Что я могла сделать? Что я…
Дракон!
Надо попробовать позвать его, пробиться в затуманенный разум. Или хотя бы как-то отвлечь противников, чтобы дали ту долю передышки для девушек, которая так требовалась для перегруппировки.
Стиснув зубы и крепче прижимая Эмбер к груди, совсем не ощущая тяжести веса, я собрала всю волю и желание в одном-единственном зове.
— Двалин!
Сейчас дракон — самая большая угроза для разведчиц, так как он управлял ветрами, да и не гнушался атаковать когтями и сметать с пути ударом головы, взрыхляя землю и разбивая остатки руин. Он был похож на дикого зверя, а не благородное и божественное существо. От него за метры несло скверной, которой пропитывался воздух, и болью. Будто разум заперся от мук и давления Бездны.
От моего крика, наполненного силой божественного ветра и звучавшего отовсюду мощным и жестким раскатом, без тени нежности или сочувствия, лишь твердый зов, дракон замер, прекратив хаотичные атаки. Только ветер безумными потоками кружил вокруг него.
Замер, казалось, и мир вокруг, обратив свой взор в ночное небо, где на фоне серых туч зависла моя мрачная фигура с Эмбер на руках.
— Очнись! — звучало как приказ.
Я плавно опустилась на землю, туда, где за камнем укрылась Диона, пытаясь перевязкой остановить кровотечение из пореза на руке, которую посекло осколком. А впереди, спиной к нам и прикрывая остальных, застыла раненная в плечо Эола, крепко сжимая рукоять двуручного меча, которым отбила летевшую в нее сосульку. Фишль держалась в стороне, за соседним укрытием, пытаясь сбить щит хоть одному магу, но стоило моим ногам коснуться земли, как она ловко перекатилась по траве к нам, вставая справа от меня.
— Позаботьтесь о ней, — осторожно опустила перед Дионой бессознательную Эмбер, к которой девушка и подползла, доставая из хранилища какую-то бутылочку со снадобьем. Вероятно, целительное зелье.
Главное, чтобы немного стабилизировали, а потом я переправлю всех в Собор Барбатоса, к Барбаре и другим сестрам.
Дайте только с драконом разобраться и успокоить. И магами. Они слишком много видели.
Дракон взревел и резко ушел в воздух, ветром от взмаха крыльев чуть не сбив всех с ног. Маги Бездны от неожиданности разлетелись, как и тот, что сидел до этого на спине Двалина, кубарем свалившись на землю. Они выглядели ошеломленными поведением Хранителя, но, видимо, мне удалось достучаться до его сознания, и пока было время, надо помочь разведчицам, а потом догнать обезумевшего дракона, пока тот не наделал еще больше глупостей.
Пока маги не пришли в себя, я взметнулась в воздух и волей подхватила контроль над бушевавшими потоками, беря ветра в свою власть. Возможно, на эмоциях и адреналине у меня все получилось с первого раза, даря ощущения будто мир раскрылся шире, погружая в сотни переплетений ветров, которые были готовы откликнуться на любой зов.
Подчиняясь моему размашистому жесту, поток захватил пламя, которое все еще пожирало траву и деревья, а вихрь подбросил в воздух оглушенных магов, не давая тем избежать расправы. Ветра наполнились силой пиро, сдувая ледяные щиты и окружая в пекле, и через мгновение в самый центр прилетела молния, реакцией взрывая взвизгнувших врагов. Следом за ней Эола элегантным движением метнула Меч Света, и вспышка ослепила на секунду, а в следующую от противников остался лишь пепел, который ветер разнес над скалой.
Легко отделались.
Я с высоты посмотрела на замерших девушек, которые с нескрываемым напряжением не отводили от меня взгляды. Но разводить беседы не оставалось времени. В предрассветный час Собор просыпался, и Барбара уже готовилась к утренней службе, так что не разбудим.
Приземлилась к Дионе и Эмбер, молча снова подхватывая скаута на руки, отчего кошка растерянно отшатнулась. Та успела не только рану на голове Эмбер обработать, но и себе руку кое-как перевязать.
— Подойдите ближе, мне будет так удобнее перенести нас в Собор, — коротко сказала и выпрямилась, окидывая взглядом замерших девушек.
