я готова оставить прошлое позади. Прикусываю нижнюю губу, любуясь мужчиной, которому только что призналась в любви, прежде чем моя рука касается его твёрдого члена. Я опускаюсь на колени, решив стереть плохое воспоминание новым. Но прежде чем успеваю что-то сделать, Аарон притягивает меня для ещё одного поцелуя, гладя мои волосы.
— Тебе не нужно этого делать, ma belle — моя красавица.
— Я хочу, — уверяю я его.
Он заправляет прядь моих волос за ухо.
— Ты уверена? — Я киваю с улыбкой на лице, пока он изучает меня. — Если тебе будет некомфортно, скажи мне. Я не хочу, чтобы ты заставляла себя.
Я снова целую его, прежде чем опуститься перед ним на колени. Его взгляд не отрывается от моего, и я знаю, что он не расслаблен. Я никогда не видела никого, кто был бы так же заботлив, как Аарон, но ему не нужно защищать меня от него. Я знаю, что могу ему доверять. Моя рука гладит его член, я дразню его головку, рисуя круги языком, и его мышцы тут же напрягаются. Он начинает стонать, когда мой рот сосредотачивается на нём, не разрывая зрительного контакта. Пальцы Аарона касаются моих волос, а другая рука сжимает стол позади него. Когда я вижу, как он напрягается, стонет от удовольствия, как его глаза темнеют от похоти, во мне пробуждается новая сила. Полностью беру его в рот, сначала медленно, языком создавая трение. Он стонет и ругается, и на моем лице появляется улыбка. Это полная противоположность Стефану. С ним я чувствовала себя такой маленькой и стыдилась, но с Аароном все по-другому. Даже хорошо. Волнующе.
— Черт, Элли. Я могу кончить прямо здесь. — Мой язык выскальзывает изо рта, чтобы поласкать его головку, прежде чем попробовать предэякулят. — Ты меня мучаешь.
Я ускоряюсь, глотая его глубже, подстёгиваемая вздохами удовольствия, которые вызывает мой рот. Его рука сжимает мои волосы, а бёдра следуют за моими движениями.
Я знаю, что он близок к разрядке, стоны становятся громче, а он сопротивляется желанию взять всё под контроль.
— Элли, я не могу сдерживаться. Остановись, если ты…
Я не слушаю; я сосу, облизываю и быстрее скольжу по нему ртом — что нелегко сделать из-за его длины. Мы двигаемся страстно. Сталкиваемся в похотливом взрыве, его оргазм обрушивается на него, забирая его целиком.
Я облизываю губы, удивляясь тому, что мне нравится его вкус, и ещё больше удивляясь тому, что я мокрая от того, что только что произошло. Как ни странно, доведение его до грани придало мне сил. Он притягивает меня к себе и крепко целует. В знак благодарности? В знак любви? Я не могу сказать.
— Как ты себя чувствуешь?
— На самом деле хорошо. — Но было ли это хорошо для него? Была ли я вообще хороша? — Тебе понравилось?
— Очень понравилось. Лучшая миссионерская поза, которую я когда-либо получал. Я мог кончить, просто наблюдая за тобой. — Я улыбаюсь, замечая, что он уже восстанавливается. — Ты моя, Элли. А теперь позволь мне доставить тебе удовольствие.
Его пальцы пытаются дотянуться до моего входа, но я не могу ждать. Я хочу его.
— Ты нужен мне внутри, прямо сейчас. — Мой голос слабеет от потребности в нем.
— Я так сильно хочу тебя прямо сейчас, что не знаю, смогу ли я себя контролировать. — Его глаза встречаются с моими, и я разрываюсь между тьмой и желанием.
— Мне всё равно, я хочу тебя. — Я прижимаюсь губами к его губам, наши языки сплетаются, зубы стукаются.
Следующее, что я помню, — это то, что я прижата к стене, мои ноги обвивают его бёдра, крепко удерживая. Пальцы пробегают по волосам, пока его рука скользит по изгибу моей ягодицы. Он обхватывает меня за талию, удерживая своими мужественными мышцами, заключая меня в ловушку. Кожа к коже. Душа к душе.
Его губы покрывают моё горло и ноющую грудь восхитительными и захватывающими поцелуями. Я не могу вынести эту пытку. Он прижимается ко мне животом, между ног вспыхивает жар, потребность быть с ним как никогда сильна.
В его глазах цвета океана бушует тропический шторм, мой пульс учащается, когда он прикусывает мой сосок.
Когда он входит в меня полностью, я выкрикиваю его имя. Темп жёсткий и страстный, моё тело сначала напрягается от боли и удовольствия под его сильными толчками. Я царапаю его спину ногтями, а он сжимает мою ягодицу сильнее, чем когда-либо прежде. Наши страстные объятия заставляют меня подпрыгивать на стене. Отдаваться и брать — это поле битвы, где страсть встречается с владением. Моё тело охвачено неудержимым огнём. Огнём, который он создаёт, питает, развлекает, успокаивает, удовлетворяет.
Он несёт меня в ванную, встаёт позади меня перед зеркалом, предоставляя мне возможность увидеть всё своё обнажённое тело. Старая Элли тут же отвела бы взгляд. Но новая Элли чувствует себя увереннее, когда Аарон смотрит на неё. Я больше не стыжусь ни своего тела, ни своих желаний. Я свободна. Аарон целует меня в шею, обнимая за талию.
— Ты прекрасна. Я хочу, чтобы ты смотрела, как кончаешь. Я хочу, чтобы ты видела, как я смотрю на тебя.
Я понимаю, что это не просьба, когда он врывается в меня, посылая электрические разряды по моей коже. Мой рот приоткрывается, когда одна его рука прижимает меня спиной к его рельефному телу, а другая обхватывает мою грудь. Я никогда не думала, что возбужусь, наблюдая за нами.
Наблюдаю за его животной страстью, когда он сжимает в кулаке мои волосы, откидывая мою голову назад, чтобы наши губы грубо соединились в собственническом и жадном поцелуе. То, как напрягаются его мышцы, похоть в его глазах, когда он ласкает мой клитор, сводя меня с ума. Наблюдая за мной, краснеющей, чувствующей себя во власти мужчины, который боготворит моё тело. Тело, которое может легко поставить его на колени.
Он врывается в меня с дикой необузданностью, наблюдая, как всё моё тело реагирует на каждое его движение и прикосновение. У меня закатываются глаза, Аарон ЛеБо обладает даром пробуждать меня, подчинять своему желанию. В нашей близости он даёт мне контроль, в котором я нуждаюсь.
Даёт мне то, что нужно, чтобы избавиться от неуверенности. И всё же я знаю, что во время секса с Аароном нет борьбы за контроль. Я уже проигрываю. Моё тело с радостью подчиняется и угождает, принимая удовольствие.
Он отпускает моё тело, наклоняя меня над столешницей, предлагая ему полный контроль надо мной. Его пальцы гладят мою спину, прежде чем обхватить талию, и он безжалостно толкается, попадая
