пинать их по грязному полу автобуса.
Я крепче стиснула палочку.
– Если ты кому-нибудь скажешь обо мне еще хоть слово, я с легкостью переломлю этот прутик. Произнесешь во сне? Щелк. Выболтаешь под давлением? Щелк. Прошепчешь на ухо подружке? Щелк. Теперь ты понимаешь всю важность моей просьбы?
Итан трясся всем телом. Он протянул ко мне руку.
– Отдай ее мне.
Это было на него совсем не похоже. Но с другой стороны, я только что забрала у него самый дорогой предмет и грозилась его сломать.
Я прищурилась.
– Ты все понял? Усек своим тупым скворечником?
– Понял, – ответил он. На его скулах заходили желваки от едва сдерживаемого гнева. – А теперь отдай ее.
Когда я выпустила палочку из рук, Итан ловко поймал ее в полете и забился в дальний угол сиденья. Я развернулась и обнаружила, что Кольт косится в нашу сторону такими же круглыми, как у Итана, глазами.
Тогда я надвинула козырек кепки на лицо, откинулась в кресле и притворилась спящей. Но на самом деле не спала.
А потому слышала все, о чем шептались Пит с Уолли.
– Вероятность того, чтобы дотронуться до чьей-то волшебной палочки без негативных последствий, составляет один к тысячи. Более того, следует учитывать факт, что он забрал ее силой, – проговорила Уолли.
– Ты имеешь в виду, если бы он сам отдал ее ему…
– Да, ведь волшебные палочки привязаны к своим хозяевам. Разумеется, ты без проблем можешь взять себе новую, но если дотронешься до чужой, то, скорее всего, получишь ожог, удар током или того хуже.
Я с трудом сглотнула и постаралась не думать, что это могло значить. О том, что я какой-то урод. По словам Уолли, ты можешь обладать двумя способностями. Возможно, во мне таилось магии больше, чем предполагали родители. Такое вполне может быть.
Я выровняла дыхание. Сначала мне удалось поглотить магию тролля, а потом обратить ее против него. Я ощущала присутствие камней, как Грегори. С необычайной легкостью могла наладить связь с крылорогами. Понимала Пита в обличье барсука, в то время как больше никто этого не мог.
И пусть сам принцип работы магии до сих пор оставался для меня загадкой, я не была глупой. Нельзя отрицать того, что творится у тебя перед носом. Я с самого начала ощущала магию. Она проявлялась в моих способностях драться и выслеживать, в навыках, полученных за время жизни на ферме. В результате драк с Томми и Рори и прохождения суровой школы жизни. Быть может, я вовсе не Тень… А как еще объяснить все те странные штуки, на которые я была способна? Магические штуки. Ладно, все это было неважно. Даже если я и являлась магическим недоразумением, мои цели оставались прежними. Здесь я сражалась ради Билли, Сэм и моего отца. Их безопасность – единственное, что имело значение.
До моего слуха долетел голос Орина:
– Иногда, когда волшебной палочке не нравится ее владелец, она может проявлять снисхождение к чужаку, который до нее дотрагивается, в надежде, что ее заберет себе кто-то другой. Возможно, тут именно такой случай.
Пит резко втянул воздух.
– Правда? Хочешь сказать, Уайлд может быть магом? Ух ты, было бы круто.
Наверное, мне следовало обрадоваться: ведь я, возможно, обладаю магией – настоящей, самой что ни на есть магией. И если бы мне неделю назад сказали, что я буду способна взмахом волшебной палочки взрывать все вокруг или с помощью нее спасать людей, я бы сошла с ума от радости. А теперь… Я слишком свыклась с мыслью, что я Тень.
Это определение неожиданным образом мне подходило.
Что же будет, если я окажусь в другом доме, полном чванливых заумных кретинов?
Автобус резко затормозил, и все высыпали наружу. Все, кроме меня – и Итана, который не мог выйти.
– Свали с дороги, Джонсон, – прорычал он, но без особой злобы. Я подняла голову, сдвинула козырек кепки наверх. Автобус был пуст – даже водитель ушел, – и в салоне мы остались совершенно одни.
Я повернулась к Итану, хотя мне претила сама мысль спрашивать его о чем-то. Степень недоверия к нему сравнивалась по силе с желанием отправить его куда подальше пинком под зад.
– Каковы шансы, что меня определили не в тот дом? – наконец спросила я.
Итан прищурился: в его глазах вспыхнуло раздражение, которое он вечно выплескивал на меня.
– О чем ты?
– Я держала в руках твою палочку. – Я покачала головой. – Только не вздумай пошлить – ты знаешь, что я имею в виду. Я не взорвалась. Почувствовала лишь легкое покалывание. Могло ли это быть из-за того… что меня определили не в тот дом?
Впервые за наше недолгое напряженное знакомство я увидела, что Итан действительно слушает меня, обдумывает мои слова. Прошла минута. Его рука скользнула к чехлу на ремне, затем он пожал плечами.
– Такое возможно. Пусть даже такая грязная деревенщина, как ты, и не заслуживает быть частью Дома Чудес, но… такое возможно. Многое из того, что ты делала до сих пор…
– Могло являться лишь приобретенными качествами, – тихо закончила я и сглотнула. Мне нужно было во всем разобраться. – Кто сможет мне ответить?
Итан рассмеялся и покачал головой.
– Для этого ты и находишься здесь. Чтобы тебя испытать. Нельзя сказать наверняка, кто ты, пока не пройдешь последнее задание. Пока не столкнешься с Домом Чудес.
Я встала и зашагала по центральному проходу. От всего происходящего у меня кругом шла голова. В первый день мой бейджик с именем указывал, что я Тень. Повелитель теней и смерти. Будущий убийца.
А теперь меня терзали сомнения: могло ли во мне скрываться больше того, что знал отец?
Больше того, что он, мама и даже я могли вообразить.
И такая перспектива пугала меня до чертиков.
Глава 17
– Если вы по-прежнему находитесь здесь, поздравляем: вы успешно завершили первые три этапа Отборочных испытаний. Теперь вам полагается один день отдыха. Однако имейте в виду, отныне комендантский час начинается в десять часов вечера. Если вы вдруг увидите кого-то из следующих учеников, незамедлительно сообщите об этом одному из смотрителей академии или директору Фрост.
Раскатистый голос ворвался в ванную комнату, заставив меня замереть. Пока я стояла под стекающими по телу струями воды, диктор по громкоговорителю зачитывала имена.
Хит Персиваль.
Грегори Гоблин.
Лиза Дэнверс.
Я наскоро вытерлась полотенцем, натянула спортивный бюстгальтер – чересчур тугой, он с трудом скользил по влажному телу, – надела спортивные штаны и вывалилась из ванной в нашу комнату.
Три парня одновременно подняли головы, их брови взлетели наверх. Пит покачал головой.
– Обалдеть. Не могу поверить, что тебе удалось прожить
