кого мы подхватили в Хаосе, – устало посетовал Емеля, разводя руками.
– Это теневые мэйвы! Они не из Хаоса! Им открыли «прокол»! – спохватился Адхи. Если кто-то прицельно открыл врата, значит, за дирижаблем следили. Только пока его не оглушил голос разгневанного Марквина, значит, враг все еще не нашел его. Возможно, мэйвы сами научились перемещаться между мирами через черные линии, порожденные магией Змея Хаоса.
– Надо обследовать корабль, – нахмурилась Лесита, а через мгновение на мостике показались три проклятые лысые тени в красных колпаках-масках. Каждая сжимала по два вытянутых призрачных клинка, которые слабо напоминали серпы, виденные на летающем острове. Скорее мечи или сабли.
– Я отключаю подавитель магии. Всем приготовиться! В атаку! – крикнула в рупор Лесита и выхватила саблю, ловко спускаясь по ступеням с мостика.
Управление она передала старшему помощнику, сама же ринулась в бой, отражая первые атаки призрачных клинков. Она ловко парировала выпад одного из противников, уклонившись сразу от двух сабель, а потом резко ударила снизу вверх, рассекая грудь врага. По ловкости она не уступала мэйвам. Возможно, долгие перелеты наделили ее аурой Хаоса, силой созданий, обитающих в темных недрах, неведомом пространстве между расколотыми мирами.
– Ух, обожаю запах паленых мэйвов по утрам! – довольно фыркнула Лесита, когда Чигуса первой применила магию, ловким ударом сбивая атакующую ее тень. Огненный шар объял тварь, но быстро погас, затушенный магией противников. Но Офелиса довершила дело, создав вокруг головы врага непроницаемый водный пузырь и буквально утопив его.
Ледор тоже не отставал, закручивая вокруг ладоней свои верные молнии. Вместе с водой они неизменно поджаривали слишком ретивых врагов. Но мэйвов становилось все больше. Зато и команда оживала: Лесите на помощь пришел верный Емеля, вероятно, готовый пожертвовать собой ради капитана. Теперь они вместе сражались, встав спина к спине. Но вскоре его сменил старший помощник, а к колесу руля подоспел другой матрос. Громила в сером камзоле схватился за саблю и кинжал, бесстрашно кидаясь на мэйвов. Похоже, стычки с ними не слишком удивляли пиратов. Разве что никто не понимал, как эти твари проникли на дирижабль совсем в другом мире.
– Только не вызывай новый ураган, – предостерег друга Аобран, зажигая на пальцах маленькие огненные шары. – «Грибница», мэйвы. Лед, мы все сумасшедшие!
– Конечно. Нормальные бы изначально не подписались на такое путешествие, – с азартом заядлого игрока почти восторженно рассмеялся Ледор, отбивая молниями атаку сабель врага. Три первых неприятеля были уничтожены, но вскоре из закоулков дирижабля снова показались теневые мэйвы.
– Ох, боюсь я подпалить эту махину, она и так едва не упала, – все еще немного паниковал Аобран. – Ехали бы сейчас в кибитке по Отрезанному Простору, только ты и я. Встречали бы зрителей… Может, не стоило принимать вызов Марквина Сента?
– Стоило. Чтобы он проиграл, – бодро отозвался Ледор. – Я верю в Адхи. Да, это танец смерти, но мы сорвем овации как уцелевшие. И я допишу наши мемуары!
– Ха, были бы у нас мемуары, если бы мы жили тихо, спокойно и умиротворенно? – поддержал его Аобран, выступая вперед и обливая потоками лавы нового мэйва. Твари гасили часть магии, но их сабли рассыпались и плавились.
– О, нет, это отвратительно, мой друг, – осклабился Ледор и выпустил несколько небольших молний, прицельно попавших во врагов. Но мэйвы не унимались, вылезая из какого-то незакрытого лаза. Адхи отчаянно искал, где находится незаштопанная прореха.
Пока он был занят починкой дирижабля, то не мог заметить, где возникла незримая поломка ткани между мирами. Твари явно проникали сквозь «прокол», возможно, созданный Марквином Сентом. Адхи не удивился бы, что служители Змея Хаоса решили объединиться, чтобы выпустить своего страшного господина.
Сам он между тем все никак не мог вступить в бой, измотанный и выпитый. В руках не ощущалось силы, но мэйвы все лезли и лезли, и предстояло найти, кто и где открыл им врата.
– Прикройте меня, я попробую посмотреть сквозь дирижабль, – воскликнул Адхи.
– Хорошо, – крикнули Чигуса и Офелиса, окружая Адхи и словно бы создавая живой щит вокруг него. Такое положение вещей совсем не нравилось, не хотелось подвергать друзей опасности.
Адхи вновь отрешился от происходящего в реальности, но выйти из тела в гуще сражения оказалось намного сложнее. Он попытался вновь узреть символы и коды, но сознание возвращалось к бьющимся с мэйвами товарищам. Двоих врагов Адхи оглушил, хлестнув белыми линиями, еще двоих связал легко появившимся под пальцами арканом, но ему требовалось иное.
Он вцепился в сознание одного из врагов, нащупывая переплетения воспоминаний и образов, прослеживая по ним, откуда теневой мэйв пришел. Разум твари оскалился бездной, из которой отчетливо слышалось тлетворное дыхание Змея Хаоса, но Адхи не устрашился, не отпрянул, все упрямее заглядывая в эту пропасть, а потом решительно вынырнул, отпуская врага, с силой отбрасывая его к стене.
– Ну, что там? – торопила Офелиса.
– Мы должны добраться до грузового отсека! Оттуда они лезут, как я и думал, – ответил Адхи, уже четко видя, где проглядел главную дыру в обшивке дирижабля. Вернее, не дыру, а настоящую язву пространства, неправильно соединившую чуждые миры.
«Ага, нашелся, глупый маленький орк! Похоже, ты в плену у пиратов? Я слышу двигатели дирижабля. И, как я понимаю, вас атаковали мои теневые мэйвы, охраняющие подступы к столице Тхуадора от таких, как ты, от посланников Белого Дракона. Ты что, действительно попал в Тхуадор? Да как ты смел? Почему на дирижабле? Только попробуй добраться до короля! Эй, ты меня слышишь? Проклятье, это ты или не ты?» – донесся режущий сознание голос Марквина Сента. Подавитель магии больше не укрывал их, и Адхи понимал, как мало у него времени, чтобы сбить противника с толку.
Он улавливал искажения белых линий, сквозь которые несся проклятый голос. Марквин, судя по его сбивчивым словам, сам не до конца видел местоположение Адхи, но уже шарил сквозь черные линии безглазой тенью, незрячим в мире живых мертвецом, о которых рассказывал жуткие предания шаман Ругон. Гадкое создание настигало их, выпытывало, где может находиться беглец, но все еще не видело. Значит, надо было спешно закрыть прокол из мира Таэвас и снова врубить подавитель магии и ослепить Марквина его же устройством. От новых атак «грибницы» защитили бы белые линии, мягким коконом увившие дирижабль.
– Скорее!
Адхи побежал вместе с Офелисой по освещенному коридору, Чигуса прикрывала со спины, поливая огнем нападающих мэйвов, чье плотное кольцо наступления не удавалось разомкнуть, пока Ледор и Аобран не запустили направленное заклинание из огня и молний. Офелиса же смыла волной сбитых противников, а сабли пиратов довершили дело.
– Эй, не смейте топить мой корабль! – донеслось вслед восклицание Леситы.
– Утонуть в воздухе – это уже что-то
