посчастливилось докопаться до истинных намерений «Окулиста», нам оставалось только определить место где он планирует нанести основной удар. Я прошу прощения, что держал до сих пор тебя в неведении, но вследствие проведенной ревизии на складе вооружения одной из воинской части в Чечне, обнаружилась недостача порядка ста восьмидесяти килограмм взрывчатых веществ, с десяток зажигательных трубок и электодетонаторов, а также бухты в пятьдесят метров детонирующего шнура. Рахновичу, не без помощи одного из военнослужащего удалось вывезти все это с территории части и в дальнейшем переправить груз в наш город.
– Пособника задержали? – спросил Кирилл.
Карпов покрутил головой.
– Я уже тебе говорил, эти люди не остановятся не перед чем. Я на сто процентов уверен, что загадочная смерть военнослужащего, начальника склада вооружений, на совести Рахновича. Он понимал, что малейшее подозрение выдаст его и выведет его на чистую воду. Он не мог рисковать, поэтому без раздумий пошел на этот шаг.
– Выходит вам известно место проведения теракта?
– Да. Хотя это было нелегко. Понимаешь, самый больший интерес у нас вызвала женщина, проживающая вместе с так называемым родственником Темирханова и позиционирующая себя как его жена. Так многие считают в округе, где они проживают. После появления этой парочки в наших краях, она устроилась на работу в детский сад поваром. Мы проверили ее по картотеке и установили, что это Мадина Сайдулаева, в прошлом Анастасия Воробьева. Уроженка города Каспийск. Находилась в розыске как без вести пропавшая. Впоследствии установлено, что в шестнадцать лет ушла из дома и примкнула к отряду Шамиля Басаева, когда тот вместе с Хаттабом вторгся в Дагестан. В это же время, приняла ислам. Из изученных агентурных данных следовало, что Сайдулаева, она же Воробьева, несколько раз переходила из рук в руки, становясь женой различных полевых командиров. Как тебе это?
Старков молчал, покусывая нижнюю губу. Констатация самого факта, что в городе проявились следы Ильясова – «Окулиста» и оставшегося в живых одного из братьев Барахоевых не предвещало ничего хорошего. Карпов и не ожидал комментариев от него.
– Интригующе, правда? Поедем дальше. Так вот. По моей настоятельной просьбе наши коллеги в Чечне еще раз встретились с Мансуром Хучиевым. Да, да. Не удивляйся. С тем самым, что отбывает наказание в Чернокозово. И с кем тебе, на пару с Константином Куницей посчастливилось пообщаться. Так вот, он вспомнил Мадину Сайдулаеву. Опознал по предъявленной фотографии. Она также находилась в банде Саламбека Дадашева и в последнее время сожительствовала,… как ты думаешь, с кем? Правильно думаешь. С Мусой Барахоевым. Тем самым Барахоевым, что был застрелен в прошлом году возле автобуса, следовавшего в Грозный, где по какому-то стечению обстоятельств засветился и ты, уважаемый Кирилл Сергеевич. Я еще раз повторюсь, но начинаю тебя бояться все сильнее. У тебя есть определенный талант, окружать себя проблемами. Ток вот. Сопоставив все, мы пришли к малоутешительному итогу. Ты можешь себе представить. В момент посещения высокопоставленных лиц и заморских промышленников произойдет взрыв в дошкольном учреждении. Резонанс будет огромный. Престиж государства будет окончательно подорван, несостоятельностью обезопасить своих граждан. Новый виток конфронтации и нападок на страну может привести к обострению ситуации не только на Кавказе, но и в центре России.
Кирилл вопросительно посмотрел на Карпова, тот утвердительно кивнул головой.
– Зачем это им нужно? – непонимающе спросил он, прикуривая сигарету.
