— Как только этот полис попал на стол Мэддокса, он сразу ему не понравился. Он тут же распорядился поручить детективному агентству собрать максимум сведений о Барлоу и, разумеется, о его жене. У него имеется подробное досье на их обоих. Я его еще не видел, но, если судить по его словам, рыльце у этой женщины в пушку. По его словам, женщина с такой репутацией способна на все.
От неожиданности Энсон пролил кофе. Он поставил чашку и посмотрел на Хармаса. Его серые глаза потемнели.
— Что за досье?
— Понятия не имею. Ведь я его не видел и говорю исключительно со слов Мэддокса. Он считает, что она способна на любой шаг.
— Да он сумасшедший! — выкрикнул Энсон с уверенностью, которой не ощущал. — На женщину напали и зверски изнасиловали! Нельзя же быть таким бесчувственным!
— Дженсон придерживается вашей точки зрения, — мягко сказал Хармас. — Но я работаю с Мэддоксом вот уже десять лет, и за этот огромный срок он еще ни разу не ошибся, аннулируя полис.
— Это не более чем уловка. Он не хочет платить, это же ясно. Вы даже не представляете, сколько вреда нанесет Мэддокс компании. Что такое пятьдесят тысяч долларов в ситуации, подобной этой?
— Пятьдесят тысяч, говорите, — повторил Хармас и улыбнулся. — Не забывайте, за год на стол Мэддокса попадает пара, а то и больше тысяч подобных исков. Так что считайте сами. Один полис — мелочь. Но если их две тысячи…
Энсон допил кофе.
— О’кей… что я должен сделать?
— Да ничего. Я просто хотел ввести вас в курс дела. Кому придется поработать, так это мне. Где находится дом Барлоу?
Энсон буквально окостенел, но все же сумел усилием воли взять себя в руки. Закурив сигарету; он глянул на Хармаса в упор.
— В уединенном месте за городом, но его достаточно трудно отыскать.
— Будет проще, если вы отвезете меня туда, — сказал Хармас, вставая. — Я хочу осмотреть его.
— Не понял, — сказал Энсон, не двинувшись с места. — Как это — осмотреть? Что вы имеете ввиду?
— Распоряжение Мэддокса. Он хочет, чтобы я осмотрел дом, пока миссис Барлоу находится в госпитале.
— Но вы не можете этого сделать! Как можно взломать дверь и…
— Пошли! — резко сказал Хармас. — Я всего лишь выполняю приказ! Поехали!
Энсон заколебался, затем поднялся и послушно пошел вслед за Хармасом через улицу, где он поставил свою машину.
— Ну и ну! — воскликнул Хармас. — Вы только взгляните на это!
Он не мог оторвать взгляд от сада Барлоу, едва только Энсон остановил машину у ворог.
— Да уж, выглядит впечатляюще, — нарочито безразличным тоном заметил Энсон, мельком глянув в нужном направлении.
— Впечатляюще! Да этот парень был гением своего дела! А эти розы! Бог мой! Хотел бы я, чтобы Хелен увидела их! Выращивание роз — ее хобби!
Хармас выбрался — из машины, открыл ворота и принялся бродить по саду. Он полюбовался золотыми рыбками в бассейне, долго не мог оторвать восхищенного взгляда от георгин, пришел в неописуемый восторг от фонтана. Энсон наблюдал за ним, стоя у машины.
— Никогда в жизни не видел такое! — честно признался Хармас, подходя к Энсону и переводя взгляд на дом. — Ничего не понимаю! Какой контраст! Похоже, на дом ему было совершенно начхать, не так ли?
Энсон промолчал.
Засунув руки в карманы брюк, Хармас неторопливо направился к дому. Критически осмотрев дверь, он налег на нее плечом, затем, убедившись, что дверь достаточно крепкая, вытащил что-то из кармана и, к удивлению Энсона, дверь моментально открылась.
— Вы не имеете права заходить туда, — резко сказал Энсон. — Послушайте, Хармас…
Не обращая внимания на его слова, Хармас быстро прошел холл и остановился в гостиной.
Энсону ничего не оставалось, как последовать за ним.
Хармас с любопытством осмотрелся по сторонам.
— Ничего не понимаю! — хмыкнул Хармас. — Иметь такой сад — и жить в такой грязи. Вы только посмотрите. Да здесь же неделями не убирались. Пыль здесь скапливалась месяцами! Как можно быть такой неряхой?
Энсон молчал. Он наблюдал за Хармасом. Тот подошел к столу, осмотрел пишущую машинку; затем перевел взгляд на стопку напечатанных страниц, лежащих на столе.
— Она что, пишет? — спросил он. — Или это его работа?
— А я почем могу знать, — сказал Энсон, глядя, как Хармас принялся перебирать страницы. — Но ведь мы не имеем права совать нос в личные дела других людей. Это незаконно в конце концов.