Первой приблизилась Фишль, настороженно встав рядом с плечом и покосившись на мое сложенное крыло. Оз приземлился на подставленную руку хозяйки. Эола и Диона подтянулись следом, и я прикрыла глаза, охватывая телепортацией девушек и направляя нас к Барбаре.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пастор, которую взбудоражили ветра, встречала нас в главном зале, где у главных дверей застыла утомленная Розария, которая, видать, только вернулась с ночного патруля. Несколько растерянных монахинь застыли по всему залу, бросая свои ежедневные дела.
— Ох, что произошло?! — взволнованная Барбара подскочила к нам, кинув взгляд на Эмбер в моих руках и совсем никак не выделяя мой вид или само прибытие. Все ее внимание занимала пострадавшая, которую пастор и началась довольно бегло и профессионально осматривать.
Серьезно настроенная Розария быстро приближалась к группе, желая услышать каждое слово.
— На них напали маги Бездны и Двалин, — тихо ответила я. — Ей оказали первую помощь. Теперь доверяю ее вам.
— Конечно! Мы поставим ее на ноги, — активно закивала пастор и огляделась по сторонам. — Но нам надо ее отнести в больницу, и…
— Это сделаю я, — подала твердый голос Эола. И хоть выглядела она не лучшим образом, но встала передо мной, прося передать ей подругу.
Я лишь кивнула на это, позволяя забрать девушку.
— Не забудьте явиться с отчетом к магистру Гуннхильдр, как придете в себя, — отдав Лоуренс скаута, сказала перед тем, как оставить их.
Мне, в конце концов, еще дракона надо ловить.
— Госпожа… Архонт, — бросила мне в спину Розария, слегка замявшись, не зная, как назвать.
— Фавония, — подумав с секунду, повернулась к девушке.
В Мондштадте это имя будет ближе и понятней для местных — слишком многое у них связано с тем.
— Будут ли указания? — продолжила ассасин.
— Хм-м, — я задумчиво нахмурилась, понимая, что да, надо бы что-то сказать им. Если Орден Бездны зашевелился и даже атаковал, захватив дракона, значит, время ожидания закончено. — Возможны еще столкновения с большими группами. Вам следует быть начеку, они могут пробраться в город или в Спрингвейл. Я зайду к магистру обсудить все, но чуть позже. Сейчас мне надо разобраться с Двалином.
Розария твердо кивнула — для нее перво-наперво стояла защита города, а не недоуменные взгляды окружавших нас сестер церкви, которые удивлялись осведомленности. Полагаю, ассасин объяснит им, что распространяться увиденным не стоит.
Более не задерживаясь, исчезла в бирюзовой дымке телепортации, возвращаясь в комнату поместья Гуннхильдр, где в одиночестве оставался грустный Барбатос. Возможно, он поможет мне с драконом, так что решила захватить того с собой, ведь по шепоткам ветров Двалин в данный момент находился в Долине Ветров, недалеко от Дуба и статуи Архонта.
Заметив меня, элементаль подскочил на ноги и взволнованно засуетился, с готовностью запрыгнул на подставленную ладонь, да доверчиво заглядывал мне в глаза, ожидая пояснений.
В Долине гуляли порывистые ветра, взметая в воздух пушки одуванчиков, листочки и мелкий сор. У древней полуразрушенной колонны кружили анемо-слаймы, а по реке вздымались несильные волны.
Дракон лежал без сил у воды, прикрыв глаза. Крылья распластаны по земле, словно покрывало, а под лапами на взрыхленной почве были следы от когтей, будто он от боли и мук пытался вырыть яму. Тонкая нить скверны вилась вокруг него — опутывала и стягивала, душила.
В предрассветных сумерках он походил на мрачную гротескную тень, окруженную ореолом страдания и печали.
Барбатос на ладони дрогнул и стиснул мой палец в беспокойстве, не отрывая тревожного взгляда от друга.
— Двалин, — тихо позвала того, безбоязненно приземлившись рядом с его головой, да осторожно погладила по носу.
Дракон тяжело выдохнул и приоткрыл глаз, находя меня мутным взглядом.
— И до чего же довело тебя упрямство, — я с сочувствием вздохнула.
— Они… они собираются атаковать, — с трудом пробормотал ящер и снова прикрыл глаза. — Я не мог… контролировать себя. Их колдовство…
