Читаем без скачивания Раненая страна - Стивен Дональдсон

«Надежда? – со слезами на глазах подумал Кавинант – О Морэм! Разве ты не знаешь, что я обречен на неудачу?»

В следующий миг песня старца перехватила ему горло и закрыла глаза Упав на траву, Кавинант погрузился в глубокий сон.

Глава 13

Отродье демондимов

Когда он проснулся, его лицо чесалось, словно в бороду вросла трава, а спина была теплой от солнца, подходившего к зениту.

Подняв голову, он осмотрел вершину высокого холма, где встретил Мертвых и Каера-Каверола. Вокруг простирались холмы Анделейна, похожие на бутон, который раскрыло утреннее солнце. Кавинант безучастно разглядывал небо и деревья. Красота природы на время потеряла над ним свою власть. На него нахлынула меланхолическая грусть.

И тут ему припомнились события прошлой ночи. Он вспомнил все, хотя и не был уверен в реальности происшедшего.

Однако эта неуверенность продлилась лишь несколько мгновений. Когда Кавинант увидел Вейна, все тут же встало на свои места.

Вейн стоял там же, где и прошлой ночью, слегка переминаясь с ноги на ногу и ничего не замечая. Кавинанта снова поразило его физическое совершенство: гладкие и сильные руки и ноги; плоть без пятна и порока. Будь его тело мраморным, он мог бы сойти за идеализированную скульптуру.

Вейн даже виду не подал, что заметил пробуждение Кавинанта. Опустив по бокам полусогнутые руки, он стоял как изваяние, в которое еще не вдохнули жизнь. Грудь оставалась неподвижной; глаза, не мигая, смотрели прямо перед собой.

Кавинант постепенно вспомнил и о других полученных дарах. Все они казались странными и непонятными, но реальность Вейна убеждала его в их важности. Кавинант взял юр-вайла в спутники как надежду на то, что остальные дары тоже окажутся полезными.

Стараясь заглушить в себе чувство потери, он поднялся на ноги и повернулся к Вейну. Быстро осмотрев темную фигуру, он произнес:

– Идущий-За-Пеной сказал, что ты не говоришь. Это правда?

Вейн не реагировал. Двусмысленная улыбка застыла на его губах, но выражение лица не изменилось: он по-прежнему смотрел прямо перед собой неподвижными черными глазами. С тем же успехом он мог оказаться и слепым.

– Значит, ты действительно не говоришь, – прошептал Кавинант. – Надеюсь, то, что мне сказали о тебе, тоже верно. Я не хочу испытывать тебя и по возможности не буду прибегать к твоей помощи. Но если юр-вайлы наврали Идущему-За-Пеной…

Он нахмурился, пытаясь проникнуть в тайну своего спутника, однако интуиция не пришла ему на помощь.

– Возможно, Линден что-нибудь расскажет о тебе. Черные глаза Вейна оставались неподвижными.

– И еще я надеюсь, что у меня не появится привычки разговаривать с тобой, – проворчал Кавинант. – Это было бы просто нелепо.

Почувствовав себя немного глупо, он взглянул на солнце, чтобы определить стороны света, и начал спускаться с холма, намереваясь вернуться к своим друзьям.

Вейн шел в нескольких шагах позади. Он двигался так, словно накрепко запомнил когда-то окружавший его мир и теперь не имел нужды осматриваться вокруг. Несмотря на свою реальность, и реальность весьма ощутимую, он двигался совершенно бесшумно, не оставляя следов на траве.

Кавинант пожал плечами и направился на юго-запад.

В полдень он закусил алиантой, заменившей ему обед, и мало-помалу обрел былое ощущение радости. Вид зеленых холмов наполнял его томным волнением. Он вдруг почувствовал покой в своей измученной душе и забыл о боли утрат. Пусть Лорд Фоул лишил его самого изысканного удовольствия – ощущения полного здоровья, столь явного здесь в каждом растении и каждой живой твари. Но холмы, казалось, поняли его беду и стали еще привлекательнее, будто старались предложить ему то, чем он еще мог наслаждаться. В воздухе носились яркие птицы. Сочная трава была такой густой и высокой, что ноги утопали в ее пышном и мягком ковре по колено. Здешняя алианта была такой питательной, что вскоре все мышцы Кавинанта налились жизненной силой и стали по-юношески упругими.

Анделейн расплавил душевную скорбь Кавинанта и выковал из нее несокрушимое чувство ясной цели. Теперь он без страха мог думать о будущих делах и опасностях. Глядя на зеленые холмы, он поклялся себе, что, пока бьется его сердце, эта прекрасная страна не погибнет.

Во второй половине дня он вышел к речушке, которая безмятежно протекала меж песчаных берегов. Кавинант остановился, собираясь выкупаться. Он знал, что до полуночи не встретится со своими спутниками, и потому не торопился. Раздевшись, он принялся натираться песком – до тех пор, пока впервые за много дней не почувствовал себя чистым.

Вейн неподвижно стоял на берегу, словно врос корнями в землю. Кавинанту вдруг захотелось пошутить; он набрал в пригоршню воды и обрызгал своего спутника с ног до головы. Капли сверкнули на обсидиановой коже и скатились вниз, но Вейн даже не пошевелился.

– О огонь ада, – прошептал Кавинант.

Его настроение тут же испортилось. Охваченный мрачными предчувствиями, он торопливо выстирал свою одежду и снова двинулся в путь. Вейн неотступно следовал сзади.

Кавинант рассчитывал идти без остановки до самой Мифили, где его должны были ожидать друзья. Но луна в эту ночь не взошла, а передвигаться при свете звезд оказалось трудно. Когда на небосводе угас последний отблеск заката, он решил сделать привал.

Тем не менее заснул он не сразу. На сердце давило какое-то безотчетное беспокойство. В темноте вырисовывалась неподвижная фигура Вейна, и при взгляде на него Кавинанту становилось не по себе. “Как я только мог довериться юр-вайлам?” – в который раз подумал Кавинант об Идущем-За-Пеной. Юр-вайлы считались одной из самых древних рас Страны, и они тысячелетиями служили Лорду Фоулу. Кавинант вновь и вновь представлял себе этих тварей. Однажды, когда его силы иссякли, эти кровожадные существа пожрали несколько десятков Духов. Он просто не мог поверить, что они отдали Вейна без какого-то злобного умысла.

Кавинант все размышлял, размышлял… Однако трава и воздух Анделейна делали свое дело – его тревожные мысли улетучились, и Кавинант заснул.

Проснувшись на рассвете бодрым и полным сил, он снова отправился в путь. Но на душе у него было невесело. Ему не хотелось покидать Анделейн. Тем не менее он торопился, не желая понапрасну тревожить своих спутников. Незадолго до полудня Кавинант одолел последние холмы у Мифили.

Он вышел к реке чуть восточнее условленного места: старый дуб находился справа от него – примерно в половине лиги. Кавинант направился к нему по гребню холма, выискивая взглядом друзей.

Но, приблизившись к величественному дереву, он так и не увидел ни Линден, ни Сандера, ни Холлиан.