– Да, – подтвердил Уэйд. – А с ним Дейл Хэзуорн, один из директоров.
Тут я вспомнила.
– Я слышала это имя. Он ведь по уровню равен Стэнтон, да?
– Вполне.
– Могла ли она не знать о подобном визите? – спросила я. – Даже на ее уровне?
Ответил мне Маркус.
– Возможно. Хотя то, что он так спокойно входит, да еще на засекреченный этаж, та еще наглость. Даже если Стэнтон и не знала об этой встрече, могу поспорить, что остальные знали. Будь встреча совершенно секретной, Хэзуорн встретился бы с ним где-нибудь за пределами базы. Конечно, список с проходной означает, что встреча была именно здесь.
Так что возможно, что Стэнтон не солгала мне – во всяком случае, когда говорила, что алхимики не поддерживают контакт с Воинами. Но она совершенно точно солгала, когда сказала, что алхимикам ничего не известно о Маркусе, ибо он должен был быть печально известен даже самой верхушке. Даже если она и не знала о мастере Джеймсоне, это не меняло того факта, что алхимики – высокопоставленные алхимики – водятся с опасными знакомыми. Возможно, мне не всегда нравились их методы, но мне отчаянно хотелось верить, что они действуют на благо мира. Может, это так. А может, нет. Я больше ни в чем не была уверена.
Когда я оторвала взгляд от застывшего изображения мастера Джеймсона, то обнаружила, что Маркус наблюдает за мной.
– Ты готова? – спросил он.
– К чему готова?
Он отошел к другому столу и вернулся с небольшой коробкой. Когда он открыл ее, я увидела флакончик с серебристой жидкостью и шприц.
– Что это… а! – До меня дошло. – Это кровь, которая обезвреживает татуировку.
Маркус кивнул.
– При извлечении стихий происходит определенная реакция, и она делается серебряной. На это требуется несколько лет, но постепенно золото на твоей коже тоже сменится серебром.
Все смотрели на меня выжидающе, и я отступила на шаг.
– Я не знаю, готова ли я к этому.
– Зачем ждать? – спросил Маркус. Он указал на ноутбук. – Ты сама видела. Ты знаешь, на что они способны. Неужели ты сможешь и дальше лгать себе? Неужели ты не хочешь идти вперед с открытыми глазами?
– Ну… хочу, но я не уверена, что готова к тому, чтобы мне вкалывали какое-то странное вещество.
Маркус наполнил шприц серебристой жидкостью.
– Я могу продемонстрировать на своей татуировке, если тебе так будет проще. Мне это не повредит, а ты увидишь, что никаких ужасных побочных эффектов нет.
– Мы не знаем в точности, что они что-то делали со мной! – попыталась возразить я. Доводы Маркуса были логичны, но этот шаг по-прежнему пугал меня. Я чувствовала, что руки мои дрожат. – Ты можешь напрасно потратить зелье. Возможно, в меня не заложили никакой принудительной верности организации.
– Но ты не знаешь этого точно! – возразил он. – А в начальную татуировку всегда закладывают немного лояльности. Ну, в смысле, не столько, чтобы ты превратилась в раба или робота, но все-таки. Разве тебе не хочется знать, что этого больше нет?
Я не могла оторвать взгляда от иголки.
– Я почувствую какую-нибудь разницу?
– Нет. Но ты сможешь выйти на улицу и заговорить с первым встречным о вампирах.
Я не понимала, шутит он так или нет.
– Правда, тогда тебя отправят в психиатрическую лечебницу.
Готова ли я к этому? Действительно ли я собираюсь сделать еще один шаг к тому, чтобы присоединиться к вольным стрелкам Маркуса? Я прошла его испытание – в котором он оказался прав. Определенно, его группа небесполезна. У них есть связи и среди алхимиков, и среди Воинов. Они также, по-видимому, искренне заботятся об интересах мороев.
Морои… точнее, Джилл! Я не забыла мимолетное замечание Сабрины о том, что Воины интересуются какой-то исчезнувшей девушкой. Кто еще это мог бы быть, если не Джилл? А знает ли этот тип, Хэзуорн, где она находится? Не сдал ли он эту информацию мастеру Джеймсону? Не подставит ли она Джилл под удар, как и Адриана?
У меня не было ответов на эти вопросы, но я должна была их получить.
– Ладно, – сдалась я. – Давай.
Маркус не стал терять времени даром. Думаю, он боялся, что я изменю решение – впрочем, возможно, эти опасения не были беспочвенными. Я уселась на стул и запрокинула голову набок, чтобы ему удобно было подойти к щеке. Уэйд осторожно придержал мою голову.
– Это просто чтобы ты не дернулась, – виновато пояснил он.
Прежде чем Маркус приступил к делу, я поинтересовалась:
– Где ты этому научился?
Предстоящая задача сделала его серьезным, но мой вопрос снова заставил его улыбнуться.
– С технической точки зрения я не буду делать тебе татуировку, если тебя это беспокоит, – сказал он. На самом деле меня многое беспокоило. – Это всего лишь несколько небольших уколов, как при подновлении чернил.
– А сам процесс? Как ты о нем узнал? – Возможно, мне следовало задать этот вопрос до того, как сесть на этот стул. Но я не ожидала, что все произойдет так быстро – или так внезапно.
– Один мой друг, морой, предсказал это теоретически. Я вызвался быть подопытным кроликом, и оно сработало. – Маркус снова переключился на деловой настрой и поднял иголку. – Готова?
Я сделала глубокий вздох. У меня было такое чувство, словно я стою на краю обрыва.
Пора прыгать.
– Давай.
Это было не больнее, чем во время подновления чернил – просто череда неглубоких уколов. Неприятно, но, по сути, не больно. По правде говоря, процесс бы недолгим, но казалось, будто он тянется вечно. И все это время я спрашивала себя, что я делаю. Что я делаю? Наконец, Маркус отступил в сторонку и посмотрел на меня сияющими глазами. Сабрина и Уэйд тоже улыбнулись.
– Ну вот, – сказал Маркус. – Добро пожаловать в наши ряды, Сидни.
Я достала из сумки зеркальце и посмотрела на татуировку. Кожа была розовой от уколов, но если процесс и в прочем подобен подновлению чернил, раздражение скоро сойдет. Во всем прочем лилия выглядела так же, как и прежде.
И никаких перемен внутри я тоже не ощущала. Мне не хотелось идти на штурм базы алхимиков и требовать правосудия. Возможно, для проверки было бы лучше всего заговорить с посторонним о вампирах, как сказал Маркус, но этого мне тоже не хотелось.
– И все? – спросила я.
– Все, – подтвердил Маркус. – Как только мы запечатаем ее, тебе не придется больше беспокоиться о…
– Я не собираюсь ее запечатывать.
Улыбки исчезли.
Маркус посмотрел на меня озадаченно, словно думая, что он не расслышал.
– Но ты должна. Мы едем в Мексику на следующих выходных. Как только процедура будет завершена, алхимики никогда больше не заполучат тебя.
– Я не собираюсь ее запечатывать, – повторила я. – И я не еду в Мексику. – Я указала на ноутбук. – Подумайте, что мне удалось выяснить! Если я останусь на прежнем месте, то смогу узнать больше. Я смогу узнать, что еще алхимики и Воины делают вместе. Я смогу узнать, в опасности ли Джилл. Если я получу постоянную отметину и стану изгоем, все эти возможности окажутся закрыты для меня. Возврата не будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
