то она не в курсе твоих подвигов.
К моему удивлению Фрино отвел глаза. Было ясно – он действительно что-то сделал, но не сознается.
– Ладно… – буркнул он. – Только это был вовсе не героический поступок, а безрассудная глупость. На самом деле мой предел – это пять человек. Марионеточная магия… скажем так, не совсем ментальная. Она подключается к нервной системе человека и влияет на нее. От этого гораздо сложнее избавиться, чем от контроля разума или простого контроля тела при помощи телекинеза. Обычно я отрубаюсь, когда беру под контроль шестого. Сразу же. Я сказал об этом Текке, когда подоспела подмога, а она передала Мрамору. Скрутил одного из особенно сильных парней и сирену – побоялся, что на контроль наги уйдет слишком много сил.
– Если бы я не превратился обратно в человека, то я бы удержал нагу и оставшегося парня, – продолжил за него Мрамор, обратившись ко мне. – Но вместо этого я решил как последний идиот состроить из себя героя. Доигрался… на меня накинули парализующую магию. Лежал там и думал, какой я дурак. Все видел и слышал. В том числе видел, как Фрино подобрал последних двух, чтобы помочь тебе.
– Ну да, подобрал, – хмыкнул парень на это. – Просто в какой-то момент ощутил, что смогу. Там столько в воздухе магии было… да и мои умения, видимо, выросли за время в академии… понятия не имею, как у меня получилось их всемером так долго сдерживать. Наверное, просто очень нужно было. Но я поступил неправильно. Я мог бы в ту же минуту, как скрутил шестого, потерять сознание и запороть нам вообще все. Не лучшее было время для экспериментов.
– Все равно спасибо, мы бы без тебя не справились, – улыбнулась я Фрино, а потом повернулась к Мрамору. – А на тебя я не обижаюсь. Ты же как лучше хотел. Да и к тому же проклятие действительно попалось мерзкое, я бы с ним далеко не ушла.
– Не заметил, чтобы у тебя были какие-то проблемы, – несмело улыбнулся Мрамор. – Как же… глупо вышло. Я пытался защищать девушку, от которой сам защититься бы не смог при самом большом желании. Те твои… не знаю, что уж ты там сделала, но я такой мощной магии в жизни не видел.
– Я могу идти? – уточнил едко Фрино. – Или вы и дальше будете заставлять меня слушать эти ваши слащавые расшаркивания? Спасибо, не надо. Я собираюсь отмыться наконец и съесть свой заслуженный кусок торта. А лучше два.
– Какой же ты все же вредный, – закатил глаза Мрамор.
– А ты что думал, что мы теперь приятели или что-то вроде того? – фыркнул Фрино. – Нет уж, уволь.
– Дался ты мне, – вздохнул устало Мрамор. – Кому нужна такая язва? Можешь катиться. Просто хотел сказать что ты не такой уж и поганец, с какой стороны не посмотри. Издалека тебя было ненавидеть гораздо легче...
Последние слова Мрамор сказал даже с каким-то облегчением. Мы с Фрино переглянулись. Я-то понимала, почему Мрамор это сейчас сказал – наверняка мои слова вспомнились о пожелании смерти и ему, возможно, даже стыдно стало. Ну или дракон просто пытался вот таким странным образом поблагодарить Фрино за мое спасение и выигрыш. Уж не знаю, до каких мыслей дошел в этот момент мой парень, но...
– Ну что ж, пожалуй мне давно стоило перед тобой извиниться, – решившись, вдруг сказал Фрино. – Скажем так… я хотел это сделать, но не знал как. Я, конечно, мог бы оправдаться, что в тот раз был не в себе. Но это не отменяет того факта что я пырнул тебя ножом. Глупо конечно извиняться за такие вещи, но… может тебя утешит то, что я сейчас совершенно не понимаю, зачем я это тогда сделал? Я вообще мало что теперь понимаю…
– Только не говори, что ты изменился, – поморщился Мрамор.
– Да нет вроде, – пожал плечами Фрино. – Не думаю. Но… ладно, шиары тут нет, так что верить или не верить мне – решай сам. Пооткровенничаю немного. Просто, когда меня притащили всего переломанного в лазарет, я был в таком шоке от произошедшего, что даже сознание потерять не мог от боли. А главное, я понятия не имел, за что мне досталось. Никто никогда мне не сопротивлялся, никто никогда не пытался дать сдачи, так что это было чем-то… скажем так, новеньким. Когда меня вылечили и пинком отправили в общежитие я заперся и довольно долго пытался понять, что же случилось. И дошел до странной мысли, что меня не только покалечить, меня убить было надо ко псам за все, что я натворил за свою короткую жизнь. Не скажу, что я искренне раскаялся… но хотя бы разобрался где право а где лево.
Мрамор от этих слов впал в глубокую задумчивость. Смерил хмурого Фрино каким-то другим взглядом, почесал подбородок. Потом дракон глянул на меня, будто прося поддержки. Я одобрительно ему улыбнулась.
– Ладно, верю, – буркнул он. – По крайней мере меня это устраивает. Тогда давай ты выполнишь одну мою просьбу и мы будем квиты.
– Валяй.
– Перестань греметь по ночам, – поморщился Мрамор. – Спать мешаешь.
– Хорошо, – криво улыбнулся Фрино и протянул дракону руку. – Больше никакого ночного шума. Я не обещаю, но очень постараюсь.
Они пожали руки и мы разошлись наконец по своим комнатам мыться. А потом пили, ели, веселились. К торту наш куратор приложил две бутылки вина. Так что гуляло красное общежитие до самой поздней ночи, а на следующее утро мои соседи еле-еле встали на пары.
Глава 37. Яна (1)
Хоук выловил меня среди недели.
Занятия закончились, и с лекции по воздушной магии я возвращалась в компании Кальца. С нами еще хотел идти Альбо, но надолго его не хватило – упорхнул куда-то на очередном повороте.
Женишка я заметила еще издалека – стоял под фонарем у дорожки, ведущей к моему общежитию, меня, должно быть, высматривал. Сегодня он выглядел усталым. Костюм-тройка, коричневый, в едва заметную полоску, имел несколько потрепанный вид. Белая рубашка явно мятая, на жилете расстегнута пара пуговиц, полуфрак сидел чуть косо. Любимый бордовый, почти красный, шейный платок сбился. Хоук будто весь день занимался важными делами, а потом вдруг вспомнил о своей дорогой невесте и побежал
