игры? — прошептал Натан горько. — Мы знаем друг друга давно…
— Чуть больше полутора лет!
— Мы друг другу не чужие. Ты носишь моего ребенка…
— Будущего графа Рубин, — отрезала я. — Но не герцога Ла Форс.
Натан снова поморщился.
— Ника, — горько произнес он. — Я долго думал, и понял, что многое потерял. Я был глуп и слеп. Я не ценил тебя. Не ценил то, что получил в твоем лице. Но теперь-то я все понял! Ника, ты — единственная женщина, которая поистине мне ровня. Теперь, когда ты графиня — ты ничем не отличаешься от прочих титулованных женщин. Теперь между нами нет никаких преград. Я понял, как ты нужна мне.
— И потому притащил на встречу со мной свою любовницу?
Рыжая Ида маячила за его спиной.
Потускневшая, потерянная.
Мне даже стало жаль ее.
Я не сомневалась в том, что Натан до сих пор с ней спит.
Но поутру, вдоволь натешившись ее телом, он наверняка ее отталкивает.
Потому что, судя по ее растерянному, беспомощному лицу, она была низведена до уровня вещи.
Точно так же, как и со мной, теперь Натан поступал с ней.
Брал то, что ему было нужно, и откидывал прочь, как использованную салфетку.
Натан посмотрел на меня с изумлением.
Словно не понимая, о чем я веду речь.
Потом обернулся, увидел Иду, и буквально побелел от гнева.
— Прошу прощения, — промямлил он, обернувшись ко мне. На его щеках алели пунцовые пятна от стыда. — Я не подумал… я выпустил из виду ее присутствие…
— Вы вообще много чего выпускаете из виду, герцог Ла Форс, — хладнокровно ответила я, нарочно обращаясь к нему официально, высокопарно, чтобы отстраниться как можно дальше. — И не цените то, что у вас есть. В том числе и эту девушку, следующую за вами, как тень. Может, вам хватит гоняться за призрачной выгодой? Не лучше ли научиться ценить то, что у вас уже есть?
Натан снова побледнел, как смерть.
Я думала, он хочет закатить мне пощечину.
Вероятно, так и было.
Но своих честных намерений этот жук не озвучивал никогда.
И готов был к любой лжи, чтобы добиться желаемого.
— К чему эти подколы, Ника! — выпалил он отчасти нетерпеливо и раздраженно. — Если бы я хотел ее, я бы никогда не подошел к тебе! Но я ее не хочу!
— Но было время, вы хотели ее больше всего на свете, герцог, — напомнила я.
— Я был слеп! — выпалил он. — Да она и мизинца твоего не стоит, Ника! Кем ты была — и кем стала, за такое короткое время! Блестящая графиня Рубин! А она — она годится только на роль гувернантки, серая, блеклая, неподвижная! Она ничто, с ней скучно и тоскливо. Ты не сломалась, ты не пала на дно, ты выжила! Ты деятельная, смелая, сильная! А у нее на уме только поцелуи. Она ни о чем не может думать, кроме как спариваться. Самка безмозглая…
От наносимых ей любимым человеком оскорблений Ида только чуть не до крови кусала пухлые красивые губы.
В глазах ее стояли слезы, готовые пролиться в любой момент, и мне стало ее жаль.
— Натан, — ее голос был похож на безжизненный вздох.
Но он даже не услышал, как она его зовет.
Как молит о том, чтобы он не причинял ей боли своими резкими словами.
И мне невольно пришлось согласиться с Натаном.
Она была слишком обессиленной, слишком опустошенной.
Будто он высосал из нее всю жизнь своим эгоизмом, своим безразличием и нелюбовью, и вышвырнул ее пустую хрупкую оболочку вон.
И та еще сохраняет видимость и подобие живого человека, но вот-вот готова разбиться…
— Видите теперь, — обратилась я к ней, — с кем связались и кому отдали свою любовь? Он не любит никого, кроме себя.
— Да как вы смеете! — выкрикнула она, сжимая кулачки. В голосе ее слышался плач. — не забывайтесь! Перед вами Герцог Ла Форс! Не смейте говорить о нем в неуважительном тоне!
Верная, как собачка.
Маленькая и отважная.
Но бесполезная пустолайка.
— Да забудь о ней, Ника! — вскричал Натан уже нетерпеливо. — Не смотри на нее, не думай о ней! Я прикажу ее выслать сегодня же в дальнее поместье! Она нам никогда больше не помешает! Ника, ты что, не слышишь меня? Я предлагаю тебе то, что даже ей не предлагал никогда!
— И что же это? — насмешливо спросила я.
— Кроме своей любви, кроме своего имени, — горячо начал перечислять Натан, — я подарю тебе самый красивый дворец, какой только смогут построить самые лучшие архитекторы! Ты будешь купаться в обожании и подарках! Наш ребенок получит все — мой титул и твои богатства! Мы станем самой уважаемой семьей…
— А взамен? — быстро спросила я. — Что вы хотите взамен? Вы ведь сделку мне предлагаете, не так ли?
Глаза Натана сделались холодными, внимательными, как прежде. Страдание исчезло из них.
— Я зову тебя замуж, — отчетливо произнес он. — Я возьму на себя твои заботы и проблемы. А ты снова будешь моей.
— Но у меня нет проблем, — посмеиваясь, ответила я.
— Я помогу тебе на приисках. Я знаю, ты часто туда ездишь. Там не безопасно.
— Но ваша помощь на приисках мне не нужна, — пожала плечами я. — Вы в принципе мне не нужны сейчас. Мои проблемы решил король, и сделки с ним мне кажутся более честными и выгодными, чем с вами. герцог.
— Но король тебя не любит и никогда не полюбит! — вскричал Натан.
— Как и вы, герцог. Как и вы, — пробормотала я. — Мой ответ будет «нет», Натан. Я не пойду за вас замуж. Никогда.
Глава 60
Как по мановению палочки меж нами встал Робер.
— Достаточно, герцог, достаточно, — с прохладцей произнес он. — Вы наговорили много. Дама вам отказала. Так будьте благоразумны. Уйдите, не теряя лица.
Натан, яростно рявкнув, обернулся к нему.
— Вы будете мне указывать, уйти или нет?! — взревел он страшно.
Та рана на щеке, которую нанес ему Робер на их последней встрече, давно зажила.
Но теперь от злости она налилась кровью и казалось — Натан кривобоко, жутко ухмыляется.
— Кто ты такой, щенок, — шипел
