наконец взялась за приборы, но есть не торопилась. А лишь бесконечно приставала к магу с нелепыми вопросами вроде: «какие цвета сейчас в моде в замке», «вам нравится зелёный», «как вам кажется, моё платье оценили бы во дворце»? Вполуха слушающий её щебетание Алес мило улыбался и отвечал невпопад, но Ида совершенно не замечала его растерянности и наседала всё сильнее. Она даже предприняла попытку пригласить его прогуляться по саду, но Норн жёстко это пресёк.
– Вот чего не могу понять, так это почему якобы невеста принца сначала спасла его на охоте, потом сбежала и заявилась в замок только спустя несколько месяцев, – почесав в затылке, протянул виконт.
Услышав его слова, я внутреннее заметалась. Если мы теперь заодно, нельзя оставлять их в неведении, но и сознаться страшно. Даже Авин, с которым мы были так близки, не поверил без доказательств. И всё же между союзниками не должно быть тайн.
– Просто она самозванка.
Три пары глаз удивлённо воззрились на меня. Даже Ида на минуту отлипла от Алеса и затаила дыхание, ожидая продолжения.
– Почему ты так считаешь, Мари?
– Потому что это я настоящая сбежавшая спасительница.
– Ты? Значит, и возлюбленная престолонаследника…
Норн не договорил. Его отец усмехнулся, потирая руки.
– Становится всё интереснее и интереснее.
– Поверьте, у меня была причина скрывать это. Очень веская причина!
Не могла же я во всеуслышание объявить, что украла королевскую печать. За это, помнится, полагается смертная казнь. А мне и без того хватало обвинительных приговоров. Недвусмысленно покосившись на Алестата, мол, в этом есть и твоя вина, господин «спалить всех ведьм на костре», я увидела, как он ошарашенно выпучил глаза. Неужели волшебник до сих пор не считает себя виноватым за то, как обращался со мной в замке?! Задохнувшись от возмущения, попросила разрешения выйти на балкон, остудить голову.
Пару мгновений спустя за спиной послышались шаги. Маг юркнул в приоткрытую дверь и затворил её за собой.
– Уже роса выпала, замёрзнешь.
Алес снял верхнее платье и набросил его мне на плечи. Окутанная его теплом, я смотрела на дрейфующие по небу дырявые облака, сквозь которые проглядывал диск неполной луны.
– Во дворце ты жаждал моей смерти, а теперь волнуешься, что я подхвачу простуду?
– Ты всё ещё об этом? Мне казалось, мы всё прояснили.
– До сих пор в голове не укладывается, как можно так сильно измениться. Ты же был настоящим женоненавистником.
– Бери выше, в замке я был человеконенавистником.
Маг рассмеялся, и в этом смехе прозвучало такое отвращение к самому себе, что пробил озноб. Плотнее запахнувшись, я опасливо отодвинулась.
– Меня подвело предсказание. Я так устал ждать прихода чёрной королевы, что готов был заподозрить тебя.
– Со мной такую же шутку сыграл вещий сон. Увидев тебя в спальне короля с каким-то подозрительным пузырьком, решила, что ты собираешься отравить Его Величество.
– Судьба с нами забавлялась, – вздохнул он. – Но ведь и познакомились мы только благодаря пророчеству, значит, какой-то прок от этих игр небожителей всё-таки был.
Он приобнял меня со спины и уткнулся носом в макушку.
– И почему от тебя всегда пахнет травами? Мы вроде давно не спали под открытым небом, а твои волосы как летний луг с цветущим разнотравьем.
Смутившись от этой неожиданной близости, я поспешно перевела тему:
– Кажется, ты приглянулся сестре Норна.
– Я заметил. Она всё время пыталась украдкой положить руку мне на колено. Раньше никто не осмеливался так вести себя со мной. Это всё ты виновата! Разрушила мой холодный и неприступный образ.
В его словах не было обиды, только насмешка.
– Может, стоит к ней присмотреться? Девушка хорошенькая, да к тому же дочь виконта. Удачная партия.
– Она ещё совсем ребёнок.
– Ида младше меня всего на пару лет! – бурно запротестовала я, вспомнив утреннее «старовата», брошенное мальчиком с окраины городка.
– Ты понимаешь, о чём я. К тому же… моё сердце не свободно.
– Странно спустя столько лет грезить о погибшей королеве. Пора двигаться дальше, Алес.
Чародей как-то странно посмотрел на меня, но ничего не сказал. В глубине его глаз мелькнуло не то разочарование, не то жалость.
– Знаешь, Мари, ты удивительная!
Недоверчиво взглянув на него, я уточнила:
– В хорошем или плохом смысле?
– Когда как. Скажи, есть в мире место, которое ты можешь назвать своим домом?
Я открыла было рот, чтобы ляпнуть «да», но уверенность быстро пошатнулась. Отцовский домишко в деревне, где все от меня шарахались и обсуждали за спиной? Лачуга на болоте? Она наверняка выгорела дотла, да и останься хижина целой, мне не хотелось туда возвращаться. Замок, полный надменных придворных, считающих простолюдинов грязью под ногтями, а ведьм – потенциальным топливом для костров?
– Нет, такого места нет, – честно ответила я.
– И у меня нет. Давай, когда всё закончится, поищем его вместе.
– Но принц…
– Не отвечай сейчас. Просто пообещай подумать над этим.
Он разомкнул объятия и молча вернулся в столовую. Луна спряталась за облака. Поёжившись от внезапно нахлынувшей прохлады, я осталась стоять на балконе в полном одиночестве.
Глава 24
– Не думал, что принц отважится на такое. После смерти короля Дарина прошло всего три месяца. Срок траура по родителю – год. Даже сокращение его до шести месяцев – сомнительное решение, но это?!
Алестат ударил кулаком по кофейному столику. Пол под коваными ножками пошёл мелкими трещинами. Приподняв ни в чём не повинный предмет мебели и задвинув под него край ковра, я села в кресло напротив мага.
– И что будем делать? Весь наш план сводится к надежде, что, когда мы попадём в замок, всё как-нибудь само разрешится.
– Не «когда», а «если». Сначала необходимо пробраться внутрь, а потом уже надеяться, что течение жизни вынесет нас к нужному берегу.
– Берите выше, мы в неделе езды от столицы. Даже добраться до Альбимора ко дню проведения церемонии – уже проблема. Разве у вас нет никаких магических трюков на этот случай? – с надеждой спросил Норн, с самого утра «обрадовавший» новостью о близящейся свадьбе престолонаследника и ведьмы.
– Нет, разрыв в пространстве легко отследить. Кассандра решила ускорить события потому, что знает, что мы придём. Она будет ждать, – отмахнулся Илдис.
– Что, если гнать лошадей, меняя их в каждом городе до самой столицы?
Моё наивное
