Дочитав до конца, сложил рапорт пополам, разорвал и выбросил в корзину, стоящую у него под ногами. Неторопливо поднялся, открыл сейф.
– Сколько сделал выстрелов?
– Три.
Из сейфа достал свой пистолет, отстегнул обойму, большим пальцем извлек три патрона и передал их Кириллу. Следом выставил на стол два больших стакана и бутылку коньяка «Арарат». Скрутил крышку, налил один стакан полный, протянул его Кириллу, второй наполовину, себе.
– «Ствол»213 свой сейчас досконально почистишь, обойму пополнишь, сдашь в «оружейку» и забудь об этом навсегда. Ты меня понял?
– Понял, Петрович.
– Тогда давай, – они стукнулись стаканами. – Спасибо тебе, Кирилл. Молодцы, оперативно сработали. После, как управишься, забирай своего оруженосца и домой, отдыхать. И чтоб до обеда я вас не видел. Переодеть задержанного и доставить его в ИВС, и без вас смогут. Сами справятся. А с утра Ковалев подключится. Ни чего страшного не случится.
Кирилл с уважением посмотрел на Головина, в два глотка опустошил свой стакан. Пахучая жидкость провалилась как в песок, приятно обожгла желудок.
– Что дежурному сказать?
Головин удивленно посмотрел на него.
– Что сказать? Да пошли ты его подальше.
Тень с размытыми очертаниями, разительно напоминающая жуткую нечисть из фильма ужасов, вынырнула из-за неосвещенного угла. Кирилл аж невольно содрогнулся от неожиданности.
– Ты, что здесь делаешь? – придавая голосу твердость, удивленно спросил он, разглядев в «вурдалаке» своего молодого компаньона. – Ты почему еще не дома? Нам Головин дал возможность завтра проспаться. Так, что кругом, шагом марш и до обеда можешь в отделе не показываться.
Небесный, переминаясь с ноги на ногу, испытывая смущение.
– Я подумал, что еще мы можем понадобиться. Решил вас дождаться, чтоб уточнить. Мало ли поступят вводные.
– Нет, Василий Алибабаевич, на сегодня все. Можешь спокойно ехать отдыхать.
– Тогда позвольте, довезу вас до дома. Мне не трудно.
Кирилл заколебался. Щелкнув зажигалкой, засмолил сигарету. Действительно, добираться на свое машине, совсем не резон. Выпитый коньяк бушевал в голове. Нарваться на неприятности и чинить разборки с гаишниками, совсем не хотелось.
– Расчудесно. По твоей милости машину посчастливилось оставить здесь. Но, с одним условием, будь любезен, завтра придется забрать меня.
– Как вам будет угодно, Кирилл Сергеевич. Это я с удовольствием.
Тусклые фонари уныло, словно уставши от своей систематической обреченной обязанности, грустно освещали пустую дорогу. Город спал. Лишь кое-где в домах, урывками, попадались единичные, слабо освещенные окна, разбавляя ночную беспросветность. Веки, потяжелевшие от усталости, невольно начали слипаться. Василий, как и весь «молодняк» за рулем, гнал изо всех сил, выжимая максимально допустимую скорость, косясь изредка на Кирилла. Его распирало от эмоций. Хотелось выговориться и обсудить. Но лишь тяжело вздохнув, глядя на сидящего рядом, закрывшего глаза старшего товарища, брякнул:
–А ведь хороший у нас город. Правда, ведь?
Кирилл раздосадовано, что его потревожили, приоткрыл глаза.
– Что? Не понял?
– Говорю, хороший у нас город. Красивый.
Сонливость и усталость сняло как рукой. Он пристально уставился на Небесного. Тут до него стал доходить смысл вопроса. Пальцы на руках предательски задрожали. По спине скоро пробежали противные мурашки.
– Тормози! – крикнул он.
Василий от неожиданности дернул рулем.
– Где тормозить? Зачем? Ведь еще не доехали.
