- Не смей мне угрожать! И ему не смей. - Ира никогда не была такой спокойной, как я, и Ниночка, по-видимому, ее жутко раздражала в этот момент.
- Хочу и буду. А ты не ори. Нет, твою же мать, как ты могла так поступить?
- Сердцу не прикажешь, Нина.
- Прикажешь! В крайнем случае, твоем сердцу прикажу я. Нет, тайно встречаться с любимым человеком подруги! Ты кто вообще? Это с тобой мы с первого класса дружим?!
- Ага! Ты всегда на ее стороне! - опять заорала Ира.
- Что? - от удивления Журавль понизила голос.
- Всегда защищаешь е, а не меня. Почему Катьке можно влюбляться, а мне нет? Да, я тоже втюрилась в Макса, и он тоже меня любит, просто ему бросать эту рохлю жалко! Хотя из нас двоих он выбрал именно меня, а не ее! Знаешь, как ему тяжело было?
- Ему тяжело еще будет. Все впереди.
- Я - его первая девушка, а не она. С ней только и можно за руки ходить!
- Чего? Ну ты и тварь.
- Закрой ротик, Журавль! Блин, я вас обеих ненавижу! Одна Крутая Мадам, которая купается в папиных деньгах и всеобщей любви, фальшивка и стерва, вторая вся из себя слабая тихоня, творческая личность, девочка из интеллигентной семьи с известным папой, которая тоже тянет на себя одеяло! А я? А кто я?
- Оу, да у тебя комплекс.
Вы всегда лучше ладили между собой, двумя такими грандиозными личностями, а не со мной, такой простой и обычной. Как же вы меня бесите, как раздражаете! Общайтесь вдвоем, я вас обеих видеть уже не могу...
- По-моему, Нинка залепила Ире пощечину, а что было дальше - я не знаю.
- Убежала? - был, как всегда, проницателен солист группы "На краю".
- Да, ты прав. Что такая слабачка, как я еще могла сделать? Ну, конечно, порыдала - куда без этого? А потом уже сама себя надавала пощечин, чтобы не плакать и пошла к Максиму, чтобы разобраться, что происходит. Знаешь, что он заявил? Сейчас это, наверное, смешно выглядит, а тогда, когда я услышала эти его "я не знаю, что мне делать, я люблю вас обеих", я растерялась.
- Я не знаю, что мне делать, я люблю вас обеих, - закрыв лицо руками, прошептал Максим, когда я сидела перед ним и вопросительно заглядывала красными опухшими глазами в его лицо.
- Но... Максим...как это случилось? Она ведь моя подруга... - забормотала я бессвязно, понимая, что мой уютный мирок рушится.
- Я знаю, Катя, я знаю. И от этого мне так плохо. Я ужасный человек. Я обманывал тебя и причинял боль ей. Катя, что делать? Ты ненавидишь меня, да?
- Вовсе нет... Пока. Я... в шоке, и не знаю, должна ли я тебя ненавидеть, но я знаю, что все равно тебя люблю. Вся моя злость - я не знаю, где она. Я просто боюсь, что ты меня оставишь, - я отвернулась, чтобы он не видел моих слез. Я не желала плакать при Максиме.
- Нет, ты меня ненавидишь... Я боюсь этого. С каждой из вас я чувствую что-то особенное. И еще знаю, что я - подонок. Катя, уходи, оставь меня сейчас в одного, ладно? Мне надо все обдумать, - он на мгновение прижал меня к себе, как и прежде и попробовал поцеловать. А я уклонилась, уткнулась ему в родное плечо носом, последний раз провела рукой по щеке и сжала предплечье, и тут же отстранилась, сказав, что пусть он поцелует меня, когда решит с выбором.
Я не хотела понимать, что родным он мне быть перестал.
- А потом он выбрал ее, да? – спросил Кей, задумчиво потирая запястье.
- Да, - хмуро ответила я. – Я до последнего надеялась на чудо, но его не произошло. Мы тогда встретились вчетвером - Ниночка тоже пришла, злая, как будто обманули ее. В тот февральский и очень холодный день – Кей, я до сих пор помню этот день - Максим, пряча глаза, сказал, что выбирает Иру, потому что не может, видите ли, смотреть мне в глаза! И что они с Иркой не станут меня тревожить, переведутся в другую школу, чтобы не мешать мне, а потом и вовсе уедут в Москву, когда закончат одиннадцатый класс. Макс хотел стать фотографом, а не хирургом, а Ирка... не знаю, чего хотела она. И знаешь, так странно получилось - я должна была ее ненавидеть, а вышло наоборот - она меня. За что - для меня остается загадкой. До сих пор. Ведь для меня она была сестрой. Вообщем, я больше ее не видела. И его тоже. Но встретила из-за тебя! На студии!
- Из-за дьяволицы, а не из-за меня - ее же потянуло в нашу студию, - отозвался молодой человек. - Катя, твой парень - я вообще удивлен, что у тебя был парень - за твоей спиной встречался с твоей подругой. Я думал, такое может быть только в слезливой драме. - Кей только рассмеялся. Было видно, что рассказ его не впечатлил - он оставался спокойным, а мне было неприятно из-за воспоминаний.
- Да, - кивнула я, глядя на свои сжатые руки, - так все думают, пока не попадут в какую-нибудь задницу.
- Хорошие девочки так не говорят. А все-таки это забавно. Не находишь, крошка?
- Нет. Я не знаю, почему опять его встретила, и почему именно в том же месте, где находился и ты. Наверное, это судьба. Нинка до сих пор думает, что я люблю его или страдаю.
- До сих пор любишь его? - осведомился Кей. – Она права?
- Нет, естественно, уже другого, - я осеклась.
- Кого? - положил ладонь под щеку парень.
- А тебе-то что?
- Просто интересно. Кого же любят хорошие девочки?
Интересно, как же. Ты просто ждешь, что я скажу, что люблю тебя. Ты ведь хочешь пополнить мной свою огромную коллекцию завоеванных сердец? Или пустить на корм своему прожорливому Чувству Собственного Достоинства?
- Любопытный такой?
- Нет. Так кого? – его пристальные глаза смотрели прямо в мои, явно ожидая ответа.
Телефон не стал нарушать старую-добрую традицию - звонить в самый неподходящий момент. Мобильный так требовательно затрезвонил, что мне пришлось нажать на зеленую кнопку принятия вызовов. Кею это не понравилось.
- Да? - сказала я устало. Может, домашние ищут?
- Привет, - раздался чужой, приветливый и смутно знакомый голос, - Катя, прости, что так рано. Узнала меня?
- Нет, - осторожно ответила я, действительно не понимая, кому принадлежит этот мужской голос. Кажется, я его слышала раньше. Но кто это?
- Это Максим, - сообщили мне, и я почему-то судорожно сглотнула. Зачем он звонит мне? Откуда узнал номер? Что ему надо от меня?
Мой бывший одноклассник тут же ответил на первый вопрос:
- Мы не могли бы встретиться?
- Встретиться? – в ступоре переспросила я. Кей тоже слышал это. Он, не стесняясь, подслушивал, склонив голову ко мне - динамики в телефоне были громкими, и разговор не оставался для него секретом. А вместо того, чтобы удивляться неожиданному звонку, я поймала себя на мысли, что мне нравится, как волосы солиста "На Краю" щекочут мою щеку. И мне хотелось слышать не голос бывшего парня, по которому я убивалась еще долгое время, а едва заметное дыханием Кирилла.