Не слушая его, Хармас небрежным движением подтянул кресло, уселся в него и углубился в чтение. В течение последовавших пяти минут он лист за листом брал исписанные странички и внимательно читал их. Выражение глубочайшего интереса постепенно проявлялось на его лице.
— Мы не имеем никакого права находиться здесь, — в который раз заявил Энсон. — Если…
Хармас отмахнулся от него, как от надоедливой мухи.
— Без паники, приятель. Я веду расследование. Идите посидите в машине, полюбуйтесь на красоты сада, в конце концов… это очень, очень интересно, — он продолжал чтение, а Энсону ничего не оставалось, как наблюдать за ним. Наконец Хармас собрал прочитанные странички, сложил их и засунул в карман.
— Что вы сделали? — нервно спросил Энсон.
Хармас подмигнул ему.
— Знаете, в который раз убеждаюсь, что Мэддокс обладает редким даром. Он поручил мне просто оглядеться здесь. Он понятия не имел, что конкретно я должен искать, само собой, я тоже этого не знал. Он просто сказал, проникнуться атмосферой этого дома. — Он похлопал себя по оттопыренному карману. — Хотите верьте, хотите нет, но здесь у меня набросок рассказа об одной женщине, которая обманула страховую компанию. Она и ее любовник… он работает кассиром в авиакомпании… идея великолепная. Мэддокс по достоинству ее оценит. Если она писала на эту тему, значит подумывала, как бы претворить нечто подобное в жизнь. Когда она предъявит полис к оплате, мы сможем использовать эту историю, чтобы показать, каким складом ума она обладает.
— Послушайте, но ведь это же нелепо, — сердито сказал Энсон. — Сколь угодно людей пишут подобные рассказы… — Он замолчал, так как увидел, что Хармас его не слушает. Тот поднялся на ноги и расхаживал по гостиной, насвистывая себе под нос что-то немелодичное. Затем вдруг остановился и начал рассматривать что-то, висевшее на стене.
— Нет, вы только посмотрите! — с чувством воскликнул он. — Так Барлоу был еще и чемпионом по стрельбе из револьвера. Он получил первый приз Прю Таунского стрелкового клуба!
— Ну и что с того? — нервно спросил Энсон. — Хороши мы будем, если нас здесь застанут.
— Дыши ровнее, — сказал Хармас. — Кто может появиться в такой глуши. Ну, а у чемпиона по стрельбе наверняка должно быть оружие. Я не удивлюсь, если у него имеется револьвер.
— Ну и что с того, что имеется? — Энсон нервничал уже всерьез.
Хармас принялся методично обыскивать гостиную. Он открывал серванты, выдвигал ящики и наконец добрался до громоздкого уродливого буфета. Выдвинув верхний ящик, он удовлетворенно свистнул.
— Есть… коробка для револьвера. — Взяв ее, он открыл крышку и, после продолжительного молчания, сказал: — Коробка с патронами, смазочные материалы, но револьвера нет, хотя он должен был находиться здесь. Где же оружие?
— Это вы меня спрашиваете или разговариваете с собой? — поинтересовался Энсон.
Хармас усмехнулся.
— Это я сам с собой. Послушайте, почему бы вам действительно не пойти и не полюбоваться садом. Уверен, зрелище того стоит. Что же до меня, то я пробуду здесь еще некоторое время. Этот дом весьма заинтересовал меня.
Ничего не ответив, Энсон подошел к дивану и сел.
— Я остаюсь. Может быть я могу чем-то вам помочь?
Хармас, продолжая насвистывать что-то себе под нос, не обращал на него ни малейшего внимания. Он вышел из гостиной, и вскоре Энсон услышал, как он поднимается по лестнице.
Глава 9
Полтора часа спустя Энсон и Хармас отъехали от дома Барлоу и двинулись в направлении Прю Тауна.
Большую часть дороги Хармас молчал, и лишь когда они въехали на окраину Прю Тауна, заговорил:
— В который раз восхищаюсь талантом и даром предвидения Мэддокса. Для вас он, возможно, кажется бездельником, то и дело вставляющим вам палки в колеса, но он не таков. И я не шутил, когда упомянул о даре предвидения, Вот ситуация: мелкий служащий ни с того ни с сего страхуется на пятьдесят тысяч баксов. Мэддокс сразу заподозрил неладное и был стопроцентно прав. Теперь, когда я ознакомился с домом этого парня, я тоже задаю себе вопрос: чего ради он застраховался на такую огромную сумму?
Энсон приподнял левое плечо.
— Насколько я знаю, с помощью страхового полиса он хотел получить ссуду в банке, чтобы начать собственное дело, — нарочито безразличным тоном сказал он. — Я уже говорил об этом Мэддоксу. Кстати, я не оказывал на Барлоу никакого давления, если вы хотите это знать.
