– Кажется, кто-то загрустил. Пойдем, – сказал он и взял Паулу за руку, не дожидаясь ответа. Она безвольно поплелась следом. Когда они оказались у стоянки, где был припаркован автомобиль, он произнес: – Садись, поехали ко мне.
* * *
Прямо у входной двери лежала гора обуви, большей частью кроссовки и кеды самых разных моделей. Вдоль стены в темной прихожей стояла низкая скамья, заваленная газетами, рекламными буклетами, письмами и одеждой. Через приоткрытую дверь комнаты – вероятно, спальни – сочился свет. Паула мельком увидела матрас, лежащий на полу.
У меня небольшой беспорядок, – извинялся Ральф, сбрасывая ботинки в кучу обуви.
Паула последовала его примеру и вошла за ним в светлую гостиную. Из-за высокого потолка комната казалась больше. Услышав адрес, Паула предположила, что речь идет о квартире с видом на площадь Карлаплан, но окна выходили во двор. Посреди комнаты стоял потертый диван, обитый черной кожей, перед ним – телевизор и видеомагнитофон плюс ворох кассет. Вот и все. Если не считать пыли по всему паркету.
– Хочешь кофе? Или, может быть, бокал вина? – спросил Ральф, направляясь в сторону красивых стеклянных дверей. Паула последовала за ним.
– Бокал вина, если ты тоже будешь.
Стеклянные двери вели в комнату, посреди которой стоял массивный обеденный стол темного дерева. Далее располагалась кухня, отделенная от столовой небольшим коридором. Ральф достал из холодильника бутылку вина и принялся искать штопор – в ящике стола его не оказалось. Паула огляделась. В кухне царил беспорядок, однако обустроена она была достойно: плита, гриль, встроенная микроволновка, духовка. Раздвижной стол и четыре стула довершали картину. Паула присела на один из стульев и облокотилась на стол. Протянув руку за бокалом, она обнаружила, что рукав сплошь облеплен крошками. Ральф в очередной раз извинился и протянул Пауле кусок бумажного полотенца, чтобы промокнуть жирное пятно, появившееся на локте.
Подойдя к раковине, чтобы выбросить скомканную бумагу, Паула едва не отшатнулась. Тарелки, стаканы и кастрюли, горой наваленные в раковине, были покрыты зелеными пятнами разнообразных оттенков. Похоже, Ральф не заметил ее реакции, и, садясь на место, она постаралась незаметно смахнуть со стола оставшиеся крошки.
– Ты недавно переехал? – спросила Паула.
– Полтора года назад. Квартира куплена на гонорары от «Приемной», но времени привести ее в порядок у меня не было.
Паула кивнула:
– Красивая квартира. Мне нравится старинное.
– Девяностые годы девятнадцатого века. Наверное, малость пафосно, а так ничего.
В нынешнем состоянии назвать эту квартиру пафосной сложно, подумала Паула, но промолчала. Они пили вино в тишине.
– Почему ты плакала? – спросил наконец Ральф.
Паула устала постоянно скрывать эмоции и держать себя в руках. Что страшного, если он узнает? Ничего не изменится.
– Я позвонила папе и рассказала про Юхана. Трудный разговор.
Ральф неспешно кивнул, но ничего не сказал. После короткой паузы Паула продолжила:
– Кажется, он кого-то встретил. Юхан.
– Уже? – Реплика могла показаться язвительной, но тон Ральфа был скорее удивленным.
– Они познакомились в отпуске.
– Когда вы еще были вместе?
– Угу.
Ральф воздержался от злорадных комментариев.
– Невеселая история.
Паула опустила взгляд. Да уж, совсем не веселая. Ральф встал и, подойдя к Пауле, сел рядом, касаясь ее коленом. Медленно погладил по спине. Теплая, тяжелая рука раз за разом скользила по спине, задевая застежку бюстгальтера.
– Это пройдет, – бормотал он, почти уткнувшись в ее волосы. – Пройдет.
Паула медленно подняла голову. Его губы оказались на уровне ее уха. Паула чувствовала его дыхание. Рука на спине замерла, жар ладони проникал сквозь одежду. Паула попыталась выпрямиться. Рука оставалась на месте, утешительный шепот перешел в тяжелое дыхание. Паула попыталась собраться с мыслями. Она несчастна. Она покинута. Она обманута. Она хочет его.
– Ты уверена? – Ральф серьезно смотрел на Паулу. Он уже снял джемпер и собирался расстегнуть ремень. Паула лежала на матрасе в одном белье.
Она кивнула.
– Может быть, лучше подождать?
Зачем эти сложности? Она хочет переспать с ним. Не разговаривать о том, как она себя чувствует, об изменах, о Юхане. Секс – что тут сложного, подумала она, покачав головой. Ральф стянул с себя брюки вместе с трусами. Бросив одежду на полу, он приблизился к Пауле и опустился на колени. Они поцеловались. Непривычное ощущение. Щетина царапала лицо. Совсем не похоже на гладко выбритые щеки Юхана. Паула прогнала этот образ. С ним покончено. Юхан теперь чужой. А она может делать что угодно! Например, заниматься сексом с Ральфом Брюгге.
Потом он закурил, взяв сигарету из пачки, лежащей за ворохом журналов «Вэрайети». Паула не любила, когда мужчины курили после секса. Как будто одного удовольствия недостаточно. Но, когда он учтиво спросил, не против ли она, Паула покачала головой. Ведь это его спальня. Ральф стряхнул пепел в стакан с водой, стоящий у матраса. Серые хлопья опустились на дно. Докурив сигарету до середины, он опустил окурок в воду. Выглядело это довольно мерзко.
– С тобой все нормально? – спросил он.
Паула кивнула и прижалась к его обнаженному телу, демонстрируя, что все хорошо. Ответ удовлетворил Ральфа, и спустя некоторое время они уже спали обнявшись.
Паула была рада, что на следующий день не надо появляться в студии. Спустя пару часов она проснулась и собралась уходить, но Ральф не хотел отпускать ее.
– Оставайся! – просил он. – Закажем пиццу и допьем вино.
Паула позвонила Ракели, укутавшись в халат Ральфа.
– Мы работаем допоздна, – сказала она. – Может быть, даже всю ночь. Я переночую у Карины, чтобы не будить тебя. – Объяснения не казались убедительными даже ей самой, но Ракель не подала вида.
– Ладно, – ответила она. – Удачи, увидимся завтра.
В квартирку Ракели Паула отправилась в половине десятого утра. Ральф предлагал ей остаться в его квартире, когда он уйдет на работу. Но, как только за ним захлопнулась дверь, Паула отправилась в ванную, чтобы принять душ. Чистого полотенца не нашлось, пришлось воспользоваться влажным махровым тряпьем, оставшимся на полу после Ральфа. Потом Паула оделась и осторожно покинула пафосное парадное. Ощущая себя предательницей.
* * *
Он милый. Точнее, не так. Милыми бывают котята. Он… мужественный. Красивый? Да. Милый и красивый. И мужественный. Паула смотрела на него. Слишком долгий взгляд: он поймал его и улыбнулся. Паула улыбнулась в ответ. Он сделал незаметный жест, означающий телефонный звонок. Паула кивнула, хотя не была вполне уверена, что он имеет в виду. Кто должен позвонить – он или она? Едва она вышла из студии, как зазвонил ее новый мобильник, который она решила купить, лишившись постоянного домашнего номера.
