Реба, помедлив, вдруг с лихорадочной быстротой начала надевать траурную одежду.
– Почему вы ничего не надели под нее?
– Пусть пираты заберут все мои вещи, только бы не отвезли меня на Тортугу и не продали в какой-нибудь бордель. – Разгладив на стройных бедрах черную юбку, Реба встревожено взглянула на Каролину. Та стояла опустив голову и стиснув руки. – Да очнись же ты, Кэрол! – Она схватила подругу за плечо. – Сейчас не время размышлять! Ты даже не начала переодеваться. Поторопись!
Каролина покачала головой:
– Не вижу необходимости в этом маскараде. – Она отстранилась от Ребы. – Я поговорю с Келлзом.
– Поговоришь с Келлзом?.. Да ты что, спятила? Даже и не думай об этом! На, надень эти траурные одежды. Быстрее! – Она дала подруге черное платье.
– Нет, спасибо. Я не боюсь встречи с морскими разбойниками и надену свое бледно-зеленое атласное платье.
– Ради Бога, одумайся, Каролина, – взмолилась Реба. – Конечно, ты в нем восхитительна, а твоя улыбка способна расплавить даже камень, но ведь эти пираты вполне способны изнасиловать тебя, а затем перерезать глотку. Не распаляй их!
Но Каролина уже надевала серебристую юбку.
– Сомневаюсь, что мне удастся распалить Келлза, – насмешливо промолвила она. – Однако никогда нельзя терять надежды.
– Миссис Уэдлоу, помогите мне справиться с ней, она спятила, – обратилась Реба к старушке. Та в плотных черных шелках и длинном черном покрывале выглядела почтенной вдовой.
– А что, если Каролина права? – вздохнула миссис Уэдлоу. – Ну что может случиться с такой красавицей? И все же, думаю, ей не следует так рисковать.
– Совершенно согласна с вами. – Реба уже успела облачиться в черное платье. – По-моему, Кэрол, ты ведешь себя глупо. Миссис Уэдлоу права, в трауре мы не привлечем особого внимания пиратов. Даже они питают уважение к смерти, ибо каждый день соприкасаются с ней.
– Что верно, то верно, со смертью они почти неразлучны. – К Каролине вернулась уверенность, и она расправила корсаж своего зеленого платья с широкой полупрозрачной юбкой и разгладила складки. Чуть ниже локтей блеснули серебристые кружева. – Но полагаю, у вас нет причин тревожиться, – спокойно добавила девушка.
Она хотела объяснить им почему, но в этот момент два корабельных корпуса с ужасающим треском столкнулись. Чтобы удержаться на ногах, женщины ухватились друг за друга. Железные кошки со скрежетом вцепились в борта, и на палубу злосчастного купеческого судна посыпались вооруженные люди. Раздались громкие крики, топот ног. Дверь каюты распахнулась, и в нее ворвались несколько обнаженных до пояса оборванцев, вооруженных пистолетами и абордажными саблями.
Миссис Уэдлоу пронзительно взвизгнула.
Попятившись, Реба подхватила старую женщину. «Как они похожи на ведьм в этих черных платьях», – бесстрастно подумала Каролина.
Увидев незнакомые лица, она нахмурилась, но тут же дерзко шагнула вперед. Зеленое платье всколыхнулось. Вскинув голову, Каролина надменно уставилась на людей, вторгшихся в каюту.
– Отведите меня к капитану Келлзу, – потребовала она. – И немедленно.
Пираты замерли, пораженные ее красотой. Глядя на эту надменную девушку, самый высокий из них изумленно присвистнул, а толстяк, стоявший рядом с ним, пробормотал:
– Не сомневаюсь, Келлз захочет видеть ее. Его товарищи кивнули.
– Вы пойдете со мной, леди, – сказал высокий, обращаясь к двум вдовицам, и пропустил их в дверь. – Но эта девушка, – он указал на Каролину, – останется здесь.
– Нет, не останусь! – Каролина шагнула к двери, но высокий решительно оттеснил ее назад.
– Капитан сейчас занят, – объяснил он.
«Должно быть, он видел меня на Тортуге, – догадалась Каролина. – И знает, кто я такая».
Она хотела возразить, но дверь захлопнулась, и щелкнул, повернувшись в замке, ключ. Кричать им вслед было бесполезно. Оставалось только ждать.
При мысли, что сейчас увидит Рэя, Каролина затрепетала. Что она скажет ему? Господи, чего только она ему не скажет! Упрекнет ли за то, что уплыл от нее с этой испанской донной? Или… лишится дара речи, вновь увидев любимое лицо? Неужели все заготовленные гневные слова вылетят у нее из головы, она позорно капитулирует и бросится в его объятия, готовая все простить?
Оставшись одна, Каролина выдержала тяжелую борьбу с собой. Всем своим существом она желала забыть прошлое, сказать, что прощает Рэя…
Но сможет ли она так поступить, зная, что герцогиня Лорка занимает капитанскую каюту «Морского волка», а Рэй совсем недавно находился в ее объятиях?
Из-за закрытой двери Каролина слышала шум – верный признак, что пираты в поисках наживы обыскивают судно: хлопанье дверей, топот ног, возмущенные крики и вопли. Кто-то волок что-то тяжелое. «Интересно, – подумала она, – подожгут ли пираты «Верную Мэри»?» Девушка надеялась, что они не уничтожат хорошее добротное судно – гордость бывалого капитана Доулиша. Всего две недели назад, когда она была одна на палубе, капитан подошел к ней и начал рассказывать о сильнейших штормах, которые выдержало его небольшое судно. Он заверил ее, что они благополучно доберутся до Бермудских островов. Каково будет бедняге увидеть свое судно объятым пламенем? К тому же в лодке совсем нелегко добраться до Азорских островов.
Время тянулось нестерпимо медленно.
Наконец послышался скрип сапог. Кто-то твердой уверенной походкой направлялся к ее каюте.
Каролина решила, что это Рэй, и вдруг, охваченная страхом, отвернулась. Пусть, открыв дверь, он увидит лишь ее гордо выпрямленную спину. Только услышав его голос, наверняка гневный, она повернется к нему, только тогда, не раньше. Пусть он увидит ее серебристые локоны, стройную фигуру в зеленом атласном платье. И тут Каролина выразит пирату, дерзко захватившему ее в плен, заслуженное им презрение.
Дверь отворилась. Шаги приближались. Сердце тяжело забилось в ее груди.
– Миледи, – сказал насмешливый мужской голос, – будьте любезны повернуться. Я должен видеть ваше лицо.
Каролина медленно, как во сне, повернулась.
Перед ней стоял высокий темноволосый сероглазый человек. «У него глаза охотника, преследующего дичь», – отметила Каролина. На нем был французский атласный камзол, щедро украшенный серебряным шитьем. Пенные брабантские кружева окружали шею и изящные кисти рук. Лицо этого явно беспутного и безрассудного человека, вероятно, пленяло женщин.
Едва Каролина повернулась, он расшаркался и поклонился так низко, что его темные волосы почти коснулись пола.
– Позвольте представиться, я капитан Келлз.
Эти слова обожгли ее. В последний раз она слышала их от Рэя Эвистока еще на Тортуге. Но этого странного авантюриста, вперившего в нее взгляд, Каролина видела впервые.
