Мне кажется, Маркус почти понял мои доводы, но такой подход полностью сбил его с толку. Уэйд же принялся спорить:
– Возврата нет уже сейчас! Ты оставляешь след из хлебных крошек. Ты уже расспрашивала про Маркуса. Даже если ты не ведешь себя сверхдружелюбно с мороями, алхимики все равно знают, что ты проводишь с ними много времени. А однажды кто-нибудь может сообразить, что ты была там, когда были похищены эти данные.
– Никто не знает, что они похищены, – тут же парировала я.
– Это ты так думаешь, что никто не знает, – поправил меня Уэйд. – Чтобы поднять тревогу, многого не нужно. Если ты продолжишь действовать, ты только все усугубишь. В конце концов они заметят тебя, и тогда всему конец.
Маркус отошел от первоначального потрясения.
– Вот именно. Послушай, если ты хочешь оставаться на месте, пока мы не отправимся в Мексику, то пожалуйста. Освоишься со случившимся и все такое. Но после этого тебе нужно бежать. Мы продолжим работу извне.
– Ты можешь делать, что хочешь. – Я начала собирать ноутбук. – Я же собираюсь работать изнутри.
Маркус поймал меня за руку.
– Это закончится провалом, Сидни! – сурово произнес он. – Тебя схватят!
Я вырвала руку.
– Я буду осторожна.
– Все совершают ошибки, – сказала Сабрина, подав голос в первый раз за значительное время.
– Ничего, я рискну. – Я закинула сумку на плечо. – Или вы собираетесь остановить меня силой?
Никто не ответил.
– Тогда я пошла. Я не боюсь алхимиков. Спасибо вам за все. Я вправду высоко ценю это.
– Спасибо тебе, – произнес наконец Маркус. Уэйд, похоже, хотел запротестовать, но Маркус качнул головой. – За то, что добыла эти сведения. Я, честно говоря, не думал, что ты сумеешь до них добраться. Я думал, что ты вернешься с пустыми руками, но я все равно обезвредил бы твою татуировку. Ну, за старания. Но вместо этого ты доказала то, что я думал прежде: ты необыкновенная. Ты действительно могла бы пригодиться нам.
– Ну, ты знаешь, как со мной связаться.
– А ты знаешь, как связаться с нами, – отозвался Маркус. – Мы пробудем здесь еще неделю – вдруг ты передумаешь.
Я открыла дверь.
– Не передумаю. Я не стану убегать.
Амелия попрощалась со мной, когда я подошла к машине; она явно не сообразила, что я только что отказала ее возлюбленному лидеру. По дороге обратно в Амбервуд я поразилась тому, как свободно я себя чувствую – и это не имело ничего общего с татуировкой. Это пришло от осознания того, что я проигнорировала всех: алхимиков, Воинов, вольных стрелков. Я не отвечаю ни перед кем, ни по какому поводу. Я сама по себе, и способна действовать самостоятельно. Это было новое для меня ощущение.
И я собиралась предпринять решительный шаг. Я не сказала об этом Маркусу и его компании, потому что тогда, боюсь, они действительно попытались бы остановить меня. Вернувшись в Амбервуд, я направилась прямиком к себе в комнату и позвонила Стэнтон. Она ответила после первого же гудка, и я восприняла это как божественный знак того, что я поступаю правильно.
– Мисс Сейдж, какой неожиданный звонок. Вам понравилась служба?
– Да, – сказала я. – Это было очень назидательно. Но я звоню не поэтому. У нас сложности. Воины Света ищут Джилл.
Я не собиралась терять времени впустую.
– С чего бы вдруг им это делать?
В голосе Стэнтон звучало вполне законное удивление, но если я в чем-то и была убеждена до глубины души, так это в том, что алхимики – незаурядные лжецы.
– Потому что они знают, что, если местонахождение Джилл станет известным, это может ввергнуть сообщество мороев в хаос. Они по-прежнему сосредоточены в основном на стригоях, но совсем не против испортить жизнь и мороям.
– Понятно. – Мне всегда было интересно: она делает паузу, чтобы подумать, или просто ради эффекта? – И как именно вы это узнали?
– Через того парня, с которым я знакома – ну, того, который принадлежал к Воинам. Мы все еще поддерживаем дружеские отношения, а он начал сомневаться в Воинах. Он упомянул, что слышал, как они разговаривали про поиски пропавшей девушки, которая может создать кучу проблем.
Может, я и зря приплела Трея к своей лжи, но я серьезно сомневалась, что Стэнтон побеседует с ним в обозримом будущем.
– И вы полагаете, что речь шла о мисс Драгомир?
– Послушайте! – не выдержала я. – Ну кто еще это мог бы быть? Вы знаете другую девушку-моройку? Конечно, это она!
– Успокойтесь, мисс Сейдж, – бесстрастно произнесла Стэнтон. – Не нужно театральных жестов.
– Но нужно действовать! Если есть вероятность, что они отыщут ее, нам нужно немедленно увезти ее из Палм-Спрингса!
– Об этом, – отрезала Стэнтон, – не может быть и речи. Потребовалось очень многое спланировать, чтобы поместить ее туда, где она находится сейчас.
Я ни на секунду не поверила в этот довод. Наша работа наполовину состоит из устранений последствий и приспособления к стремительно меняющимся ситуациям.
– В самом деле? А то, что эти чокнутые охотники на вампиров найдут ее, вы тоже спланировали?
Стэнтон проигнорировала мой выпад.
– У вас имеются доказательства того, что Воины располагают конкретными данными о ней? Ваш друг снабдил вас подробностями?
– Нет, – признала я. – Но мы все равно должны что-то делать!
– Никаких «мы». – Тон ее из бесстрастного сделался ледяным. – Вы не решаете, что нам надлежит делать.
Я чуть было не начала протестовать, но вовремя затормозила. Меня охватил ужас. Что я натворила? Я же изначально хотела либо убедить Стэнтон предпринять легитимные действия, либо проверить, не выдаст ли она случайно, что знает о связях с Воинами. Я думала, что упоминание Трея даст мне вескую поддержку, поскольку я никак не могла рассказать Стэнтон, почему на самом деле боюсь за Джилл. И вот каким-то образом я перешла от просьбы к требованию. Я практически накричала на Стэнтон. Это нетипичное для меня поведение. И нетипичное поведение для алхимика. Как там сказал Уэйд? «Ты оставляешь след из хлебных крошек».
Неужели это из-за того, что я обезвредила татуировку?
Это не крошки. Это целая буханка. Я едва не нарушила субординацию. Внезапно мне представился список, насчет которого предупреждал меня Маркус – тот самый, в который заносят все подозрения на мой счет. Может, Стэнтон прямо сейчас пополняет этот список?
Мне нужно исправить это. Но как? Как мне все переиграть? Я лихорадочно размышляла. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоиться и начать думать логически. Задание. Сосредоточься на задании. Это Стэнтон поймет.
– Прошу прощения, мэм, – сказала я наконец. Успокойся. Говори почтительно. – Я просто… Просто я очень переживаю из-за этого задания. Понимаете, я встретилась на службе с отцом. – Этот факт она может проверить. – Вы же видели, как оно все обстояло в ту ночь, когда я уехала. Какие у нас были отношения. Я… я должна добиться того, чтобы он гордился мной. Если я провалю это задание, он никогда меня не простит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
