«4 января 1981 г.
Ул. Морская, дом 2А, кВ. 45, тел. 98-1-41 — Авдеева Елизавета Николаевна».
Реквизиты супруги и адрес проживания командира второго экипажа РПК СН «К-500» капитана 1-го ранга Анатолия Владимировича Авдеева были использованы для доставки получки мужа. Анатолий Владимирович ушел в море и в спешке не смог получить и оставить своей жене деньги. Мужья уходили в автономку на 78 суток, а женам с детьми надо было на что-то жить.
Я уже бывал в подобных ситуациях. Однажды командир дивизии, начальник штаба, заместитель командира дивизии ушли в моря, а мне как финансисту поручили доставить их женам деньги. Как сейчас помню, стемнело, и я после службы, рассовав несколько тысяч рублей советских денег по карманам шинели, придерживая их руками, гарцевал по Техасу в поисках адресов. Слава богу, все жены оказались на «штатных местах», в своих квартирках, и я под роспись сдал причитающиеся им суммы. Чужие жены ждали меня, что манну небесную, были рады моему появлению и проявляли приветливость. И я был рад, что ко мне не было претензий. А вдруг какой-нибудь жене начальственной особы что-нибудь не понравилось бы…
Свинофермы
Выше упоминалось о некоторых курьезах, происходивших на спецобъектах, называемых свинофермами.
На аналогичном объекте на Камчатке решили заколоть парочку кабанчиков. Правда, особых торжеств по этому поводу не устраивали, а просто одного созревшего клиента успешно пырнули длинным ножичком, а второму промахнувшись, всего лишь шкурку повредили.
Свинья-подранок вырвалась из рук убойщиков и бросилась в соленые воды бухты. Преследователи не рискнули войти в воду, чтобы достать ее и дорезать окончательно, поэтому несчастную жертву волной отнесло от берега. Пришлось спускать на воду шлюпку, чтобы поймать непослушную свинку. Поймали. И тогда ими было сделано открытие — а свинина-то, оказывается, не тонет.
«22 января 1981 г.
Заседание комитета ВЛКСМ. Редколлегия: Левченко, В. В. Игуменцев, М. Е. Лоншаков, А. Н. Прокофьев, Киреев».
Думаю, обсуждалась тематика выпуска боевых листков. Сейчас, уже во второй раз в жизни было занятно узнать, что лейтенант Киреев состоял в редколлегии комитета комсомола. С таким же интересом я бы узнал, по какому поводу мы тогда собирались. В составе редколлегии оказался и залетчик Володя Игуменцев. Помню этого бедового матроса. В принципе был неплохой парень, родом не то из Приморского края, не то из близлежащей области. Примерно в то время те места, откуда он был родом, подверглись затоплению.
— Ну как там, на родине, все нормально? Все живы и здоровы? — спросил я у него, узнав из газет о несчастье.
— Да что вы, товарищ мичман! Были жертвы!
А во владивостоксой дивизии подводных лодок произошла история, сопряженная с «особенностями национального разведения командного состава». Постижение этих самых особенностей одним из офицеров штаба началось с тривиальных политических занятий на бербазе.
Приходит в тыл комиссар из политотдела с проверкой. Начал с изучения журнала учета посещаемости политзанятий. И брови у него от удивления поползли кверху.
— Как это у вас хорошист политической подготовки работает на свиноферме? Почему вы его там держите? Что это за безобразие такое?
— А что, там не могут работать умные люди?
— А ну-ка, пойдем проверим, как ваш почти отличник политической подготовки справляется с боевой составляющей на свиноферме.
Просто проверяющему комиссару было невдомек, что офицер тыла, ответственный за проведение занятий, ставил оценки своим слушателям, руководствуясь каким-то внутренним наитием, но не действительными познаниями. Поэтому ниже «четверки» в проставляемых оценках он не опускался, и все у него, в том числе и свиновод оказались весьма даже успешными и политически подкованными. Вот так неосторожно завысив планку среднего уровня знаний своих подопечных, офицер нарушил главное флотское правило — «не высовывайся».
Заявился проверяющий на спецобъект, а там творится что-то несусветное и даже уму непостижимое.
Бегают по загону какие-то комбриги, начштаба, замкомбриги и прочий высший комсостав. Проверяющий при виде такого количества комсостава на квадратный метр от изумления просто ошалел, а потому рот раскрыл и тихо прошептал:
— У них даже замполит есть…
В этом хозяйстве, наверное, как и на любом другом подобном спецобъекте, было много неучтенного поголовья. А начальство ведь тоже способно своими желудками переваривать мясо, ну и чтобы не давать взятки «классическим» образом борзыми или щенками их подносили по-свински — кабанчиками и поросятами. А чтобы не запутаться с учетом безликих свинячьих рыл, а главное, чтобы опознать своих животинок, ушлый матрос-молдаванин поступил очень даже просто: каждому кабанчику прямо на боку двадцатисантиметровыми несмываемыми буквами написал «комбриг», «начштаба» и так далее.
Вывод: В жизни всегда есть место смешному, ибо подчас смешное является обратной стороной порядка. Если вовремя его не высмеять, то оно превращается в хаос и приводит к нарастанию энтропии.
Неведомо, сколько и как часто верховным командирам полагалось поставлять на стол от щедрот флотского хозяйства по разнарядке, зато доподлинно известно, что каждый поросенок был кандидатом, чтобы почетно исполнить свой «воинский долг» в виде мясного блюда на столе.
Трагедия на ТОФ
«23 января 1981 г.
Кап. л-т А. Т. Матора — Усатого, дом 25, кв. 24».
Адрес моего временного командира в записной книжке возник не зря, здесь может быть миллион версий — от вызова на службу до нежелания на нее же являться.
Однажды к нам пришла трагическая весть. При взлете самолета погибло все командование Тихоокеанского флота. Люди возвращались домой после окончания какого-то совещания в Ленинграде. Информацию не разглашали, но мы не могли не узнать о трагедии, и тогда я подумал, что наш флот оказался обезглавленным. В том самолете также находилась жена первого секретаря Приморского крайкома партии. Погиб и командующий 4-й флотилии вице-адмирал Виктор Григорьевич Белашев, после которого эту должность занял контр-адмирал Виктор Михайлович Храмцов.
Не так давно на телеканале «Россия» прошел премьерный показ документального фильма «Гибель адмиралов. Тайны одной авиакатастрофы» об этой трагедии, произошедшей более 30-ти лет назад, 7 февраля 1981 года. Мы и тогда знали, что на борту находились и несколько гражданских лиц, включая Тамару Ломакину — супругу тогдашнего первого секретаря крайкома КПСС Ломакина. В часовой киноленте звучат воспоминания вице-адмирала Славского, дочерей адмиралов Спиридонова и Горшкова, ряда других свидетелей трагедии; В фильме изложены все версии произошедшего — от теракта до перегруза «Ту-104» — самолета командующего ТОФ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