Карпов нервно постукивал кончиками пальцев по мягкой коже рулевого колеса. Он уже несколько раз украдкой поглядывал на часы. Расцветало летом очень быстро. Блеклая белая полоса на востоке с каждой минутой становилась все шире. Еще минута и солнце вышло из-за горизонта, но все еще стеснительно прячась за черным бордюром облаков.
– Зачем это нужно? Очевидно «Окулист» решил довести свое дело до конца. Прошлогодняя неудача и срыв намеченных планов, только подхлестнула его. Возможно, его «забугорные» кураторы поставили пред ним более жесткие условия. Им все-таки удалось доставить взрывчатку, с помощью микроавтобуса, под видом продуктов питания, в детский садик, где трудоустроена Сайдулаева – Воробьева, и заложить внушительный заряд в подсобном помещении подвала. Там уже работают наши взрывотехники. Сама же Сайдулаева, несколько дней подряд, под присмотром Али Барахоева, посещала бизнес центр, где должна состояться большая итоговая пресс-конференция. Возможно, проигрывали самые различные варианты и изучали подступы. Понимаешь о чем я?
– Полагаете, они смогли заставить ее, отправив на убийство, снабдив поясом шахида?
– Мы не отбрасываем и такой разворот событий. Террористка-смертница в центре города, принявшая мученическую смерть во имя Аллаха, это обычная практика радикальных исламистов. Поэтому руководством принято решение провести операцию по их задержанию, а при оказании сопротивления уничтожить.
Рация, лежавшая на приборной панели, противно зашипела, раздался твердый, сдержанный звук.
– Всем внимание. Движение на объекте. Готовность две минуты.
Кирилл почувствовал, как напряглось тело Карпова. Его руки крепко вцепились в руль.
– Ну вот, – с хрипотцой в голосе вымолвил он. – Началось.
Тонкая пульсирующая, от притока крови, венка, на влажном виске, отсчитывала секунды.
Отдаленный резкий звук разбившегося стекла. Через мгновение хлопок и тут же следом глухой раскат взрыва.
Динамик рации прорезала резкая команда.
– Штурм, мать вашу! «Коробка» – вперед!
Карпов и Кириллом, не сговариваясь, выскочили из машин, прислуживаясь к грохоту металла, хлестким, коротким автоматным очередям и ожесточенной, затяжной дроби крупнокалиберного пулемета. Еще минута и… давящая тишина. Они, вытянув шей, в нерешительности смотрели, а, затем, не сговариваясь, быстрым шагом двинулись в направление поднимающегося из-за крыши домов столба густого черного дыма.
Слух резанул вскрик сирены пожарной машины, подъехавшей к раскуроченным воротам, снесенная «БТРом», единственная створка которых держалась на одной петле. Люди в рыжих, широких комбинезонах споро раскидывали рифленые шланги. Чуть поодаль приткнулась «скорая» поигрывая проблесковыми маячками. Завидев их, от автобуса, с плотно завешенными темными шторками окнами, отделилась фигура и к ним навстречу, спешно направился один из участников штурма спецназа ФСБ.
– Что там?– спросил Карпов.
Спецназовец мельком покосился на Кирилла.
– С их стороны трое «двухсотых». Все мужчины. Оказали яростное сопротивление. С нашей стороны – один «трехсотый». Шею зацепило, но не критично. Успели, шайтаны, гранату через окно швырнуть. Женщина тоже тяжело ранена, в живот. Сейчас обоих направляют в ближайшую больницу. В дом пока входить нельзя. В настоящее время его саперы обследуют на предмет возможных оставленных «сюрпризов».
Карпов выслушал, опустив голову, затем решительно обернулся в сторону Кирилла, холодно глядя на него в упор.
– Придется немного подождать. Взглянуть желание есть?
Кирилл задумчиво отрицательно покрутил головой.
– Нет, Евгений Борисович. Смотреть на это – нет охоты. Я, пожалуй, пойду. Не стану вам докучать. У вас, я полагаю, сейчас дел невпроворот.
Тот понимающе кивнул.
