– Я моментально вернусь. Не уезжай без меня. И ни при каких обстоятельствах не выходи из машины. Ты сразу шлепнешься на задницу. – Потом, словно что-то припомнив, он засунул голову в окно и помахал пальцем перед ее затуманенными глазами. – И не трогай шампанское!
– Иди к черту!
– Я тоже тебя люблю.
Он быстро помахал ей рукой и скрылся в магазине. Казалось, прошло всего пять минут, когда он появился снова.
– Покажи мне, что ты купил!
Она была так возбуждена, что с трудом смогла усидеть на месте. В отличие от других женщин ее возраста, она еще ни разу не была помолвлена.
– Прости, детка. У них не было ничего, что мне понравилось бы, так что я ничего не купил.
– Ничего? – У нее вытянулось лицо.
– Нет. По правде говоря, у них не было ничего, что было бы мне по карману.
– Вот дерьмо!
– Любимая, мне очень жаль.
С удрученным видом он прижал ее к себе.
– Бедный Лукас, как это ужасно. Хотя мне не нужно кольцо.
Она внезапно оживилась и попыталась скрыть свое разочарование. Но поскольку она была сильно пьяна, ей с трудом удавалось контролировать себя.
– Ты думаешь, мы можем обручиться без кольца? – униженно пробормотал он.
– Конечно. Я провозглашаю тебя обрученным. – Она взмахнула воображаемой волшебной палочкой и со счастливым видом улыбнулась ему. – Как ты себя чувствуешь?
– Фантастически! Ой, посмотри, что я нашел в своем кармане! – Он извлек на свет маленький темно-синий бархатный футляр. – Это что-то синее, разве ты не этого хотела? Синяя бархатная коробочка.
– Ах, ты! Ты купил мне кольцо!
– Нет, только футлярчик.
Он уронил его ей на колени. Она открыла футляр и ахнула.
– Ох, Люк, оно великолепно! Оно невероятно! Мне оно безумно нравится! – Кольцо с аквамарином изумрудной огранки и маленькими бриллиантами по бокам. – Оно, должно быть, стоит целое состояние! Я его обожаю!
– Правда, детка? Оно тебе впору?
Он достал кольцо из футляра и аккуратно надел ей на палец. Это действие взволновало обоих, словно они ждали, когда кольцо наконец будет надето, произойдет что-то волшебное. Они помолвлены. Господи, вот это да!
– Оно впору!
Ее глаза искрились, когда она вытянула перед собой руку и рассматривала кольцо со всех сторон. Великолепный камень.
– Дерьмо. Похоже, оно на тебе болтается. Оно очень велико?
– Нет, не велико! Нет, не велико! Честно!
– Врунишка. Но я люблю тебя. Завтра мы его уменьшим.
– Я помолвлена!
– О, это удивительно, леди. Я тоже. Как вас зовут?
– Милдред. Милдред Шварц.
– Милдред, я люблю тебя. Хотя вот что странно, я думал, что тебя зовут Кейт. Разве тебя не звали так раньше?
Его взгляд стал нежным, когда он вспомнил их первую встречу.
– Разве я так представилась, когда мы познакомились? – Она слишком пьяна, чтобы быть в чем-либо уверенной.
– Именно так. Ты уже тогда была врунишкой.
– И я уже тогда влюбилась в тебя. Сразу, ну, почти сразу.
Она снова прильнула к нему, вспоминая первые дни их знакомства.
– Ты уже тогда меня полюбила?
Это удивило его. Он думал, что ей потребовалось больше времени. Вначале она была такой уклончивой.
– Угу. Я подумала, что ты просто супер. Но я боялась, что ты узнаешь, кто я такая.
– Ну, по крайней мере, теперь я это знаю. Милдред Шварц. А это, любовь моя, «Фэрмонт». – Они как раз остановились у входа, и два портье бросились к ним, чтобы помочь шоферу с их багажом. – Хочешь, чтобы я нес тебя на руках?
– Это делают только на свадьбе. А мы всего лишь обручены.
Она покрутила кольцом около его носа с улыбкой, которая очаровала его.
– Прошу простить мою дерзость, но я не уверен, что ты в состоянии идти сама.
– Прошу прощения, Лукас, но я, безусловно, в состоянии.
Но, едва ступив ногами на асфальт, она покачнулась.
– Просто держи рот на замке, Мама, и улыбайся. – Он подхватил ее на руки, кивнул портье и пробормотал что-то про слабое сердце и долгий перелет, в то время как она тихонько покусывала его за ухо. – Прекрати немедленно!
– Не прекращу.
– Прекратишь, иначе я брошу тебя. Прямо здесь. Как тебе понравится сломанный копчик в качестве подарка в честь помолвки?
– Пошел в задницу!
– Шш-ш, потише.
Но сам он был не намного трезвее, чем она; он просто покрепче ее.
– Поставь меня на ноги, или я подам на тебя в суд.
– Ты не можешь. Мы обручены.
Он уже дошел до середины вестибюля, держа ее на руках.
– К тому же это такое прелестное кольцо. Лукас, если бы ты знал, как я тебя люблю.
Она уронила голову ему на плечо и стала изучать кольцо. Он легко нес ее, как тряпичную куклу или очень маленького ребенка.
«Из-за больного сердца миссис Джонс и ее ослабленного состояния после перелета» не пришлют ли они регистрационные формы в их номер?
Парочка быстро поднялась в лифте наверх, при этом Кассия стояла прислонившись к стенке. Люк с улыбкой следил за ней.
– Я дойду до комнаты, спасибо.
Она окинула его царственным взглядом и споткнулась, выходя из лифта. Он подхватил ее прежде, чем она упала, и предложил ей свою руку, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица.
– Мадам?
– Благодарю вас, сэр.
Они осторожно проследовали по коридору, при этом она практически повисла на руке Люка. Наконец они добрались до своих апартаментов.
– Знаешь, что самое смешное, Лукас?
Когда она была пьяна, всегда переходила на светский тон.
– Что, дорогая? – таким же тоном осведомился Люк.
– Когда мы поднимались на лифте, я чувствовала себя так, словно мы можем видеть весь мир, даже небо, «Золотые Ворота» – все-все. Так всегда бывает после помолвки?
– Нет. Так всегда бывает, когда едешь в стеклянном лифте по наружной стене здания в пьяном виде. Знаешь, типа спецэффекта.
Он одарил ее самой чарующей улыбкой.
– Иди к черту.
Портье ждал их около двери с багажом. Люк с торжественным видом вручил ему чаевые и закрыл за собой дверь.
– Предлагаю тебе лечь в постель или принять душ. Может быть, и то и другое.
– Нет, я хочу…
Она медленно направилась к нему с озорным блеском в глазах, и он рассмеялся.
– Честно говоря, Мама, я тоже…
– Эй, леди, на дворе прекрасный день.
– Что, уже рассвело?
– Давно.
– Я думала, что умру.
– Это похмелье. Я заказал для тебя кофе.
Он улыбнулся, глядя на ее лицо. Накануне они усугубили положение дел тем, что заказали к ужину уже третью за день бутылку шампанского. Тем вечером они долго праздновали, отмечая свою помолвку. Настоящее сумасшествие. Он прекрасно знал, что на следующий день может оказаться за решеткой. Именно поэтому он не ухватился за идею поехать в Вегас или в Рино. Он не может так поступить с ней. Если его снова посадят, этим все закончится. Он не собирается тащить ее за собой в пропасть как свою жену. Для этого он слишком сильно любит ее.
