Допрос Улнара порядком измотал эмона. Вольный воин не желал признаваться ни в чем. Нет, он не отрицал своей связи с Ош–Рагн, но утверждал, что не собирался исполнять ее приказы. Ха, и кто поверит в это? Гретворн своими глазами видел мучения умиравшего без порошка рорга, как тот сам себя называл. Он рассказал все, что знал, а этот упорствует. Видно, время еще не подошло. Ну, ничего, скоро он заговорит…
Орэн ждал вестей о Шенне, и Гретворну не хотелось докладывать, что мастер мертв. Со смертью фагира оданство потеряло то, ради чего отряд был послан в Кхинор, о чем так долго мечтал одан: оружие Древних! Люди Гретворна перерыли обломки эмонгира, но не нашли ничего. Улнар лгал — Гретворн выяснил, что пламя не могло повредить металл богов. Так утверждали фагиры. Тела Шенна не нашли. Он мог сгореть — после боя нашли множество сгоревших трупов, опознать которые было невозможно, но ведь он мог и спастись! А если так, значит, он где–то здесь, возможно, даже в Ринерессе. Но, если он жив, почему не является к одану, ведь его ждет награда? Быть может, боится, что не сумел уберечь «Гнев Игнира» — но ведь это пустяки, оружие Древних можно отстроить заново, надо только найти стагнир! Пока длилась битва, кто–то сумел спрятать диски, и это очень плохо. Но если спасся хоть один из отряда Шенна, можно вновь отправиться на запад и добыть стагнир. Надо искать этих людей. Немедленно.
Гретворн разделся, и слуга помог эмону погрузиться в большую круглую ванну и вышел, оставив рядом на столике запотевший кувшин с вином и кубок. Начальник стражи пил вино и отдыхал. Приняв ванну, Гретворн набросил покрывало и звякнул в колокольчик, вызывая слугу. Тот явился с теплым просторным халатом, помог эмону одеться и тихо исчез. Гретворн прошел в соседнюю комнату и лег на скамью, ожидая массажисток. В комнате царил полумрак, через единственное небольшое окошко падал лунный свет, а несколько ароматных свечей слабо тлели на золотых блюдцах. Одетые в легкие прозрачные накидки, две юных красотки каждый день ожидали его здесь, и Гретворн едва не облизнулся, вспоминая их дивные фигурки. Ну, где же эти бестии, долго мне еще ждать?
Легонько стукнула дверь. Гретворн улыбнулся и закрыл глаза. Сейчас ему будет хорошо… Но кто–то совсем не деликатно, резким рывком стащил эмона на пол.
— Да как вы смеете?! — он обернулся и увидел высокого человека с мечом в руках. Острие клинка замерло у шеи Гретворна, с него медленно стекала чья–то кровь. Эмон замер. Убийца? У эмона было немало врагов, отчего в доме постоянно находилась дюжина телохранителей. И где же они все?
— Узнаешь меня, эмон? — человек с мечом наклонился, и Гретворн узнал. Дорран, он же Маррод! Непобедимый боец, добывший для одана нынешнюю оданессу, одновременно эльдский шпион, в последний миг сумевший ускользнуть от Гретворна.
— Узнаю, — прошептал начальник стражи. Он посмотрел на пол и увидел две пары ног в воинских сапогах, торчавших из–под занавесок. Под ними собиралась лужа крови.
— Вот и хорошо, — сказал Маррод. — Тогда не будешь делать ничего, что меня разозлит, или я поставлю твою голову на трон Орэна. Хорошая будет шутка, правда?
Дар речи понемногу вернулся к эмону:
— Чего ты хочешь?
— Я рад, что мы перешли к делу, — эльд уселся напротив лежащего эмона.
— Если ты не убил меня, Маррод, значит, тебе что–то нужно, — осмелел Гретворн. — Чего ты хочешь? Ты ведь эльд, верно?
