– Как вас зовут? – Ноги ее приросли к полу.
– Келлз. Капитан Келлз. Однако не пугайтесь, – добавил он, заметив ее растерянность. – Вам ничто не угрожает. Могу я узнать ваше имя?
Ошеломленная девушка не знала, что ответить, но все же предпочла скрыть свое имя. Теперь она поняла: пират, так странно поглядевший на нее, прежде чем запереть в каюте, никогда не видел на Тортуге Серебряной Русалки. Он разлучил ее со спутницами по какой-то иной причине.
– Меня зовут Смит, – бросила Каролина.
– Смит? – Он задумался. – Вижу, Джонас не соврал мне, сказав, что вы серебристая красавица. Так оно и есть. Мисс Смит, позвольте, пожалуйста, морскому разбойнику отвести вас на палубу «Морского волка».
Каролина молча оперлась на его руку и так же молча поднялась на палубу, откуда быстро переносили добычу на пиратский корабль.
– А где же… где пассажиры? – испуганно осведомилась она, не видя никого из них на палубе.
– Пусть это вас не волнует, миледи, – ответил высокий человек. – Им не причинили вреда – посадили в лодки, и сейчас они направляются к Азорским островам. – Он небрежно махнул рукой, и кружева манжет всколыхнулись.
– Но Азорские острова тянутся длинной грядой и находятся далеко друг от друга, – возразила Каролина, встревоженная тем, что Реба и другие затеряны сейчас в безбрежном океане.
– У них не возникнет трудностей, – заверил он девушку. – Ближайший остров совсем недалеко, а капитан Доулиш – человек опытный. Все лодки снабжены фонарями, и под его командованием они благополучно достигнут острова.
– Хотела бы я быть так же уверена в этом, – с горечью заметила Каролина. Она не оказала сопротивления, когда он подхватил ее на руки и без малейших усилий перенес на палубу своего судна. Каролина сразу же поняла, что видит вовсе не хорошо знакомого ей «Морского волка». Сходство было весьма» незначительным. Обводы оказались совсем другими, палубы не сияли чистотой, медь потускнела. Глазевшие на Каролину члены экипажа ухмылялись, однако казались не столь опасными, как те пираты, с которыми она общалась на Тортуге.
Каролина с недоумением огляделась. Что за странные люди? Конечно же, они не пираты.
Неподалеку она увидела юношу в женском платье. В руке он держал серебристый парик. «Боже! – вдруг догадалась Каролина. – Он же прикинулся мною, Серебряной Русалкой!»
Все эти люди разыгрывали спектакль, поставленный высоким любезным капитаном. Поняв это, Каролина почувствовала, что ее страх прошел. Однако она была в его власти и, значит, имела основания бояться.
– Стало быть, я ваша единственная пассажирка?
– Да, единственная, – ответил капитан. Вначале он смотрел на нее острым как клинок взглядом, а теперь – ласковым кошачьим. – Позвольте пригласить вас разделить мою скромную трапезу.
Этот лицедей приглашает ее поужинать вместе с ним! Каролина живо вспомнила, как вошла на палубу прибывшего с Тортуги настоящего «Морского волка», вспомнила дикую свадебную церемонию, возгласы пиратов, блеск абордажных сабель, беспорядочный трезвон колоколов на берегу… Боже, как давно все это было…
Она глубоко вздохнула. Это другой «Морской волк» и другой капитан Келлз. Путать их не следует.
Да, издалека этот корабль, должно быть, очень похож на «Морского волка», но только не вблизи. В глазах членов экипажа Каролина читала жгучее любопытство.
– Это Ларе Аиндстром, – представил лже-Келлз высокого блондина. – А это Коттер, корабельный врач. – Он указал на сурового человека, мрачно взглянувшего на них.
У Каролины перехватило дыхание. Эта игра задумана и разыгрывается весьма умело. Кто-то узнал имена офицеров настоящего «Морского волка», а возможно, и подробности о них. Однако воплощение образов оставляло желать лучшего. Мнимый Ларе Линдстром напоминал настоящего Ларса лишь белокурыми волосами, а настоящий доктор Коттер был на полголовы ниже и шире в плечах, чем его двойник.
Тут она с беспокойством подумала, почему из всех пассажиров «Верной Мэри» задержали только ее, но, спросив об этом, получила лишь лукавый ответ.
– Моих людей ошеломила ваша красота, миледи, и они не преминули сказать мне об этом. Я решил, что не могу отказать себе в удовольствии разделить с вами трапезу, ибо плаваю уже очень давно, да и живу в такой паршивой дыре, как Тортуга. Истосковался по приятному обществу.
Каролина окинула его презрительно-насмешливым взглядом. Возможно, он и впрямь нуждается в приятном обществе, но на Тортуге никогда не жил. Осмелься этот тип появиться там, настоящий доктор Коттер тут же разоблачил бы его, а настоящий Аарс Линдстром изрубил бы на куски своей саблей.
– Почту за честь, сэр, – холодно бросила она. Он улыбнулся:
– Сказано с учтивостью настоящей леди. Но в списке пассажиров вы значитесь как «миссис Каролина Смит, швея». – По пути в большую каюту он рассматривал ее пытливым взглядом.
Стало быть, капитан внимательно изучил список пассажиров, прежде чем зайти за ней…
– Ну что ж, я прибегну к вашим услугам сегодня же вечером, дорогая леди, – сказал лже-Келлз. – Когда я взбирался на эти проклятые ванты, моя куртка лопнула по швам, и мне нужна опытная швея.
Каролина не сумела бы, не уколовшись, воткнуть иголку в грубую ткань, поэтому беспомощно посмотрела на него.
– Возможно, после ужина… я возьму куртку в свою каюту и Починю ее при свете свечи. – Она надеялась, что ей все же удастся зашить шов, не окропив ткань своей кровью.
– Ах да… в свою каюту… – задумчиво пробормотал он.
– Надеюсь, у меня будет каюта?.. Или и мне придется отправиться в лодке?
– Конечно, у вас будет своя каюта, миледи, – заверил ее капитан. – Я освобожу для вас каюту доктора.
«А я забаррикадируюсь внутри, – с беспокойством подумала Каролина, – на случай, если доктор вдруг вознамерится вернуться в свою каюту за чем-то необходимым ему».
– А это моя каюта, миледи. Входите. – Он широко распахнул дверь, и Каролина с любопытством оглядела внутреннее убранство.
Здесь по крайней мере никто и не пытался скопировать настоящего «Морского волка». Небрежная убогая обстановка разительно отличалась от той роскошной, которую Каролина так любила. Однако в этой небрежности было нечто изысканное. Новые зеленые занавески из богатой парчи висели неровно, позолота облезла с кресел, столешница дубового банкетного стола покрылась царапинами, видимо от ножей, стулья обветшали, бархатные сиденья истрепались. Пол был застлан красивым турецким бронзово-красным ковром. Полировка на мебели потрескалась. Каролина догадалась, что этот человек не слишком строго поддерживает дисциплину на судне. На палубе царил полный беспорядок. А вот Рэй такого не потерпел бы на своем судне, всегда готовом к встрече с лучшими испанскими талионами. За альковными занавесками девушка заметила койку с неряшливо брошенным на нее роскошным покрывалом, Из-под него выглядывало белое белье. Внизу, под койкой, что-то поблескивало. Уж не серебряный ли ночной горшок тети Пэт? На креслах и стульях валялась красивая мужская одежда, и Каролина едва не наткнулась на пару начищенных сапог.
