Она в прошлом году овдовела, но пока еще не удостоила выбором ни одного из местных парней.
- Во мне? - Нильда поднялась из-за стола, руки так и потянулись уткнуться в боки, - А что со мной не так?
- А то! - выпалила Арница.
Но, поскольку ее словарный запас под влиянием волнения свелся к минимуму, слово взяла одна из достойных матерей семейства, старожилка фиордов Лимерия:
- Нильда, пойми нас. Пока твой красавчик, - она показала глазами на Голена, - Выращивал для тебя цветы и лианы на старых разбитых лодках, все было хорошо. Мы не возражали.
- Еще бы вы возражали! Помнится, вы были в восторге! - Нильда была настроена по-боевому, все это представление ей не нравилось, тем более что она не понимала пока, с какой целью оно устроено.
- Помолчи, Нильда, и послушай.
Нильда скрестила руки на груди и изобразила гробовое молчание.
- Так вот, пока были только цветы, все было в порядке. Более того, пока твой... муж... читал тебе стихи наших и разных там... иномирных поэтов, мы тоже не возражали. Но когда он начал читать стихи собственного сочинения! Да еще и петь! Да еще и по ночам!! Да еще и так громко!!!
Пока произносились эти речи, Голен сидел с открытым ртом, не зная, то ли ему сейчас упасть под стол от хохота, то ли вместе с креслом испариться под их испепеляющими взглядами. Тут все женщины дружно возмущенно засопели и уставились на них с Нильдой.
Джулиус понял, что пара как-то брать ситуацию под конроль.
- В чем, собственно, ваши претензии? - с каменным лицом спросил старшина, - В том, что он поет слишком громко?
- А в том! Пусть уже эта вертихвостка говорит ему 'Да'! Мы же не железные! Мы тут все помрем от зависти... - неожиданно выпалила Арница, а потом, ткнув пальцем в сторону Нильды, добавила - Будешь еще носом крутить, да перебирать харчами, вот соблазню твоего парня, да на себе женю!
- ЧТО?!!! - Нильда мгновенно разошлась, - Соблазнит она моего мужа!? Да я тебе все волосенки повыдергаю!
- Вот и бери своего мужа! Пока мы добрые!
Это могло послужить сигналом к началу боевых действий. Нильда уже собралась высказать женщинам все, что она о них думает, а потом попросить не совать нос в чужую семейную жизнь!
- Кх-кхммм! - вмешался Джулиус, - Девушки, дамы! Успокойтесь! Я вас услышал. Отныне всем мужчинам будут вменены в обязанность красивые ухаживания. Ээээ... цветы, нет... с цветами не знаю, как выйдет, простите. Но стихи и песни - это да! Желательно собственного сочинения. Потерпите немного, вот вернутся ваши мужчины из рейсов - и все вам будет! А теперь идите, милые, идите.
- Мы не хотим по приказу! Мы хотим добровольно! От души!
- Хорошо, - скрипнул зубами Джулиус, - Будет вам и добровольно, и от души.
Кое-как успокоенные женщины покинули жилище Джулиуса. Тот укоризненно уставился на Нильду, а потом, подкатив глаза, воздел руки к небу. Нильда фыркнула и отвернулась.
- Все, я больше не могу! Ты и так уже всех мужиков подвела под монастырь!- рявкнул дед, шмякнул тряпкой по столу и вышел, изображая притворную злость.
Когда дед вышел, Голен с Нильдой переглянулись и... захохотали.
- А как я за тебя выйду? - проговорила сквозь смех Нильда, - Я же танцевать не умею, еще опозорюсь на свадьбе...
- Я покажу тебе! - смеясь, воскликнул парень, - Меня учили танцевать, правда-правда!
- А как мы будем танцевать? Вместе с креслом?
- Нет.
Тут он отделился от кресла, поднялся в воздух и завис совсем невысоко от пола.
- Нильда, подойди, дай руку, - проговорил Голен.
Вот так он вовсе не выглядел ущербным или покалеченным. Так он выглядел могучим молодым колдуном, великим. Нильда, трепеща от волнения, подошла к нему вплотную и взяла протянутую руку. И тут же оказалась в воздухе, прижатая к нему.
- Ой! Ты не уронишь меня? - ей стало немного страшно.
Голен покачал головой и улыбнулся. Не уронит. Никогда.
А потом они стали двигаться и подниматься все выше, пока не покинули пределов скальных расселин и взлетели над ними.
- Ну вот, следи, что я делаю, и повторяй за мной, - прошептал ей Голен, а сам стал медленно кружить ее в танце.
Через несколько минут они уже весело смеялись, носясь над скалами не хуже голубей и чаек. Пожалуй, именно в тот момент девушка поняла, что ее сердце навеки принадлежит этому парню. И какие бы еще испытания не послала судьба, она пройдет их рядом с ним, вместе.
Тогда это и случилось. Две вещи почти одноременно.
Нильда вдруг заметила, как на севере, перед дальним холмом замерцало какое-то неясное серое марево.
- Стой, Голен, смотри туда, - вскрикнула она.
- Что? Где... Я ничего не вижу.
Голен всматривался, но он не видел того, что могла увидеть Нильда, имевшая дар видеть испинную суть вещей. Потому он и не видел формировавшегося там мощного портала. Но вскоре контуры прорыва в пространстве обозначились резче, и оттуда стали появляться люди: сначала Онхельма, потом Мариэс и остальные колдуны, а после и вооруженные отряды.
- Вниз! Скорее! Держись крепче! - проорал Голен, и рванулся назад в фиорды.
Ему надо было успеть предупредить всех, отправить Нильду в безопасное место и вернуться.
- Я никуда не уйду! Я останусь с тобой, - кричала девушка.
Но он просто быстро поцеловал ее и умчался назад, пока Джулиус орал 'общий сбор' и 'на позиции', а народ спешно готовился к обороне.
И никто из людей не заметил, как из расселины среди скал выпорхнула одинокая белая голубка и полетела на юг.
Только древнейший дух земли Морфос провожал взглядом Евтихию. Он отправил с девочкой двух духов: воздушного Фаэта и водного Нириэля. С помощью Фаэта голубка сможет добраться до 'черного берега' и вернуться за несколько дней. А Нириель присмотрит там за своей пернатой сестричкой.
Хотя, в свете последних событий, они оба пригодились бы и здесь. Но ничего, справятся своими силами. Древнейший сдержанно хмыкнул и потянулся вдоль берега, искать темного Сафора. Нашел его в окрестностях города. Темный старейшина явился тут же, а с ним и остальная команда его духов.
Морфос наблюдал, как разворачивает колдунья свое войско, и думал, что эта настырная дамочка начинает его раздражать.
Глава 49.
Онхельме пришлось здорово выложиться, создавая этот портал. Хорошо, что она тогда еще сделала накопители, а полученной энергии от жизненной силы ее последнего любовника хватило их зарядить. Она пробовала этот ритуал в первый раз, но он оказался таким действенным, впрочем, все ритуалы, замешанные на крови очень и очень действенные. Колдунья даже сожалела, что так бездарно убила того темнокожего толстячка. Могла же столько накопителей зарядить!
Но и четверо колдунов из ее сопровождения неплохо постаралась. Особенно отличился Мариэс. Силен, ничего не скажешь. Только молчит все время, было бы проще понять, что у него в голове, если бы он побольше разговаривал. А то моментами она ловила на себе его странный взгляд, какой-то оценивающий. И мужским интересом там не пахло, разве что чуть-чуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
