и не смотрю на него. Потому что знаю, что стоит мне только взглянуть на его профиль, точенные скулы, как я растаю и пристроюсь головой на его коленках прямо во время того, как он ведет машину.
– Как? – по голосу чувствую, что его только забавляет эта ситуация, что еще раз говорит о несерьезности его намерений. Я для него так…шлюха, девушка, которая «должна» отработать ему спасение жизни.
– Когда я сказала, что это было в последний раз вчера, это был действительно последний. Я очень благодарна тебе за все. За подарок. За спасение. Но я просто хочу побыть одна. И позволить тебе и дальше жить так, как тебе нравилось…ну, ты понимаешь, о чем я. Иногда ты смотришь на меня так, словно меня не существует. Иногда так, будто я для тебя – все…Это разрывает меня. Эта неизвестность.
– И? – Майкл абсолютно бесчувственен, в то время как я изложила ему все свои страхи и сомнения. Я как минимум хотела услышать, что все не так, что я себя накручиваю, и, честно говоря, рассчитывала именно на это…но он опять повел себя так, как я не ожидала. Ему действительно плевать. – А кто говорил, что будет легко, Мика? Я такой. Что ты привязалась к тому, как я смотрю на тебя? У тебя все в порядке с головой?
– А ты не груби мне!
– А ты не набивай себе цену! Ты же не шлюха. Или? – у Майкла даже голос не дрогнул.
Мое сердце забилось в истерике.
Шлюшка-жена. Призрак Доминика сел на заднее сидение и с интересом прислушался к нашему разговору. Он был счастлив, что мы ссоримся. Или нет? У меня действительно проблемы с головой.
– Останови машину на остановке.
– И не подумаю. Ты чего меня бесишь, я не могу понять?
Я сделала глубокий вдох. Майкл за рулем. Нам ни к чему эта ссора сейчас, но я действительно не хочу его видеть. Не сегодня.
Майкл свернул в сторону моего дома, и я решилась наконец-таки посмотреть на него. Веки прищурены, взглядом он выжигает дыру на лобовом стекле своего кабриолета.
– Дело как раз в том, что я не такая. Майкл, я не привыкла к такому отношению к себе. Ник всегда…понимаешь, он никогда не использовал меня!
Я посмотрела на Майкла. Венка на его шее бешено пульсировала – он копил в себе раздражение вместо того, чтобы сорваться на меня. Он слегка прибавил скорость машины, но не вышел за рамки дозволенного. Мы стремительно приближались к моему дому.
Но дело было не в этом.
Он промолчал. Майкл сдержался. Был абсолютно равнодушен, несмотря на раздражение, просачивающееся сквозь его вены.
Он только подтвердил все мои мысли. Я ему безразлична, и бороться этот бугай за меня не собирается.
Это равнодушие было сродни тому, если бы он ударил меня наотмашь. Меня затрясло, когда я поняла, что он действительно отвозит меня к дому. Я еле сдерживала себя, чтобы не кинуться к нему на шею и не зацеловать до смерти, всячески выпрашивая его внимание.
Боже…нет, нет, нет. Моя гордость разламывается на осколки, и когда мы тормозим у моего дома, я хочу повернуться к нему и исполнить задуманное, умоляя его забыть этот разговор и мою пустую истерику. Но Майкл не собирается оставлять меня безнаказанной. Кажется, я ударила его ниже пояса, и он не намерен оставлять это просто так.
– А теперь послушала меня, – он развернулся на сиденье, схватил меня за подбородок – резко, с яростью, как непослушного котенка, который нашкодил не в том месте. – Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.
Я подняла ресницы, заглядывая в холодные оттенки стали.
– Майкл…
– МОЛЧАТЬ. Какого чертова. ХРЕНА. ТЫ СРАВНИВАЕШЬ МЕНЯ СО СВОИМ, БЛЯДЬ, МУЖЕМ?! Я НЕ ОН! – вздрогнула, вжимая голову в плечи. Майкл не просто повысил на меня голос, он вскрикнул благим матом, а сталь в его глазах раскалилась до таких уровней неприятия, отвращения и злости, что я даже не поняла, с чего вдруг такая реакция.
Ник – мой муж. Мое прошлое. Человек, которого я любила и всегда буду любить. Я не имела в виду ничего плохого, когда упоминала Ника в нашем разговоре. Я просто хотела, чтобы он…я хотела гарантий.
Что я больше не буду брошена. Что мое сердце не будет разорвано и вшито мне обратно.
– Майкл…
– Ты что, еще не поняла, кто я такой? И какой я? – выплюнул он, приближая свое лицо ко мне. Глаза, которые еще вчера после сумасшедшего секса смотрели на меня с невесомой нежностью, теперь глядели так, будто хотели убить. – Я НЕ ТВОЙ МУЖ! Я же не сравниваю тебя со своими шлюхами. Со всеми, кто был до тебя. Ох, поверь, их было действительно много. И каждая, КАЖДАЯ вытворяла такое, на что ты даже физически не способна. А я выбрал тебя! Суку неблагодарную…
Это было уже слишком. Грудь болела так, словно ее вспороли одним движением.
– Ты свою силу не рассчитываешь и за языком не следишь! Да как я могла…прикасаться к тебе?! Спать с тобой?! Ублюдок!
– ПОВТОРИ! – Майкл сжал мои скулы до рези в деснах. Меня всю трясло, будто я находилась не в Калифорнии, а голая и на Северном Полюсе.
Взгляд у него был настолько ожесточенный, что у меня язык не поворачивался назвать его так снова. Мы оба перегнули палку.
– Майкл, прошу, давай поговорим спокойно…
– Я силу не рассчитываю? По-моему, вчера ночью тебе это очень даже нравилось! Кого ты из себя строишь? Ханжу? Нельзя жить прошлым, Мика! Это путь в НИКУДА! Ты не присутствовала в наших отношениях. Все эти дни…вот, значит, как. О Нике своем думала. И когда ноги раздвигала на кухне, и когда просила намылить тебе спинку в ванной. Закрывала глаза и представляла его на моем месте, так?!
Майкла понесло. Он довел меня своими словами до того, что я уже и сама начала думать, что сморозила глупость. Обидела его. Не нужно было сравнивать его с Ником.
– Что ты такое говоришь, – ощутила, как из глаз ручьем полились слезы, они опускались на его пальцы, с помощью которых он выбивал из меня душу.
– Это ты, что говоришь? У меня было плохое настроение, и все, о чем я думал, это как приеду с тобой домой, заберусь в гребанное теплое джакузи и не менее теплую девочку… – всего на секунду под конец этой тирады он стал мягким, шепотом произнося последние слова в мои губы.
Мое тело отреагировало мгновенно. Мои ноги уже инстинктивно сжимались в
