Читаем без скачивания Сборник статей и интервью 2004-05гг. - Борис Кагарлицкий

P.S. Всё вышесказанное никак не отменяет моего очень позитивного отношения к Алексею Цветкову как превосходному прозаику и просто очень симпатичному человеку. Только истина дороже. Увы…

НА СМЕРТЬ ЭЛЕКТРИКА

В Лондоне застрелили исламского террориста. Спецслужбы действовали с жесткой эффективностью, уложив злодея на месте несколькими выстрелами в голову. Сразу же появились свидетели, видевшие у погибшего «пояс шахида», который он вот-вот собирался привести в действие.

Спустя два дня обнаружилось, что убитый не был ни мусульманином, ни террористом. Бразильский электрик Жана-Чарльза де Менезес имел лишь один недостаток - южную внешность. Позволю себе крамольную мысль: если бы убитый оказался не бразильцем, а пакистанцем или арабом, нам бы до сих пор рассказывали сказки про «пояс шахида» и про героическую бдительность полицейского патруля, у которого просто не было другого выхода кроме применения оружия. Хороший террорист - мертвый террорист. Даже если он вообще не террорист.

Инцидент в лондонской подземке заставляет задуматься о том, насколько вообще можно доверять официальным сообщениям спецслужб. В Британии реакция общественного мнения на взрывы была не такой как в США после 11 сентября 2001 года. В одну и ту же реку нельзя войти дважды, особенно если эта река находится совершенно в другом месте.

Консолидации нации не наблюдается. Население осознало угрозу, но инстинктивно почувствовало, что одним из источников проблемы является сама власть. Официальная версия взрывов тоже заслуживает критики, особенно после повторной, «пародийной» атаки, состоявшейся 21 июля. Террористы-неудачники, никого не убившие, поставили своего рода следственный эксперимент. Они показали, что взрывная акция может быть успешно совершена и без участия самоубийц.

Сомнения усиливаются из-за просачивающихся в прессу сообщений об остатках часовых механизомов на месте взрывов - устройств для камикадзе совершенно излишних. А молодые люди, которым приписывается роль смертников, судя по психологическим портретам, не очень подходят для отведенной им роли.

Для полиции вариант с террористами-самоубийцами удобен. Преступник мертв, значит над ним не будет суда, следовательно, не будет и адвоката, способного оспорить официальную версию. Злодей назван, дело считается раскрытым. Отчетность в порядке. А документы любого погибшего человека с «мусульманской» фамилией, найденные на месте происшествия, могут послужить «неопровержимой уликой». При условии, разумеется, что никто не станет результаты расследования проверять.

Разумеется, я не Шерлок Холмс, чтобы ставить под сомнение компетентность следователей легендарного Скотланд-Ярда. Однако даже компетентные следователи могут ошибаться. Могут они и поддержать «удобную» для начальства версию, особенно когда на них оказывается политическое давление.

В России, где доверие к спецслужбам находится на крайне низком уровне, мы привыкли задавать вопросы. Большинство граждан сомневается в официальной версии взрывов домов в Москве и Волгодонске, спровоцировавших вторую чеченскую войну. Сегодня в прессе открыто критикуется объявленная властями версия гибели двух самолетов прошлым летом. Возможно, что женщины, объявленные террористками-самоубийцами, никого не взрывали.

Во всех перечисленных случаях предполагаемые террористы погибали. Когда же органы госбезопасности после бесланской катастрофы рискнули предоставить общественности живого злодея, покорно повторяющего подготовленные ими тексты, официальная версия событий начала разваливаться в суде. Пришлось признать и стрельбу по школе из танков и огнеметов, и то, что «напутали» с численностью боевиков. Встал закономерный вопрос о том, откуда взялись и куда делись «потерянные» спецслужбами полтора десятка террористов.

Если мы задаем вопросы своим спецслужбам, почему бы не усомниться и в действиях западных? Когда нам говорят про более высокий уровень профессионализма, с этим ещё можно согласиться. Но когда заявляют о высоком уровне контроля, я позволю себе не поверить.

Контроль со стороны политиков может быть достаточно высок, но всегда ли правящие политики заинтересованы, чтобы общество знало правду? А парламентский контроль дает плоды лишь тогда, когда люди публично обсуждают претензии к официальной версии. До тех пор, пока нет фактов, любая критика спецслужб будет выглядеть неубедительно. А факты западная общественность не получит, именно потому, что не проявляет публичных сомнений в их добросовестности.

