– Что, если я расскажу обо всем, Тесса? Что, если я поведаю сплетникам о том, что они жаждут знать – о Терренее… и о Марбруке… и о трасте Пикеринга.
Тесса резко втянула воздух.
– Ты… ты не сможешь этого сделать! Подумай о семье – подумай о своем отце!
– О, я думаю, что он переживет. Он никогда особенно не хотел быть викарием, знаешь ли. С состоянием Брукхейвена я смогу купить ему прекрасный коттедж, где он сможет читать весь день, если ему этого захочется.
– Но… что будет с Дейдре? С Софи? Со м… – Со мной.
Феба отвернулась от окна, лед внутри нее превратился в камень.
– Дейдре – красавица с хорошими связями и многочисленными поклонниками. Я уверена, что она очень неплохо устроится.
– Умоляю, не стоит обо мне беспокоиться, кузина.
Феба и Тесса обернулись к двери и увидели там Дейдре и Софи, наблюдающих за ними.
Дейдре продолжила.
– Я уверена, что моя любящая мачеха поддержит меня. – Ненависть в голосе девушки совпадала с ненавистью Фебы – или, возможно, даже превосходила ее. Кто знает, как на самом деле Дейдре страдала из-за Тессы все эти годы?
– А что касается Софи… – Это было проблемой, потому что из всех них Софи была наименее защищена.
– Что касается Софи, – перебила Софи, – то я не планирую выходить замуж – никогда – так что я ничего не потеряю из имеющихся возможностей.
Феба кивнула. Софи как раз может оказаться самой разумной из всех кузин.
– Итак, видишь, Тесса, никто не пострадает от этого – кроме тебя. Никто не будет наносить тебе визиты. Никто не станет присылать приглашений.
Бледность Тессы выдавала страх перед подобным результатом, но она все равно огрызнулась.
– У меня есть друзья – влиятельные друзья. Они не покинут меня.
– В самом деле? А что все твои дорогие друзья подумают о твоей собственной добродетели в качестве опекуна и компаньонки? Разве самой священной обязанностью леди в старой доброй Англии не является защита своих дочерей от позора с тем, чтобы мы могли выгодно выйти замуж и произвести на свет много дочерей, которые быстро разойдутся на брачном рынке? В конце концов, если я разглашу эту историю про Терренса, то, несомненно, поведаю всем и о твоем участии в этом деле. Разве они не зададутся вопросом, какая часть из всего этого произошла из-за твоего влияния? Захотят ли они твоего дальнейшего присутствия возле своих собственных драгоценных дочерей?
Тесса побледнела и затряслась от ярости.
– Ты – глупая распутница. Неужели ты так легко примешь все это? Ты думаешь, что ничто из этого не повредит тебе – думаешь, что выйдешь замуж за Брукхейвена и никто не станет беспокоиться о том, что ты сделала? Не будь идиоткой, девчонка! Ты разрушишь все свое будущее!
Феба на мгновение задумалась об этом, выражение ее лица было безмятежным.
– Да. Я могу это сделать. Я могу разрушить свою собственную жизнь без всякой помощи от тебя или от папы или даже от Марбрука. Мое будущее – это мое решение. – Затем она слегка улыбнулась. – А тот факт, что я утащу тебя на дно вместе с собой, будет только завершающим штрихом моего падения.
Затем низкий голос послышался от двери.
– Леди Тесса, неужели вы надеетесь, что я отменю свадьбу только потому, что ревнивая, злобная женщина выставит напоказ трагический обман, от которого пострадала моя невеста?
Тесса резко обернулась. Феба оглянулась и увидела Колдера, стоящего в дверном проеме с вежливым вопросительным выражением на лице, но с мрачной жаждой убийства в глазах.
Даже Тесса была не настолько эгоцентрична, чтобы не заметить это. Сейчас Феба легко могла поверить, что Колдер способен на насилие.
Но он никогда не причинит вреда женщины, даже если она настолько злорадная, как Тесса.
Колдер кивнул ей.
– Мисс Милбери.
Феба склонила свою голову в ответ.
– Лорд Брукхейвен.
Колдер повернулся кругом и ушел, забрав с собой остатки власти, которую Тесса еще могла иметь над Фебой.
Он на самом деле замечательный человек. Как жаль, что она его не любит.
Глава 49
Суматоха свадебных приготовлений жила собственной жизнью. Казалось, слуги в точности знали, что нужно делать для того, чтобы устроить подобное празднество, несмотря на то, что последняя свадьба маркиза Брукхейвена состоялась в этом доме лет сорок назад. Феба полностью предоставила их самим себе. В любом случае, слуги были более искушенными в этом искусстве, чем она сама.
Викарий проводил свои дни, бормоча о «ошеломляющей коллекции» библиотеки и тщательнейшим образом старался не замечать того, что с его дочерью что-то не в порядке. Феба позволила ему это, поскольку ее отец не мог ничего сделать, чтобы улучшить ситуацию.
Лемонтёр лично доставил свадебное платье. Ошеломляющее творение цвета слоновой кости было гораздо красивее, чем девушка помнила.
Вспоминать о платье означало думать о Рейфе. Когда Феба попыталась примерить платье для портного, она не смогла скрыть слез, которые набежали на глаза.
– О, милая, не надо капать на шелк! – Лемонтёр вручил ей надушенный носовой платок и нежно потрепал ее по руке, пока она плакала на его плече.
Когда девушка выпрямилась, чувствуя себя лучше, хотя и немного оцепенело, портной вытер ее влажные щеки и снова повернул к зеркалу.
– Вы слишком прекрасны, чтобы быть такой печальной, – твердо заявил он. – И я не потерплю угрюмой невесты в одном из моих платьев. А теперь скажите мне, что случилось.
Феба рассказала ему все, каждый незначительный и тайный аспект своей жизни, потому что она невероятно устала от своих собственных секретов. Когда она дошла до той части, в которой исчез Рейф, глаза Лемонтёра расширились от удивления в первый раз с тех пор, как она начала свое повествование.
Почему он удивился только теперь? Господи, неужели он уже знал все остальное?
Маленький портной всплеснул руками.
– Как вы могли утаить такую важную информацию от меня? – Он уперся кулаками в бедра. – В самом деле, через что только люди не заставляют меня проходить!
Девушка удивленно посмотрела на него.
– Но… я все же собираюсь завтра выйти замуж, сэр.
Но Лемонтёр уже суетился, хлопнув в ладоши и приказав Кэботу собрать все его вещи и позвать его кучера.
– Так много дел… – Он послал ей воздушный поцелуй, когда стремительно покидал комнату. – Пока-пока, моя дорогая! Счастливого свадебного дня!
Феба осталась стоять в своей комнате, наряженная, в свадебное платье, задумавшись над тем, какую часть своей печальной истории она пропустила.
