предметы, извлеченные из карманов задержанных, а сами виновники происшествия сидели на некотором расстоянии друг от друга, пристегнутые наручниками к специальным кольцам в крышке стола. В отделе полиции их обыскали, но не настолько тщательно, чтобы добраться до тайников в одежде.
Кэрнс взял в руки записную книжку в антикварном кожаном переплете и задумчиво ее полистал.
Джастин отчетливо понимал, что ситуация складывается опасная. Они добровольно согласились на задержание и теперь рисковали навсегда остаться узниками. Друзья не понимали ни слова из того, что им говорили, поэтому хранили осторожное молчание. Но когда записная книжка архивариуса оказалась в руках главного, Джастин похолодел. Сейчас он увидит рисунки двери и заброшенного дома.
Хартли не решался повернуть голову к архивариусу, поэтому он сжал в кулаки скованные руки и бросил взгляд искоса. Фиарэйн сохранял безмятежное спокойствие и внимательно следил за тем, как чужак произносит слова. Тут Джастин заметил, что несколько первых листов из записной книжки вырваны, и его затопила волна облегчения. Предусмотрительный архивариус оставил их в тайнике вместе с вещами и ценностями.
Брендон Кэрнс окинул взглядом диковинные вещицы, разложенные перед ним на столе. Это что, настоящее огниво или искусная подделка? Он повертел в руках кресало, которое выглядело, как очень дорогая игрушка и недовольно поморщился. С этими проклятыми экзотами вечно какие-то проблемы, а один из них вообще смотрит на него так, словно хочет проглотить. Понаедут в столицу в поисках легкого заработка и даже не потрудятся выучить язык. Но как же восхитительно от них пахнет!
Начальник участка повернул записную книжку и показал страницу синеглазому красавцу, который ел его взглядом.
— Театр "Орфей"? 34 улица? — тот с готовностью кивнул головой.
Ну, слава Богу, разобрались! Теперь поскорее бы сбыть их с рук, а то подобные личности всегда заставляли Кэрнса нервничать.
— Зелински!
— Да, шеф?
— Позвони в театр "Орфей", узнай, кто у них главный. Пусть приезжает и забирает этих … ряженых.
— Уже звоню, шеф.
Путешественников на время оставили в комнате одних.
— Ты волновался напрасно. Я не так глуп, чтобы рисковать важными сведениями.
Хартли криво улыбнулся архивариусу.
— Рэйн, тебе не кажется, что за нами следят?
Архивариус согласно кивнул.
— Следят, несомненно. Вот это зеркало кажется мне наиболее подозрительным. Зачем его повесили в комнате для допросов?
— Явно не для красоты. Решение не брать с собой лишнего было мудрым.
Кэйд угрюмо осмотрел почти пустую комнату и, наконец, разжал стиснутые челюсти.
— Что будем делать?
— Ждать, — твердо ответил Фиарэйн.
— Чего ждать?
— Этого я пока не знаю.
— А я знаю, — пробурчал сэйдиур, и его кандалы звякнули в металлическом кольце. — Нас посадят в тюрьму.
Архивариус непочтительно фыркнул, а потом с любопытством уставился на табличку с незнакомым текстом, прикрепленную к стене. Кэйд втайне позавидовал энтузиазму ученого, которому все было нипочем. Он снова дернул за цепочку и удивился. Его кандалы были достаточно прочными, но при этом почти ничего не весили. Как такое могло быть? Архивариус изучал буквы, Кэйд был занят своими наручниками, а Джастин пристально смотрел на небольшую бутылочку с водой, стоявшую перед ним на столе. Бутылочка была прозрачной, но не стеклянной, так как выглядела слегка помятой. Из чего же она сделана?..
***
Дверь в комнату для допросов открылась, и на пороге остановился высокий стройный мужчина с темными, гладко зачесанными назад волосами и бледной кожей. Он был одет в черные брюки, белую рубашку и бледно-розовый пиджак, его шею украшал яркий шелковый шарф. Джастин мог бы поклясться, что глаза мужчины слегка подведены, к тому же в манере его поведения прослеживалось некоторое жеманство. Хартли редко встречал людей с подобными наклонностями, так как давно не жил в большом городе.
Следом за мужчиной вошел Брэндон Кэрнс, заставив того переступить порог.
— Спасибо, что так быстро приехали, мистер Салливан, — он широким жестом обвел задержанных. — Мы нашли ваших беглецов.
Роан Салливан недоуменно моргнул. Разве он заявлял о пропаже? Наверняка, в полиции что-то напутали… Но тут он взглянул на прикованных к столу иностранцев и лишился дара речи. На него уставились три пары самых красивых в мире мужских глаз. Салливан просто задохнулся от такого разнообразия: зеленые, синие, серые таких насыщенных оттенков, которых не бывает в природе. А их обладатели… Роан почувствовал слабость в коленях, голова стала легкой, и в ней что-то тоненько зазвенело.
Звонивший по телефону полицейский сказал, что арестованы актеры из его труппы. Роан поймал такси и примчался в полицейский участок, чтобы по возможности разрулить ситуацию, но обнаружил трех совершенно незнакомых мужиков, которые выглядели, как его сбывшаяся мечта. Фактура, прикид, пластика, контактные линзы, все было высший класс, глаз не оторвать! Их индивидуальность просто била через край. И когда шеф полиции нетерпеливо спросил: "Так это ваши?"; Салливан, не задумываясь, крикнул: «Мои!!!».
Видя, как разволновался режиссер, Кэрнс счел своим долгом его успокоить. Он настоятельно рекомендовал Салливану в дальнейшем не выпускать иностранцев в город без документов и сопровождения, а затем предложил подписать протокол. Когда с задержанных сняли наручники, и все трое поднялись из-за стола, Роан едва не заплакал от восторга.
Чтобы поскорее избавиться от излишне эмоциональных артистов, шеф полиции приказал выделить транспорт и отвезти всю компанию на 34 улицу к театральному подъезду. Так путешественники в сопровождении странного мужчины вновь оказались в ревущем безлошадном экипаже, который на бешеной скорости помчал их по бесконечно длинной улице.
Покинув полицейский участок, Джастин и Рэйн заметно расслабились, а Кэйд все еще оставался в напряжении. Его явно мутило от едкого запаха дезинфекции, постоянных рывков и резких поворотов. От этого он чувствовал неловкость.
— Куда он нас везет? — сэйдиур намеренно медленно раскладывал по карманам разные мелочи,