– Тормози, говорю тебе! Прям сейчас. Немедленно!
Покрышки омерзительно взвизгнули, включив «аварийку» автомобиль прижался к бордюру. Кирилл не дожидаясь остановки автомобиля, открыл дверь, вырвался наружу.
– Василий! Ты гений! Я тебя поцелую. Но потом. Если сам захочешь.
Быстро ходя, чуть ли не бегая взад-вперед вокруг машины, он нажал на кнопку вызова сохраненного в телефоне номера. Продолжительные длительные гудки казались ему целой вечностью. Наконец-то ему ответил нисколечко не заспанный, к этому часу суток, абсолютно бодрый голос.
– Слушаю тебя, Кирилл Сергеевич. Полагаю у тебя, несомненно, положительные известия для меня, если соизволил звонить мне в два часа ночи? Если были дурные новости, ты однозначно повременил бы до утра. Я так думаю.
– Добрый вечер, Евгений Борисович, – заорал в трубку Кирилл, – вернее, доброй ночи. Вам удобно разговаривать? Я вас не разбудил? Вы уж не сердитесь на меня.
– С чего вы такой вежливый стали? Ни в коем разе не сержусь. Я же вам говорил, в случае необходимости звонить мне в любое время суток. Полагаю, такая необходимость возникла?
– У меня в голове родилась мысль, конечно не без помощи моего молодого сослуживца. Есть вероятность, мы сможем узнать, где скрывается «Окулист» в нашем городе.
– Вы для начала успокойтесь, Кирилл Сергеевич, и выкладывайте по порядку.
Кирилл шумно втянул воздух носом и медленно выдохнул.
– Хорошо. Постараюсь довести до вас свои предположения четко и внятно. В прошлом году, находясь в командировке, в Чечне, мне довелось пообщаться с одним человеком. Я, по-моему, о нем упоминал мимолетом и сам бы не вспомнил о беседе, если б не одно «Заоблачное» создание, заставившего припомнить этот момент.
– Не понял?
– Не суть важно. Это не самое главное. А сейчас я восстановил в памяти мой с ним разговор. Очевидно, у нас появился шанс просчитать «Окулиста». И в этом можете разобраться именно вы, пока находитесь в Чечне…
Карпов, не перебивая, выслушал оперативника. Немного помолчал и спокойным голосом продолжил:
– Действительно, это весомая зацепка. Но не факт, что со мной захотят пойти на контакт. Поэтому необходимо все проанализировать и действовать исключительно нестандартно. Да-а-а, придется продлить мое пребывание здесь. Планировал завтра вылететь обратно, а теперь, благодаря вам, придется задержаться еще на неопределенное время.
– Кстати. Не спросил о ваших делах. Есть, какие не будь, подвижки в расследовании?
– Да, к сожалению есть. И если мы протянем время, последствия могут быть непоправимые. Но об этом не по телефону. Я вас только попрошу, каких либо непродуманных действий самолично не предпринимать. Договорились?
– Договорились.
Карпов отключил телефон. Некоторое время слонялся по гостиничному номеру. Тревожить Хотинского и докладывать ему о версии Старкова, в данное время, не стоило. Он знал, что принимать решение в таких случаях он посоветует ему самому, а вот за конечный итог придется ответить по полной программе. Взглянул на часы, скоро начнет светать. Иного выхода не оставалось. Он протянул руку к телефону, лежавшему на журнальном столике. На вызов ответили практически сразу после сигнала.
– Доброе утро. Прошу прощения, Лёма, за столь ранний звонок. Но мне в срочном порядке понадобилась твоя помощь.
– Говори, Женя. Какие извинения, – ответил слега сиплый ото сна голос.
– Мне нужен транспорт, чтоб съездить в один из отдаленных районов. Если решать через нашу «фирму», потребуется много времени для согласования и разъяснений. А его у меня совсем нет.
– Хорошо. Я уверен, если поднял в такую рань, то это того стоит. Через сколько
