
И мол, всё это он рассказал к тому, что хотя Алиса и не дворянка, но своим недавним увеличением магического резерва как раз перешагнула минимальный порог — и можно её поздравить с получением звания младшего лейтенанта. К удивлению Михаила, девушки восприняли его рассказ неожиданно серьёзно, Оля заявила, что у них как раз особая ситуация. А отсюда «спящие» звания становятся действующими до момента, когда они покинут Полигон. Оставалось мысленно развести руками и растерянно признать, что армейская романтика с погонами, званиями и всем прочим манит не одних лишь мальчишек, но и девочек.
Коптер практически бесшумно поднялся в воздух. Радар и сонар немедленно обрисовали картину местности, от горы сзади до огромной котловины сразу после обрыва. Алиса негромко зачитывала бегущие столбиком в углу показания расстояния, высоты, скорости ветра и всё остальное. Оптический канал пока закрывала молочная белизна. Но вот дрон поднялся выше уровня облаков, волны тумана рассеялись, и на экране наступил ясный день. Пускай внизу белёсая мгла ещё ползла по дну колодца горы и долины, и туман свёртывался неопределёнными складками.
Какое-то время внизу тянулись многочисленные, подёрнутые дымкой бугры и провалы, окрашенные в прозрачно-голубые и белые облачные тона, морской пейзаж из громадного заслона облаков, растягивающихся в виде полуостровов, островов и заливов с вытянутыми в небесное море косами. Когда радар показал, что коптер висит примерно около начала тропы, Михаил осторожно повёл его на снижение. Сканер биологических объектов тут же проснулся, напечатав целую простынь информации.
— Включаю отсечку по заданным параметрам, — сказала Алиса. — Обезьяны оказались достаточно недоверчивы. Сколько тут дней прошло, но пять или шесть самцов всё равно нас стерегут.
— Включать сброс? — уточнил Михаил.
— Сдвинься на сто пятьдесят метров вперёд. Да, здесь. Ты над условным центром засады. Бросай.
Вниз полетел блок, который для себя Михаил обозвал «генератором страха». Его использовали, когда во время активной фазы по каким-то причинам надо было распугать в округе всё зверьё. Например,