Эльд тихо засмеялся:
— Ты знаешь, кто я. Хорошо. Значит, знаешь, что я не ведаю жалости, — острие меча прошлось по шее эмона, потекла струйка крови. Гретворн невольно сжался. Начальник тайной стражи не был трусом, но жуткий смех эльда и плавающие в крови трупы телохранителей подавили его волю. Он кивнул:
— Я слушаю.
— Будешь делать то, что я скажу, — проговорил эльд. — И смотри, не ошибись!
Он убрал клинок, позволяя эмону сесть.
— Зови слугу, но в комнату не пускай, — сказал эльд. — Вели, чтобы из башни сюда доставили узника по имени Улнар.
— Улнар? Ты его знаешь… — произнес Гретворн и повалился на пол от хлесткого удара по щеке. Маррод навис над ним. В лунном свете его лицо казалось мрачной маской.
— Выполняй! — холодно велел он.
Гретворн встал и, взяв со стола колокольчик, позвонил. Через минуту в дверь постучали:
— Да, мой господин?
— Из Тихой башни доставить человека по имени Улнар. Немедленно.
— Сюда, светлейший? — удивился голос.
— Бегом! — рявкнул эмон. За дверью раздался удалявшийся топот.
— Хорошо, — произнес Маррод, — подождем.
Одетый в один лишь халат, Гретворн тихонько трясся от холода и страха. Эльд безмолвно сидел рядом.
— Меня могут хватиться, — медленно сказал эмон. — Я слишком долго не выхожу отсюда.
Маррод не отвечал. Похоже, это его ничуть не беспокоило.
В дверь постучали:
— Милостивый эмон, пришли девушки…
— Пусть уходят, — ответил Гретворн под пристальным взглядом Маррода, — они мне не нужны.
Слуга ушел. Время тянулось томительно медленно. Лунный свет из окна перемещался по комнате, показывая, что око Эльмера сделало круг, и скоро утро.
— Зачем тебе этот Улнар? Ты знаешь, что он морронский шпион?
Эльд усмехнулся:
— Он мой брат.
Гретворн умолк, переваривая услышанное. Он уже ничего не понимал. Так, значит, Улнар — не морронский лазутчик, а эльд? Два эльда в отряде Шенна — и они позволили фагиру привезти сюда стагнир? Невероятно…
В дверь снова постучали.
— Что там? — крикнул Гретворн. — Улнара привели?
— Нет, хозяин, — сказали из–за двери, — к вам какая–то госпожа. Приехал паланкин. Много слуг и охраны.
Гретворн взглянул на Маррода. Эльд оставался невозмутим. Начальник стражи поразился самообладанию этого человека и понял: ему все равно, если будет нужно, он убьет здесь всех…
— Скажи госпоже, что у меня нет времени.
Слуга ушел, но вернулся очень быстро:
— Мой господин, это Элана, оданесса. Она хочет видеть вас сейчас же.
Меч в руке Маррода дрогнул.
— Пусть войдет, — тихо произнес воин. — Одна.
— С ней наверняка телохранители, — сказал Гретворн, — я не могу приказывать ей.
— Одна. Или я убью ее в твоем доме.
Гретворн поднялся:
— Скажи госпоже, что я приму ее здесь. Охрана не нужна. Со мной мои люди.
— Да, господин.
Маррод поднялся:
— Никаких действий, эмон — или я убью вас обоих, — эльд шагнул и встал за дверью.
Начальник стражи кивнул. Уже утро, думал он, слуги будут удивлены, если я не спущусь к завтраку, но если поднимется тревога, Маррод убьет меня быстрее, чем прибегут телохранители. Да и они не спасут… Гретворн знал, насколько силен и опасен этот человек. Повергшее всех в ужас убийство одана Эрнона, похищение оданессы и множество других смертельно опасных заданий этот человек сделал играючи. Он — не знающий жалости демон из плоти и крови, думал Гретворн, глядя на темный силуэт эльда, и сердце эмона билось, как у птицы, попавшей в силки. Он все равно убьет меня, а я ничего не могу сделать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
