10
Винсент выругался про себя. Он должен был увидеть это с самого начала.
Но номера веток никогда не попадали в поле зрения следователей. Только станции. Так или иначе, это не оправдание. Он – мастер-менталист и обязан был это заметить.
Последние, четвертые, часы должны быть связаны с четвертым скелетом. Точнее, самым первым, принадлежащим предположительно Королю. Скелет найден близ станции «Оденплан», что может соответствовать семнадцатой, восемнадцатой или девятнадцатой веткам. Но на бумажке под четвертыми песочными часами стояла цифра 16. Так что Король точно не был четвертым.
И костей в метро больше не было. Они искали. Единственной жертвой, на которую могли указывать четвертые часы, оставался Никлас Стокенберг. Вопрос, где искать шестнадцатую ветку.
Как ни вглядывался Винсент в схему метро, найти ее не смог. Ветки нумеровались в порядке возрастания, но после четырнадцатой, между «Фруэнгеном» и «Мёрбю-центром», нумерация делала скачок сразу до семнадцатой, зеленой ветки между станциями «Скарпнэк» и «Экешов». Ветки под номерками 15 и 16 на схеме просто-напросто отсутствовали.
Найди четвертого, перед тем как истечет время.
Снова разболелась голова.
Хорошей новостью было, что теперь он, по крайней мере, знал, на какой ветке искать Стокенберга. И подсказка предполагала, что его все еще можно спасти.
Плохая новость заключалась в том, что такой ветки в стокгольмском метро не было.
Рубен пробирался через индустриальную зону. Кому-то пришла в голову блестящая идея выстроить ее посреди леса. Идеальное укрытие, несмотря на оживленное шоссе. Внутри просторных промышленных и складских помещений, мимо которых он проходил, могло происходить что угодно. Без того, чтобы кто-нибудь что-нибудь заподозрил. Он повернул к «Виндкрафтвагену».
Рубен приехал на своей собственной «Шевроле Камаро», которую про себя называл «Эллинор». Чтобы не привлекать лишнего внимания на полицейской машине.
Он сразу понял, какое место имела в виду Сара. Строение с правой стороны, перед небольшой парковкой под деревьями. Оно стояло последним перед резким поворотом дороги влево. Идеально. Рубен проехал чуть вперед и припарковался. После чего вернулся к зданию, делая вид, будто работает на одном из здешних предприятий.
Стоянка на углу была пуста. Металлическая лестница вела к погрузочной площадке с передней стороны дома. На стене, рядом с товароприемником, была белая вывеска с зеленым текстом, старая и потрепанная. Лампа над ней не горела. Легко догадаться, что разрекламированная на вывеске компания существовала здесь недолго.
Еще была дверь и маленькое окошко. Рубену повезло, потому что большинство складов вообще не имели окон. Но уже издали было видно, что в помещении темно. Между тем снаружи стоял ясный день, поэтому из любого окошка легко просматривалась фигура приближающегося к зданию мужчины. Риск слишком велик. Рубен поднялся по лестнице и приложил ухо к широкой грузовой двери. Она была навешана как гаражная, то есть двигалась вверх-вниз. При этом не была особенно толстой.
Внутри ничего не было слышно. Рубену нужно было узнать, что там, и остаться при этом незамеченным. Оглядевшись, он обнаружил у нижнего края двери застрявшую деревянную палку и расчистил вокруг нее снег. Похоже, палка попала между землей и дверью, когда та закрывалась, благодаря чему образовался небольшой зазор. Этого было вполне достаточно. Если бы Рубен верил в существование высших сил, непременно вознес бы им благодарственную молитву.
Он разгреб руками снег, лег на землю и посмотрел в образовавшуюся щель. По другую сторону двери было огромное складское помещение, минимум восемь метров в высоту. Там без проблем могли работать десятки людей, но помещение пустовало. Ни рабочих, ни мебели, ни техники – ничего. И главное – никакого Никласа.
Информация Сары не подтвердилась.
Рубен поднялся и стряхнул с себя снег. Начальство Сары направит оперативную группу по ложному следу. Нужно срочно выяснить, где на самом деле Манойловичи прячут Никласа.
Рубен вернулся в машину. Манойловичи – большая семья. Их штаб-квартира в Сёдертелье, даже если на сегодняшний день не все они живут там. Но они не настолько глупы, чтобы отвезти Никласа к себе домой. Скорее всего, куда-то в другое место.
Тут у Рубена появилась сумасшедшая идея. Рискованно, конечно, но почему бы и не проверить. Он взял телефон и зашел на ratsit.se.
Так и есть! Петер Крунлунд, который сделал все, чтобы скрыть свое прошлое, все еще владел недвижимостью неподалеку от Сёдертелье. Рубен завел машину, бросил быстрый взгляд в зеркальце заднего вида и резко нажал на газ. Дорога до Сёдертелье займет около получаса. Он все еще может их опередить и помочь Саре.
Когда Мина вышла из душа, заспанная Натали сидела на кухне и ела хлопья с молоком. Мина взглянула на часы – полдень. Рождественские каникулы, для дочери это, как видно, означало прежде всего возможность подольше поспать. Наверное, так и должно быть.
Мина не имела ни малейшего представления о том, что каникулы значат для нее. Должна ли она куда-нибудь вывезти Натали? Путешествия, разве не для этого существуют каникулы? Так или иначе, сейчас, в самый разгар расследования, такое невозможно. Но, может, когда-нибудь в следующий раз?
– Доброе утро, – пробормотала Натали набитым хлопьями ртом.
Мина посмотрелась в зеркало в прихожей. На Натали был белый махровый халат, в то время как сама она завернулась в большое махровое полотенце. А другим обвязала голову.
«Мать и дочь» – картина маслом. Мина улыбнулась про себя. Она заметила, что на столе возле миски Натали ни единой крошки. Вне сомнения, ее любимая дочь тщательно следила за этим.
– Какие планы на сегодня? – спросила Мина.
– Никаких, – ответила Натали. – Может, встречусь с подругой. Нужно чем-то занять голову, чтобы не думать все время о папе. Наверное, слушать про чужие проблемы – именно то, что мне сейчас нужно. Или же я опять пойду спать.
Мина покачала головой. Неужели и она так много спала в шестнадцать лет? Наверное. Впрочем, неудивительно, если учесть, сколько всего выпало на долю Натали за последние несколько дней.
В гостиной зазвонил телефон, и Мина поспешила туда, оставив Натали наедине с завтраком. Или с обедом, с учетом времени суток.
– Здравствуйте, это Жозефина, – сказал женский голос в трубке.
Жозефина Лангсет. Прежде чем уйти в душ, Мина написала ей, что нужно поговорить. Жозефина громко и ритмично дышала.
– Спасибо, что быстро связались со мной, – ответила Мина. – Вы на улице?
– Да, делаю пробежку. Нужно выпустить пар. Вариант с бутылкой шампанского слишком дорогой. Боюсь сорваться на детях. Для них так безопаснее. Что вы хотели?
Мина поставила телефон на громкую связь, чтобы одновременно сушить волосы.
– Сразу перейду к делу, – сказала она, массируя полотенцем кожу головы. – Нам стало известно, что у Юна
