привыкла добиваться своего.
– В браке между Бурым и де Мальва есть и минусы, – сказал Томмо, до этого молчавший.
– И какие же? – спросил я.
– Он разрушает мою воображаемую брачную лигу. Теперь Дуг свободен, впервые за шесть лет, и мне придется переделывать заново всю конструкцию. – Для меня-то минус был совсем в другом. – Если только, – Томмо щелкнул пальцами, – Дуг не окажет мне громадную услугу и не объяснится кому-нибудь в любви. А, Дуг? Это избавит меня от кучи бумажной работы.
– Я за, – сказал Арнольд, подмигивая Дугу.
– А что это за значок «Лжец»? – спросила Дэзи, первая, кто обратил на него внимание: я умело спрятал значок под красным кружком.
– Он, наверное, случайно преувеличил, когда сказал, что видел кролика. – В голосе Томмо звучала ликующая нотка.
Я уставился на Томмо.
– Откуда ты узнал про кролика?
– Ой.
– Это ты настучал на меня?
Все за столом обратили взгляды на Томмо. Лгать было плохо, но стучать на одноцветника – во много раз хуже. Но Томмо, кажется, не сильно раскаивался.
– Извини, правда. Но твоя проделка с кроликом все равно всплыла бы рано или поздно. И лучше, если вознаграждение в шестьдесят баллов получит друг и товарищ, чем кто-нибудь менее достойный.
– Менее достойный, чем ты? Такое может быть хоть отдаленно? – поинтересовалась Люси.
– Не надо так со мной разговаривать. Я заглажу свою вину.
– Как?
Томмо не ответил, а вместо этого помахал обеденному инспектору и попросил разрешения пересесть за другой стол, что затем и сделал. Но если честно, подлость Томмо сыграла мне на руку, потому что о значке «Лжец» больше никто не вспоминал.
– Кто-нибудь знает хоть что-то про Верхний Шафран? – спросил я. – По-моему, выяснять у Смородини совершенно бесполезно.
Все сидевшие за столом притихли.
– Из-за отсутствия, хмм, очевидцев фактов у нас – раз-два и обчелся, – дипломатично ответила Дэзи, стараясь не усиливать мою тревогу, и без того заметную, – но есть полуправда и всяческие предположения.
– Например?
Все переглянулись, потом заговорила Люси:
– Если верить легендам, в Верхнем Шафране собраны воспоминания Прежних. Они оплакивают свои потерянные жизни и исчезнувшие истории и прячутся среди теней, ожидая, пока можно будет напитаться харизмой живого человека.
– Я решил, – нетерпеливо перебил я девушку, – что полуправда мне не нужна. Есть у кого-нибудь факты?
– Время от времени в город приходят старатели, – сказала Дэзи, – привлеченные историями о невиданных цветовых сокровищах Верхнего Шафрана. Покупают у префектов старательскую лицензию, уходят в ту сторону и не возвращаются. По крайней мере, сюда.
– Я слышал о путешественниках, прибывших по морю, – добавил Дуг, – оттуда же, откуда появился человек, упавший с неба. Они набирают людей на работу где-то за океаном.
– А я слышал, что Верхний Шафран населен одними лишь бандитами-каннибалами, – вмешался Арнольд, и, пожалуй, совершенно зря, – они выедают мозг у каждого, кто подходит к ним близко.
– Многие утверждают, что это бандиты похищают людей, – сказала Люси, сильно пнув Арнольда под столом, – но если там есть бандитская община, мы бы об этом знали. И кто-то же должен был сбежать, чтобы рассказать об этом.
Последовали и другие истории, все – бесполезные для меня и бездоказательные.
– Значит, я иду один? – тихо спросил я.
Никто не ответил, что само по себе было ответом.
Джозеф Смородини
1.2.23.09.022: В случае разногласий единодушное мнение префектов перевешивает голос главного префекта.
– Как хорошо, что ты зашел, – сказал красный префект, когда я уселся на диван напротив него.
Он выглядел жизнерадостным и добродушным, несмотря на возникшую между нами вражду, – вероятно, потому, что был уверен: я не доживу до того момента, когда смогу занять его место. Гостиная в доме Смородини была, как я называл это, «неопрятно-шикарной». Префекты могли не соблюдать требования к чистоте комнат, обязательные для простых граждан, но так как беспорядок никому не нравился, то у префектов обычно наблюдался небрежный порядок. Это считалось благоцветным.
– Удобно?
– Да, господин префект.
– Так не пойдет. Мне нужно все твое внимание. И смекалка. Садись на эту металлическую штуковину. По-прежнему удобно?
– Нисколько.
– Хорошо. Ты отправляешься завтра на рассвете. Я хочу рассказать тебе все о походе в Верхний Шафран. Я бы присоединился к тебе, но так как ты – предводитель экспедиции, я не могу тебя подменять. А раз никто больше не вызвался, ты пойдешь один. Взгляни.
Префект положил на кофейный столик выполненную от руки карту.
– Вот здесь мы, а ты должен двигаться в этом направлении. Отсюда, – он показал на Восточный Кармин, – и по этой дороге до самого…
– Верхнего Шафрана?
– Ты уже проделывал этот путь?
– Я знаком с теорией путешествий. Это движение между двумя пунктами, как правило, различными.
– Но не всегда. – Смородини жаждал продемонстрировать свое интеллектуальное превосходство.
– Верно, – согласился я.
– Прекрасно. На карте показаны все неудачные путешествия в Верхний Шафран, указаны кое-какие предположения и неподтвержденные слухи. Как видишь, перпетулитовая дорога доходит только до Мрачного Угла. Дальше – шестнадцать миль по бездорожью, пешком. Господин Фанданго довезет тебя до Мрачного Угла. Заброшенная дорога хорошо просматривается, в последний раз ею пользовались тридцать лет назад. Ты можешь наткнуться на предметы, запрещенные в ходе скачков, и пару клеток Фарадея. На самом деле все будет легко, пока ты не дойдешь… досюда.
Он показал на изображение зенитной башни, милях в пяти от Мрачного Угла. Я склонился над картой и стал внимательно смотреть. Что касается Верхнего Шафрана, было обведено лишь его местоположение в устье реки – больше никаких подробностей. Я увидел также значки, обозначавшие бандитов, человекоядные растения, непроходимые заросли ятевео и апокрифическую длинношеюю птицу – не страуса. Я сказал об этом Смородини.
– Да, составители карты рисовали, что им в голову взбредет. О местности за Мрачным Углом мы судим в основном по догадкам. Увы, это так.
– Могу я забрать карту?
– Лучше не надо. Я не хочу, чтобы кто-нибудь по ней нашел дорогу в наш город.
Я знал, что он имеет в виду кочующих бандитов, но все же спросил:
– «Кто-нибудь» – то есть лебеди?
– Ничего смешного, Бурый. Еще немного такой непочтительной болтовни, и ты… – Он прервался, видимо, на раздумья о том, как еще осложнить мою жизнь. Поняв, что это уже невозможно, он открыл деревянную шкатулку и показал мне компас.
– А можно мне взять его с собой?
– Конечно нет! – воскликнул Смородини. – Я просто хотел показать тебе его. Это единственный компас в городе. Красивый, правда? Особенно мне нравится кожаный футляр.
– Просто прелестный. Итак… чего мне ожидать в Верхнем Шафране?
– Мы не знаем в точности. Тщательное изучение протоколов заседаний Совета показало, что основатели Восточного Кармина
