– Постараюсь, – ответил Келси. – Я зашел слишком далеко, отступать некуда. Мне просто хочется, чтобы всем было хорошо.
– Как и нам.
Они молча сидели рядом, пока такси Келси не приземлилось на крыше. Когда Келси ушел, Квинан тщательно проверил комнату на наличие записывающих устройств (не следует забывать, что под сомнение ставилась его собственная вера). Потом вызвал меню и набрал координаты того места, куда хотел отправиться.
* * *
Бен Квинан вошел в контакт с Высшим. Закрытый канал связи принес ему новую энергию, наполнив достоинством. И он легко превратился в золотого юношу, одетого лишь в суспензорий и сандалии. Приняв нужный облик, Квинан вошел в покои, где встретился с Морепой.
Поскольку подобные разговоры нельзя было вести на Меру, где Небопа напевал свои гимны, а Террама могла подслушать, Морепа создал убежище, глубоко запрятанное среди потока информации. Оно напоминало розовый, переливчатый наутилус, стены которого сохраняли прозрачность – так что любой непрошеный гость будет сразу замечен и проглочен свирепыми байтами, кружившими по священным потокам.
Внутри раковины Небопа появлялся в виде каракатицы – синей, как душа джазового музыканта, с крючковатым страшным клювом. Услышав, каким неуверенным, встревоженным голосом заговорило чудовище, Прыткий усмехнуться – он немного опьянел от виртуального виски и божественной силы, однако быстро справился со своими чувствами, вспомнив о могуществе Морепы – могуществе столь огромном, что лишь Небопа и Террама могли с ним бороться.
– Каковы новости? – спросила каракатица.
– Великий Властелин, через которого течет информация, – ответствовал Прыткий, – празднование годовщины Церкви Элиш подготовлено. До меня дошел слух, будто один из Старших шумерских богов попытается во время торжеств совершить переход.
– Старший Бог!
– Потребуется огромная мощность для переноса такого огромного количества информации. И время.
– Как ты думаешь, кто это задумал?
– Тайна охраняется самым тщательным образом, Морепа. Я бы поставил на Мардука или Иштар. Они оба склонны устраивать шоу. Кроме того, я бы не стал сбрасывать со счетов Шамаша.
– Тебе удалось узнать, кто они такие на самом деле?
– Вне всякого сомнения, кто-то из обитателей Меру, но, за исключением нескольких мелких эйонов, никто не афиширует свою связь с Церковью Элиш.
– Да, я понимаю. Все стараются создать впечатление, что у них полно маны, которой они могут даже поделиться. – Каракатица щелкнула клювом. – Прыткий, я пришел к выводу, что Небопа имеет какое-то отношение к Церкви Элиш.
– Вы уже говорили, могущественный Морепа.
– Только не надо дерзить, Прыткий. Мне хорошо известно, что ты постараешься оказаться на стороне победите лей, вне зависимости оттого, чем закончится война. Но учти, если ты меня предашь, я потрачу последний бит информации, чтобы тебя найти и превратить в такую дрянь, что ты будешь отвергнут даже Непостижимыми Полями.
– Да, Великий Властелин. Нижайше прошу прощения. Я всего лишь младший бог, и у меня сегодня был трудный день.
– Вот так-то лучше. А теперь убери подбородок с моего чистого пола и слушай. Небопа решил возродить свои лучшие войска, принимавшие участие в конфликтах, развязанных после Войны Начала Начал. Кроме того, он не гнушается и наемниками.
– А вы?
– Я делаю то же самое – равновесие силы и все такое.
– Террама?
– Кто знает, в какие игры она играет? Иногда мне кажется, что ее не интересует предстоящий конфликт. А порой у меня создается впечатление, что она заключила союз с Небопой. Или… Прыткий, могу ли я доверить тебе величайшую тайну?
– Почту за честь, господин.
– Террама ждет ребенка. Более того, она намекнула, что от меня.
– Поздравляю!
– Дети богов далеко не всегда являются поводом для радости, Прыткий, особенно у таких богов, как мы. Вспомни сторуких титанов, о которых рассказывают древнегреческие мифы, или чудовищного быка, рожденного Иштар, чтобы наказать Гильгамеша.
– Я понял, о чем вы.
– Означает ли признание, что она заключит со мной союз, или Террама намекает на то, что скоро у нее будет против меня страшное оружие?
– Не знаю, господин.
– Конечно, не знаешь, но если ты что-то услышишь…
– Я буду очень внимателен, господин, и постараюсь задавать хитрые вопросы.
Они поговорили еще немного, а потом Прыткий вернулся в дом Бена Квинана в Вирту. Пока он переносился из одного места в другое, ему вдруг пришло в голову, что он не упомянул Морепе о сомнениях Рэндалла Келси, но потом решил, что это подождет.
* * *
Сейджеку снился сон о сексе и насилии.
В Круге Шаннибал бил барабан. Зажав в зубах мачете, Сейджек стремительно перескакивал с одной ветки на другую, используя могучие руки и быстро опережая остальных.
Кто посмел? Ведь он – Вожак Вожаков. У Народа все хорошо. Много пищи. Охотники за головами больше не заходят на их территорию. Икси ушли другие места. Народ сыт, занимается сексом и постепенно расширяет свои владения в джунглях, о чем раньше и помыслить не могли. Кто же тогда бьет в барабан?
Когда Сейджек приблизился к Кругу Шаннибал, грохот стал таким оглушительным, что мочки его ушей задрожали, словно от порывов ветра. Вожак принялся озираться – и не увидел никакой толпы. Лишь одно существо – могучая фигура, мощнее, чем у самого Сейджека в пору расцвета, спина, плечи руки и ноги покрыты грубым коричневым мехом – стояло в центре круга. Груди (колеблющиеся, полные, раскачивающиеся в такт танцу) и ягодицы (округлые, розовые, приглашающие) обнажены. Сейджеку еще никогда не приходилось встречать столь привлекательной женщины.
Только вот голова у нее какая-то странная…
Сейджек спрыгнул с дерева, взял мачете в правую руку и медленно двинулся вперед, пытаясь понять, в чем тут дело. Женщина продолжала свой невероятный танец, двигаясь так, чтобы все время оставаться к нему спиной – видимо, она его заметила. Однако Сейджек с интересом рассматривал ее спину, считая поведение незнакомки приглашением.
Бросив мачете, он устремился к Кругу, касаясь костяшками пальцев земли. Женщина продолжала барабанить. Сейджек одним прыжком подскочил к самке и вошел в нее; одной рукой сжал грудь, а другой ухватился за волосы, чтобы она не сбежала. Женщина по-прежнему колотила по земле – нога, нога, рука, рука, нога, нога, рука, рука, – придавая совокуплению диковинный ритм.
Движения Сейджека стали более резкими, он сильнее сдавил ее грудь, демонстрируя недовольство тем, что красотка не обращает на него никакого внимания. Тогда она перестала стучать и прижалась к нему со стоном удовлетворения – немного пугающим. Теперь она не скрывала своего энтузиазма. Сейджек дернул красотку за волосы, чтобы повернуть голову, и, к его несказанному изумлению, голова осталась в руке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