Немногие люди, высказывающие иную точку зрения, воспринимаются как параноидальные сторонники «теории заговора». Чем больше они на своих взглядах настаивают, тем более выглядят безумцами. В конце концов, наши подозрения могут оказаться необоснованными. Но дело даже не в том, кто на самом деле взорвал лондонскую подземку. Как свободные люди, мы имеем право задавать вопросы. Если мы от своего права добровольно отказываемся, это значит, что общество, независимо от государственного усройства, делает шаг к тоталитаризму.

Чтобы власть была способна на тотальную ложь, ей необходимо тотальное доверие. Некритически воспринимая собственные спецслужбы, западное общество лишает себя необходимого морального иммунитета. Это лишь начало пути, в конце которого находится мрачный мир, нарисованный Дж. Оруэллом в бессмертном романе «1984». Там, кстати, тоже действие происходит в Лондоне. В городе, уставшем от бесконечной войны неизвестно с кем, где периодически гремят непонятные взрывы.

ХОДОРКОВСКИЙ ПРЕДЛОЖИЛ РЕЦЕПТ УНИЧТОЖЕНИЯ ЛЕВЫХ

Признаюсь, когда Михаил Ходорковский был просто либеральным олигархом, он нравился мне больше. Чего можно ждать от честного либерала? Терпимости к чужим взглядам.

Он может (даже должен) отрицательно относиться к левым, но будучи сторонником плюрализма, обязан признавать, что левые идеи так же необходимы для демократического общества, как и его собственные. Речь идет не о различиях во взглядах. Различия есть даже внутри одной партии, даже при тоталитаризме. Речь идет о готовности терпеть существование сил, выражающих мировоззрение, принципы и интересы, фундаментально противоречащие вашим собственным.

Если Ходорковский чем-то выделялся на фоне нашей олигархии, то именно декларативно подчеркиваемой политической и мировоззренческой терпимостью. Но 1 августа 2005 года из тюрьмы «Матросская тишина» бывший олигарх торжественно сообщил миру о своем «левом повороте»… И тут же перестал выделяться на общем фоне.

Тезисы Ходорковского просты и не слишком оригинальны. Российское общество не смирилось с итогами приватизации, воспринимая её как разграбление страны. Люди хотят, несмотря ни на что, сохранить бесплатное образование, здравоохранение и другие социальные гарантии, которые систематически подрываются действующей властью.

В условиях подобного отчуждения между элитами и народом ни эффективная экономика, ни успешное государство невозможны. Всё это уже сотни раз повторено оппозиционной прессой. Интерес представляет не описание симптомов болезни (как видим, вполне традиционное), а рецепт лечения.

Вспоминая середину 1990-х годов, Ходорковский признает, что режим Бориса Ельцина был крайне непопулярен. Однако он твердо убежден, что Ельцин всё равно должен был остаться у власти. Только его надо было дополнить в качестве премьер-министра лидером коммунистов Геннадием Зюгановым. Причем, по утверждению Ходорковского, он именно такую точку зрения отстаивал на совещаниях с кремлевскими сановниками.

Прочитав это, я остолбенел. Вот, оказывается, чего нам удалось избежать! Мало нам было самоуправства ельцинской «семьи», стране хотели повесить на шею ещё и Зюганова! Коррумпированных кремлевских чиновников пытались уравновесить безответственными и безграмотными думскими самодурами, и искренне думали, будто таким способом можно достичь стабильности!

В начале 1990-х годов партийные и государственные начальники, имевшие в руках реальную власть и контроль над экономикой, подались в неолибералы. А оказавшиеся не удел функционеры от идеологии взялись восстанавливать компартию, тщательно придушив все попытки идейных коммунистов возродить движение снизу. Теперь выясняется, что Ходорковский ещё 10 лет назад пытался возродить единство советской номенклатуры на новом, капиталистическом базисе.

Попытка не удалась, но автор письма не падает духом. Он уверен, что всё впереди. Будущее России, по его твердому убеждению, принадлежит православным патриотам из партии Зюганова и демагогам-антисемитам из партии «Родина». Кто-нибудь из этих достойных людей обязательно станет президентом, пользуясь выражением автора, «мытьем или катаньем. На выборах или без (после) таковых».

У левых подобный прогноз может вызвать только возмущение. Но зачем это нужно Ходорковскому? Автор отвечает вполне убедительно: левые должны придти к власти, чтобы легитимировать итоги приватизации, заставить народ примириться со сложившейся системой. Правым эту задачу решить не удалось, пусть ей теперь занимаются левые: «результатом легитимации будет закрепление класса эффективных собственников, которые в народном сознании будут уже не кровопийцами, а законными владельцами законных предметов.