Тут, друзья, любопытно другое. Я умышленно просмотрел биографию этой удивительной личности, опубликованную еще в советские времена. Специально, чтобы избежать тенденциозности в подходе. В бытность СССР с основоположника, можно сказать, сдували пылинки, за намеки, вроде приведенных для примера выше, вполне могли и посадить, а если что и ретушировали, то в лучшую сторону, естественно. Словом, никому бы и в ум не пришло рисовать Маркса реинкарнацией жреца древнего Луксорского братства, слугой Люцифера или агентом влияния на жалованье британских спецслужб. Но вот что обращает на себя внимание в первую очередь, если присмотреться к его биографии. Этот родившийся в семье преуспевающего адвоката из Трира человек, после учебы в Боннском, а затем Берлинском университетах, палец о палец не ударив (я имею в виду, ради хлеба насущного), преспокойно разъезжал по всей Европе, жил то в Кельне, то в Париже, то в Брюсселе, работал над революционными теориями и ни в чем себе не отказывал. Спрашивается, кто же его все это время кормил?
Понятно, откуда пошли разговоры об иллюминатах, в ряды которых Маркс якобы затесался, то ли еще со студенческой скамьи Берлинского университета, то ли много позже, когда они с Энгельсом, пребывая в Брюсселе, примкнули к тайной Лиге свободных людей, одному из подразделений злокозненного ордена. По мысли некоторых исследователей (Тарпли, Ларуш), в основу «Манифеста Коммунистической Партии», написанного Марксом и Энгельсом по заказу этой организации, легли слегка модернизированные идеи Адама Вейсгаупта. Из-под пера Маркса, мол, вышел эдакий ремикс, заточенный под нужды современности. С добавлением риторики об антагонистических противоречиях, классовой борьбе, неизбежном крушении капитализма и переходе к коммунистической формации через диктатуру пролетариата. Немецкие товарищи заказали работу Марксу не с кондачка, встречались с ним прежде в Лондоне и уважали как профессионала самой высокой пробы. Практически одновременно с выходом «Манифеста» Лига свободных людей сменила вывеску, став именоваться Союзом коммунистов…
Кстати, по утверждению биографов, в Брюсселе Маркс с Энгельсом оказались не от хорошей жизни, а потому, что их преследовали агенты реставрированных на французском троне Бурбонов. Реставрировали их, как вы помните, союзники по антинаполеоновской коалиции, британцы, пруссаки, австрияки и русские, а основоположники, понятно, вели непримиримую борьбу. После публикации «Манифеста» к французской охранке подключилась бельгийская тайная служба, и приятели вернулись обратно, в Париж. Благо, в феврале 1848 г. там как раз подоспела революция (так называемая Февральская), в результате которой последний французский король Луи-Филипп (из младшей ветви Бурбонов) слетел с престола468. Летом того же года президентом вновь провозглашенной республики стал племянник Наполеона Бонапарта Луи-Наполеон. Тот самый, которому вскоре предстояло совершить переворот, провозгласив себя императором Наполеоном III, и устроить в Париже кровавую заварушку (1851). Поучаствовать в Крымской войне на стороне Британии (1853–1856), организовать совершенно необъяснимую с точки зрения французских интересов экспедицию в Мексику (1862), с позором проиграть войну пруссакам, угодить в плен и отречься от власти. Линдон Ларуш называет Наполеона III марионеткой британского правительства, эдакой жалкой пародией на своего великого предшественника и дядю. И кое-какие основания у него к этому есть, если уж на то пошло.
V. Лженаполеон
Он – упорный честолюбец и властолюбец, абсолютно лишенный каких-либо моральных сдержек в основных целях, в конечном счете всегда эгоистических, без малейшего труда пойдет на любой самый бессовестный обман, на самое обильное кровопролитие, на самую явную и наглую демагогию, если она в данный момент полезна для него.
Е. Тарле о Наполеоне III. «Крымская война»
О, бурь заснувших не буди:
Под ними хаос шевелится!
