агенты аппаратного государства, не важно, являются ли они членами чиновничьего класса, или функционерами господствующей в стране религии, или богатыми людьми.
Из документов Древнего Китая нельзя понять, существовали ли в этой стране торгующие чиновники, хотя, по-видимому, в периоды Шан и ранней Чжоу некоторые функционеры древних удельных княжеств выполняли коммерческие задачи. Эти документы рассказывают нам о существовании коммерческих агентов, работавших на государство. Такие люди подтверждают наше предположение о том, что Китай в эпоху династии Чжоу до периода «Весенних и осенних анналов» был простым восточным обществом.
В Перу эпохи инков эта проблема практически не возникала. Чиновники пограничных районов могли продавать товары, принадлежавшие государству, за границу, и некоторые сделки могли совершаться тайно. Но общество инков, по-видимому, не испытывало особой нужды в торгующих чиновниках, а еще меньше – в коммерческих агентах, связанных с правительством.
В шумерских надписях содержится много упоминаний о внешней торговле (внутренняя в целом ограничивалась бартером). К сожалению, тексты оставляют без ответов многие вопросы. Какого вида коммерческие сделки заключались во время многочисленных правительственных экспедиций, которые отправлялись для приобретения камня, древесины, металлов, битума и других продуктов? Была ли основная часть купцов торговыми чиновниками или коммерческими агентами правительства? Не важно, какими были бы ответы на эти вопросы, характер древнего шумерского общества позволяет предположить, что «купцы», упомянутые в древнейших записях, расшифрованных на данный момент, были независимыми предпринимателями.
Гидравлическая губка
Большая часть гидравлических цивилизаций, достигших значительной дифференциации, по-видимому, в более ранние времена обладала простыми образцами собственности. В некоторых странах, например в Индии, простые условия собственности и общества довольно быстро уступили место полукомплексным конфигурациям. В других странах, таких как Египет и Нижняя Месопотамия, они господствовали целое тысячелетие. В районе Анд они все еще (или снова?) господствовали, когда там появились конкистадоры.
Изменения в устойчивости простых образцов собственности приобретают новое значение, как только начинают совпадать с изменениями гидравлической плотности. Гидравлические центры Перу, Египта и Нижней Месопотамии породили компактные системы гидравлического сельского хозяйства, в то время как многие удельные государства Индии и Китая и, в данном случае, Мексики полагались на свободные или маргинальные типы восточного сельского хозяйства. Мы не включили в эту группу Гавайи, поскольку на островах этого архипелага сохранение чрезвычайно простых образцов восточной собственности было обязано, очевидно, необычной комбинации внешних и внутренних обстоятельств. Тем не менее в первом случае контраст между образцами гидравлической плотности столь разителен, что пренебрегать им нельзя. По всей вероятности, древние независимые гидравлические сообщества в зоне Анд торговали со своими соседями, и эта торговля могла вестись не только коммерческими чиновниками, но и связанными с правительством частными купцами, которые могли, до определенных пределов, действовать самостоятельно. История же Шумера демонстрирует нам, что сильные гидравлические режимы могут сохранять всю массу торговцев, работающих на правительство, даже в отдельных городах-государствах.
Поэтому вполне возможно, что в Андах (как в Шумере и Египте эпохи фараонов, но, вероятно, с более ярко выраженными колебаниями) преобладали, даже до эпохи инков, простые условия власти, собственности и класса.
В Перу эти условия могли существовать столько же времени, сколько и централизованные и гидравлические цивилизации. В Египте они пережили относительную изоляцию гидравлически компактной долины Нила. А в Нижней Месопотамии они продолжали существовать даже после того, как компактный гидравлический центр вошел в более крупные и свободные гидравлические образования. Лименс предполагал наличие высокоразвитой частной собственности и торговли в тот период, когда вторая Шумерская империя под управлением третьей династии Ура на короткое время достигла берегов Средиземного моря, Ассирии и Персии. Однако во время последнего царя Ларса, которого звали Рим-Син, и во времена вавилонского царя Хаммурапи, который его разгромил, в стране преобладала государственная торговля. Такое же положение сохранялось и в течение четырех веков в эпоху касситов (Лименс В.Ф. Старый вавилонский торговец, его бизнес и социальное положение).
В этих компактных гидравлических сообществах «плотный» бюрократический аппарат, очевидно, действовал как мощная гидравлическая губка. Его способность поглощать жизненные функции промышленности и торговли превосходила все другие. Иные же способности, при прочих равных условиях, были равны тем, что существовали в менее компактных гидравлических обществах.
Полусложные образцы гидравлической собственности и общества
Но таких компактных и самоподдерживающих простых гидравлических сообществ было не так уж много. Во многих гидравлических цивилизациях агроуправляемое аппаратное государство, стремившееся сохранить положение, при котором основная масса пригодной для обработки земли оставалась общественной собственностью, не сильно ограничивало рост неправительственных земель, основанных на собственности и профессиональных ремесел и торговли.
Примеры
Срединная Америка до открытия Колумба
Рост численности независимых профессиональных ремесленников и купцов в ацтекской Мексике резко отличался от условий в Перу инков. Полное отсутствие транспортных животных снижало возможности жителей Центральной Америки, но этот недостаток в значительной степени компенсировался целым рядом других экологических преимуществ. Территория, на которой они проживали, была удобной для межтерриториальных коммуникаций: судоходные озера, реки и обширное, легко достижимое побережье способствовали перевозкам грузов на лодках. Такие же преимущества имели в Азии и шумеры; поэтому не следует удивляться, что у ацтеков и их предшественников тольтеков имелись частные профессиональные торговцы, которые вели обширную международную торговлю. Такие условия также способствовали техническому и региональному разделению труда в промышленности. Но ни города-государства, ни крупные территориальные единицы в доколумбовой Мексике не были столь же гидравлически компактными, как их шумерские аналоги. Таким образом, профессиональные ремесленники и купцы Мексики не были в равной степени зависимы от гидравлического государства. Их земельные наделы отводились с помощью кальпулли, местных и стратифицированных единиц, которые обладали ограниченной автономией, и, очевидно, ни одной из этих групп не приходилось нести длительных трудовых повинностей. За исключением домов, в которых работали девушки[75], мы почти не находим свидетельств о существовании правительственных мастерских[76].
Согласно Зурите и другим ранним источникам, ремесленники не работали на барщине, но отдавали часть своей продукции в качестве залога. За исключением того времени, когда они обрабатывали свои поля, многие мексиканские ремесленники, по-видимому, работали в мастерских на себя, изготавливая товары для продажи на ярмарках, которые устраивались в крупных городах (Мотолиния. История индейцев Новой Испании).
Мелкие торговцы, вероятно, были столь же независимы, сколь и незначимы. Они, очевидно, торговали продуктами питания, тканями и какао, продавая небольшие объемы товара небогатым клиентам. Крупные же торговцы, pochteca, разъезжавшие по стране, имели тесные связи с правительственным аппаратом. Им разрешалось сдавать в аренду свои участки земли и вместо барщины платить налоги, что позволяло заниматься торговлей, не отвлекаясь на другие дела. Они к тому же служили правительству в качестве дипломатов и шпионов, а время от времени
