— Первое Копье! Капитан хочет вас видеть!
— Где? — спросил в ответ Маркус.
Продолжали звучать барабаны и горны, и повсюду канимы и алеранцы разбегались к своим кораблям.
На мачтах были подняты флаги — зеленые флаги, сигнализировавшие, что движение по курсу будет продолжено на полной скорости.
Вместо ответа Крассус закинул руку Маркуса себе на плечи, прижал его железной хваткой, и порыв штормового ветра оторвал их обоих от земли.
Лед становился все меньше и меньше, когда они взмыли в воздух по крутой дуге, и Маркус понял, что отчаянно старается не вцепиться в молодого Трибуна.
Он ненавидел летать, терпеть не мог отдаваться на милость чужого таланта и рассудка.
Они пронеслись над высокими мачтами двух дюжин охваченных кипучей деятельностью кораблей, а за это время отдаленные очертания летящего ворда стали ближе.
Полет был коротким — больше похоже на затяжной прыжок, чем на предыдущие перелеты Маркуса.
Они спустились прямо на палубу Слайва и, оставляя за собой пару извилистых линий, прокатилась по палубе, заработав осуждающий взгляд Капитана Демоса.
Крассус хлопнул Маркуса по плечу и снова взмыл в воздух, устремляясь вверх, чтобы присоединиться к уже парящим там Рыцарям Малькам.
Они выстроились прикрывающим порядком вокруг Слайва.
Маркус заметил капитана на носу, погруженного в беседу с маэстро Магнусом.
Посол стояла рядом с ним, одетая в кольчугу, единственные доспехи, которые ему доводилось на ней видеть.
Максимус и два Рыцаря Металла Первого Алеранского слонялись неподалеку, и Маркус отметил, что все самые опытные мечники Слайва, некоторые из которых и сами могли быть Рыцарями Металла, занимались своей работой поблизости от капитана.
Маркус проследовал к носу корабля, перешагнув по пути пару тяжелых незакрепленных столбов, по-видимому, для укрепления мачт, и хлопнул себя кулаком по сердцу в приветствии:
— Капитан.
— Маркус, — ответил капитан. Он нахмурился и кивнул на броню Маркуса: — Что случилось?
Маркус глянул вниз. Будучи на борту корабля, Кхрала он не заметил никаких кровавых пятен на своей броне.
Должно быть это случилось, когда он прокладывал туннель, а Ша потрошил пытавшегося интриговать шамана.
Во время короткого полета кровавые потеки размазало по броне, но, к счастью, одновременно и уменьшило их и замаскировало изначальный цвет.
Кровь канимов темнее, чем алеранская, но, будучи размазанной по поверхности брони, она выглядела почти такой же.
— Вороны, все одно за другим, сэр, — ответил он.
— Расскажи мне об этом, — сказал капитан. Он прищурился, глядя в серое небо, и кивнул в сторону подступающего врага: — Скажи мне, что ты видишь, Первое Копьё.
Маркус крякнул и развернулся, чтобы лучше видеть.
Его глаза утратили былую зоркость, но он хорошо подмечал важное и понял, что имел в виду капитан.
— Это не атакующие силы, сэр, — сказал он через мгновение. — Их не хватит для этого, и они слишком рассеяны.
Капитан усмехнулся, и ветер начал дуть сильнее, чем все утро до этого.
— Вот и я так подумал.
— Разведка, — сказал Маркус.
Капитан кивнул:
— Возможно, они облетают Защитную стену снизу доверху.
Со скрежещущим звуком ближайшее к Слайву судно начало двигаться, холодный ветер раздувал его паруса.
И перед ними, и позади, другие корабли трогались в путь, но паруса Слайва оставались свёрнутыми.
— Зачем? — спросил Маркус.
— Нас выискивают, разумеется, — ответил капитан. — По-видимому, ворд знал, что мы оставили Антиллус и двинулись на север. И даже если эта идея сработала, не надо быть гением, чтобы догадаться, что бы мы ни запланировали, только значительное подразделение к северу от Антиллуса может сыграть значительную роль.
Маркус хмыкнул. В этом был смысл.
Ворд мог пожертвовать несколькими тысячами летунов, чтобы провести разведку; за исключением рыцарей воздуха — порабощённых врагом рыцарей ворда, которые были самыми быстрыми войсками, которыми ворд располагал.
Все больше кораблей проходило мимо неподвижного Слайва.
— Каков план, сэр?
— Мы оторвемся, — небрежно сказал капитан. — Они летят против ветра, а мы по ветру. Они не смогут удерживать темп с той же легкостью, что и мы. Они устанут, и через пару часов мы от них оторвемся.
Маркус кивнул:
— Да, сэр.
Он прочистил горло.
— Я не моряк, сэр, но не нужно ли нам использовать паруса, если мы уходим от ворда в кильватере?
Позади капитана Посол Китаи по-волчьи ухмыльнулась.
— Я не хочу понести ненужных потерь в главном сражении, — сказал капитан. — Мы идём, оставаясь позади. Если они увидят одинокий корабль, потенциально неспособный скрыться, я уверен, что рыцари ворда воспримут это как приглашение атаковать.
— Вы хотите остановить их от побега, чтобы они не рассказали своей Королеве о нас, — сказал Маркус, кивая.
Капитан раскинул свои руки.
— Так. И мне нужно рассмотреть несколько теорий. Возможно, будет лучше проверить их сейчас, чем когда мы достигнем основной ударной силы противника. Я бы хотел скоординировать ваши с капитаном Демосом усилия и убедиться, что у него есть тот, кто сможет посоветовать, как ему и его команде сработаться с нашими Рыцарями наилучшим образом.
Маркус отсалютовал:
— Конечно, сэр.
— Благодарю, — сказал капитан. — Демос на корме, полагаю.
Маркус отправился через весь корабль к Демосу, на ходу проверяя своё оружие и броню — старая солдатская привычка, которой он уже давно следовал почти непроизвольно.
Пока шёл, он осматривал корабли флота, изящно скользящие вокруг Слайва и направляющиеся на восток.
Он поднялся на несколько коротких, крутых ступенек, поднимавшихся от палубы к корме, и заметил, что его ноги дрожат от усталости.
Прокладывание тоннелей вымотало его физически куда сильнее, чем он ожидал.
Осознание этого факта стало отправной точкой, после которой все его конечности, каждая мышца и сустав, жалобно заныли.
Маркус стиснул зубы и обменялся кивками с Демосом и боцманом.
— Первое копьё, — протянул Демос.
Как обычно, худой как палка капитан Слайва был одет в простую, добротную одежду полностью чёрного цвета.
Он носил длинный дуэльный клинок с простой и потёртой рукояткой.
— Вы в порядке?
Маркус крякнул.
— Начинаю думать, что я, возможно, уже слишком стар, чтоб носиться тут повсюду.
— Возможно, вам уже пора в отставку, — сказал Демос.
— Как только работа будет завершена.
— Работа будет всегда, — произнёс Демос.