Федор Тютчев
Сей диктатор и авантюрист, мнивший себя вторым генералом Бонапартом, родившийся у Гортензии Богарне от младшего брата Наполеона Луи в 1808 г., вырос в Швейцарии, куда его мать перебралась после крушения империи. Он и служил в швейцарской армии, где получил капитанский чин…
Тарпли называет будущего императора Второй империи «террористом и писателем из группы уже знакомого нам Джузеппе Мадзини», основателя пресловутой «партии стилета». Вероятней всего, именно так и есть. По крайней мере, биографы говорят о его обширных связях с итальянскими карбонариями. Луи-Наполеон даже принял участие в мятеже против папской власти (1831), организованном группой карбонариев Чиро Менотти469. Правда, сам заговор провалился, кто-то сдал его участников властям, карбонариев перехватали и без лишних разговоров повесили. Луи-Наполеону посчастливилось спастись, биографы говорят, он счастливо пересек границу с британским паспортом. Наверное, каждому швейцарскому капитану вручают такой документ для порядку…
Судьба круто переменилась к Луи, когда в следующем, 1832-м, скоропостижно скончался двадцатилетний герцог Франц Рейхштадтский, он же – Наполеон II, единственный законный сын Бонапарта, содержавшийся в венском замке Шенбрунн470. Став, таким образом, новым главой дома Бонапартов, Луи-Наполеон начал с организации увенчавшегося провалом мятежа нескольких французских полков, но был арестован солдатами. Как ни странно, ему снова удалось выйти сухим из воды, написав покаянное письмо королю. Очутившись в Англии, заговорщик-неудачник издал (очевидно, на средства, любезно выделенные лордом Пальмерстоном) трактат «Наполеоновские идеи» (1838), смысл которого сводился к тому, что, мол, во всем был дядюшка Бонапарт хорош, в одном лишь прокололся, следовало с Великобританией дружбу водить, а не задираться на ровном месте.
Кто бы сомневался, что под такие «идеи» ему отвалят еще больше денег, иначе откуда б ему было наскрести на пароход и скромный такой экспедиционный корпус. Однако и эта очередная попытка захвата власти во Франции потерпела фиаско. В 1840 г. Луи-Наполеона схватили в Булони, судили и дали пожизненный срок. В тюрьме он занимался самообразованием, писал труды на социалистические темы, грозился сделать рабочих хозяевами средств производства, словом, стал бы и марксистом, если бы только Маркс успел написать к тому времени свой «Капитал». Я нисколько не преувеличиваю, не для красного же, в самом деле, словца Энгельс чуть позже писал: «При первом же победоносном восстании французского пролетариата, которое всеми силами старается вызвать Луи-Наполеон, австрийские немцы и мадьяры освободятся и кровавой местью отплатят славянским народам. В ближайшей мировой войне с лица земли исчезнут не только реакционные классы и династии, но и целые реакционные народы. И это тоже будет прогрессом» 471.
О реакционных народах – чуть ниже, с восстанием пролетариата Энгельс не промазал, хоть и отлилось потом этому пролетариату при Наполеоне III по полной программе, что же до обещанных войн, то да, их действительно в самом скором времени случилось предостаточно. Однако обо всем по порядку.
Бежав из заключения в 1846 г., будущий Наполеон III в который раз скрылся в Англии. Ну а вернувшись оттуда спустя еще два года, когда началась Февральская революция 1848 г., совершил головокружительный взлет. В том же 1848 г., наобещав развесившим уши французам молочные реки в кисельных берегах, каждой бабе по мужу и каждому мужу по бабе, Луи-Наполеон стал первым из французских президентов. Соперники остались далеко позади, никому из них и в голову не пришло проникновенно клясться по прошествии четырех лет оставить после себя «твердую власть, неприкосновенную свободу, осуществившийся прогресс, облагодетельствованную семью» и прочие весьма заманчивые вещи. Как вы, вероятно, догадываетесь, друзья, все, за исключением «твердой власти», из списка можно было смело вычеркнуть. В 1851 г., разогнав Национальное собрание и арестовав самых влиятельных оппонентов в ходе молниеносной операции «А ну-ка пройдемте, гражданин», Луи-Наполеон совершил конституционный переворот. Чтобы никто не усомнился, шутки в сторону, верные ему войска утопили столицу в крови. О моральном аспекте дела можно было не беспокоиться, папа Пий IX, впоследствии поставивший абсолютный рекорд по части продолжительности пребывания в роли понтифика (31 год) и причисленный церковью к лику блаженных, отправил путчисту свое благословение. Еще бы ему не отправить, не удержаться бы папе на Святом престоле, если б не французские штыки. Любопытное обстоятельство, если вспомнить, с какой энергией Луи-Наполеон в 1831 г. боролся против предшественника Пия папы Григория XVI (1831–1846).
Убедив таким образом сограждан в серьезности своих намерений, Луи-Наполеон в самом скором времени (1852) провозгласил себя императором Наполеоном III. Европейские державы и бровью не повели, за исключением, отдадим ей должное, России. Николай I не скрывал неудовольствия, как-никак, были нарушены условия Венского конгресса, отстранившего династию Бонапартов от власти на веки вечные.
