Джейн заколебалась и опустила взгляд. Она потянулась за присыпкой, припудрила рану, потом перевязала ее.
— Вот, — сказала она, чуть задыхаясь. — Повязка довольно тонкая, и сюртук будет сидеть нормально.
— Спасибо.
Константин помолчал немного. Потом сказал:
— Для меня не было никого другого, с тех пор как я уехал из Лейзенби. — Лучше сразу прояснить это.
— И для меня не было никого, — призналась она.
Неистовая ярость, охватившая его при мысли о Джейн в объятиях другого мужчины, чуть не сбила его с ног. Константин пытался скрыть это, но не был уверен, что у него это хорошо получилось.
Взглянув на Джейн, он увидел вспыхнувшие в ее глазах озорные огоньки.
Ох, наверное, он заслужил это. Поднявшись, Константин взял руки Джейн в свои.
— Никогда никого не будет, — посерьезнев, сказала Джейн. — Даже если я проживу сто лет. Даже если завтра мы расстанемся.
Константин притянул ее к себе.
— Это очень хорошо, миледи, потому что я, кажется, обещал, что убью каждого, кто прикоснется к вам.
Когда-то это были самые трудные для него слова. А сейчас казалось, что он просто не может не сказать их.
— Я люблю тебя, Джейн.
От ее сияющей улыбки у него перехватило дыхание. Обвив его шею руками, Джейн запрокинула голову.
Приподняв пальцем подбородок Джейн, он заглянул в ее серебристые глаза.
— Сегодня, моя дорогая Джейн, ты будешь вальсировать только со мной.
— Я бы с удовольствием, — состроила гримасу Джейн, — но я не танцую.
Когда она потянулась к Константину за очередным поцелуем, он пробормотал, почти касаясь губами ее рта:
— Принцесса, ты будешь танцевать на балу. Поверь мне.
Глава 28
Монфор никогда не танцевал, но ценил музыку и восхищался грацией вальса, когда его искусно исполняли. К тому же этот танец давал внимательному наблюдателю массу информации, ведь очень мало мужчин и женщин способны скрыть эмоции, находясь так близко друг к другу.
Розамунд грациозно кружилась по залу со своим кавалерийским офицером. Красавец смотрел на нее с обожанием, напомнив Монфору своими печальными глазами щенка спаниеля. Вот что значит юность и препоны в любви.
Розамунд казалась встревоженной. Несмотря на всепоглощающее внимание партнера, она то и дело украдкой огладывала зал. Высматривала Джейн? Что ж, Монфор не мог отрицать, что и сам тревожится.
— Какой богатый событиями вечер! — произнесла появившаяся рядом с ним леди Арден. — И воодушевляющий.
Она верила в счастливый исход. Монфор был не столь оптимистичен.
— Розамунд сегодня настоящая красавица, — продолжала леди Арден. — Капитан Лодердейл просто пожирает ее глазами.
— К несчастью, да. — Монфор твердо сжал губы. — Но я с этим справлюсь.
— Не сомневаюсь. — По ее лицу медленно растекалась улыбка. — Но если этот ваш нежный бутончик так и не сможет переварить того, кого выбрал ей в мужья этот грубиян Девер, то я приберегла бы для нее именно этого мужчину.
— О, не бойтесь, леди Розамунд преуспеет! — парировал Монфор. — Я отдал вам одну наследницу Уэструдеров. Не жадничайте.
— Задаюсь вопросом: не получу ли я вторую? — пробормотала леди Арден. — Где эта парочка может быть?
И вдруг в толпе замелькали красные блики.
У Монфора поднялись брови. Джейн? Танцует?! Ни больше ни меньше, вальсирует в объятиях Константина Блэка.
Кружась, они приближались к Монфору и леди Арден. Джейн смотрела на Роксдейла, и в ее глазах отражалось сердце, а на щеках цвел прелестный румянец. Неловкая застенчивая девушка исчезла навсегда, ее место заняла уверенная любящая женщина.
Константин смотрел на нее с такой нежностью, что даже Монфор немного смутился. И все-таки не мог отвести глаз от этой пары.
— Ох! — воскликнула леди Арден, схватив его за руку. — Я сейчас расплачусь.
Монфор вытащил носовой платок и подал ей.
— Миледи, вы становитесь сентиментальной.
— Нет! — Схватив квадратик батиста с вышитой монограммой, она тщательно вытерла глаза. Шмыгнув носом, леди Арден быстро заморгала. — Они так счастливы вместе, правда?
Да. Правда. Монфор заставил себя признать это.
— Ну, принцесса? — Константин кружил Джейн, едва не приподнимая ее над полом. — Разве я тебе не говорил, что ты можешь вальсировать?
У Джейн было такое чувство, что с ним она может летать.
— Сегодня могу, — едва переводя дух, сказала она. — Я просто плыву в воздухе. Не могу поверить, что мы наконец вместе. — Джейн вздохнула: — Жаль, что мы не можем пожениться в эту самую минуту. Не хочу продлевать разлуку ни на секунду.
Константин притянул ее скандально близко:
— Что, и не устраивать великосветскую свадьбу?
— Ты знаешь, что свет меня мало волнует. — Джейн облизнула губы, почувствовав привкус помады. — Если бы ты сейчас поцеловал меня на глазах у всех во время вальса, — хрипло сказала она, — меня мнение света не заботило бы ни капли.
Его взгляд скользнул к ее губам, рука крепче сжала ее пальцы.
— В самом деле? — мягко сказал Константин. — А вот мне следует позаботиться. Моя жена, как жена Цезаря, должна быть вне подозрений.
— Это звучит ужасно скучно.
— Тем не менее.
Джейн надула губки.
— Где ты этому научилась? — проворчал Константин.
— Чему? — захлопала ресницами Джейн.
— Не изображай святую невинность. Пока я отсутствовал, ты посещала школу искусительниц?
Джейн искоса взглянула на него, ее взгляд был торжествующим.
— Значит, это работает?
Пробормотав себе под нос проклятие, Константин повел ее в танце к дверям и вывел на террасу. Не переставая двигаться, он схватил Джейн в объятия и целовал. Глубоко, страстно, пока весь мир вокруг не исчез, оставив их таять в ночи. Сегодня Константин требовал ее, как человек, имеющий на это право.
— Я люблю тебя, Джейн. — Он прижался лбом к ее лбу, его дыхание согревало ее губы. — Я с ума сходил без тебя.
Она взяла его красивое лицо в свои ладони и нежно поцеловала.
— И я тебя люблю. Давай поженимся завтра.
— Почему бы и нет? — улыбнулся Константин. Потом запрокинул голову, засмеялся и закружил Джейн. — Тогда пойдем и сообщим Люку новости?
Счастье переполняло ее сердце.
— Да. Конечно!
Эпилог
— Разве Джейн и Константин еще не уехали? — спросила Розамунд. — Они попрощались полчаса назад.
Сесили стояла у окна гостиной, положив руку на плечо Люку. Розамунд подошла к ним и смотрела вдаль, за пределы извилистой аллеи.
