— Не будьте столь циничны, Оливия, — вздохнул мужчина. — В любом мире найдутся те, кто недоволен чем-то и те, кто счастлив. У вас есть крыша над головой, еда, магическая сила, на которую вы получили разрешение. Личный фамильяр… И я уже понял, что наш мир и этот дом приняли вас. Быть может, именно вы и должны были здесь родиться. Не исключено, что Боги тоже могут ошибаться. Но мы сейчас не об этом. Есть очень страшные миры, Оливия. Тот же мир Хаоса – жестокий, бездушный, привыкший только порабощать другие миры и властвовать в них, убивая, мучая и калеча его жителей. Мне бы очень не хотелось, чтобы в вашем доме когда-нибудь распахнулась дверь в подобный мир, и вы по своей наивности и незнанию впустили сюда нечто злое и отвратительное. Понимаете меня?
Мне стало как-то неловко. Зерно правды в словах Джона, конечно же, было. Я прекрасно понимаю, что всё магическое – это не шутка, как и то, что любой мир может быть опасен.
Но я ведь не собираюсь открывать все порталы? Надеюсь, если что-то подобное снова произойдёт, то домик меня сначала предупредит – зло ко мне стучится или добро. И вот тогда я со всех ног помчусь к инквизитору докладывать об этом событии.
— Я вас понимаю, милорд, — кивнула ему и обняла себя руками. — И могу вас заверить, никакого зла в этот мир не пришло.
— Наедине зовите меня просто Джон, — вдруг улыбнулся он. — И можно я буду с вами откровенен?
О-о-о… Новый этап в наших отношениях? Уже по имени можно звать и секреты открывать?
Вот же хитрый жучара! А я такой финт знаю! Меня не проведёшь! Мол, я весь такой хорошенький и пушистенький инквизиторчик. Я тебя, Ливи, обижать не стану. Вот, смотри, даже разрешил себя по имени называть, без всяких там титулов. И вон, ещё и откровенен с тобой. Так что, давай, девочка, делись тоже своими секретами, а не то я тебя съем!
— Ну конечно, со мной и надо быть откровенным, — оскалилась я. — И меня тоже можете звать по имени, когда мы наедине.
Выкуси, гад! Не один ты владеешь словесной хитростью.
— Наш артефакт зафиксировал открытие портала. Данные указывают, что портал открылся в твоём доме, Оливия.
Я похолодела от его признания. И моя улыбка-оскал сошла на нет.
Это что же получается, ко мне скоро нагрянет толпа святой инквизиции?
— Но я изъял эту информацию, — выдержав драматическую паузу, добавил инквизитор.
— Не могли это сразу озвучить? — выдохнула я облегчённо и села на стул. — У меня от вашего откровения душа грохнулась в обморок.
— Если эта информация окажется в руках других инквизиторов, то тебе, Оливия, не избежать тотальной проверки. Боюсь, когда ты решишь снова открыть портал – тот же самый или другой, наш артефакт снова зафиксирует это событие. Я не всегда смогу ещё раз выручить. И тогда тебя поручат инквизитору, и нет гарантии, что мне. Оливия, все твои действия с порталами будут подвергнуты постоянному наблюдению во избежание чрезвычайных ситуаций. Мы не можем позволить себе открытие мира, наподобие Хаоса.
Судорожно сглотнула и сдавленным тоном вынесла предположение:
— Я полагаю, у вас есть ко мне предложение, чтобы этим самым инквизитором, контролирующий мои действия с порталами, стали вы, милорд. Верно?
— Я рад, что ты умна, — холодно улыбнулся он. Всё его напускное дружелюбие испарилось. Передо мной стоял расчётливый и серьёзный человек, привыкший добиваться всего, чего он захотел. — Я не буду наседать, и вмешиваться в твою личную жизнь. Нас будут связывать только порталы. Как только ты почувствуешь, или узнаешь, что появляется дверь в новый мир – ты сразу сообщишь об этом мне. И только я буду решать – открывать эту дверь или нет. А также контакт с иномирцами – это моё дело. Есть вопросы?
Есть. А не прифигела ли ваша милордовская рожа?!
— А что я получу взамен? — спросила невинно и хлопнула ресничками.
— Что? — опешил инквизитор и уставился так, словно у меня прямо сейчас выросла вторая голова. — О чём ты, Оливия?
Пожала плечами и невозмутимо заявила:
— Это мой дом, моя магия, мои порталы… Но отчего-то я обязана докладывать о них вам. Нет, нет, я всё понимаю – они не так безобидны и представляют опасности и прочее, и я всеми руками поддерживаю, что должны быть предприняты меры, чтобы не случилось какого-нибудь апокалипсиса из-за того, что в наш мир пробрался какой-нибудь Кракен или Люцифер собственной персоной с легионной армией из демонов! Но…
— Но? — нахмурился Джон Тёрнер и воинственно сложил руки на груди.
— Но и вы меня поймите… Я, значит, буду тратить своё драгоценное время, потому что должна бежать со всех ног, сообщать вам о портале, хотя, как вы сказали, у вас в конторе есть специальный артефакт. Почему бы вам не установить какой-нибудь артефакт у меня, который бы блокировал любую возможность открытия враждебных миров?
— Таких артефактов нет, — процедил мужчина.
Сложила ладошки на коленках и невинно пропела:
— Ну так поставьте сию задачу перед вашими учёными-артефакторами, пусть создадут сей прибор. Уверена, лично вы умеете убеждать людей делать так, как нужно вам.
— Что вы хотите, Оливия? — спросил инквизитор, вдруг перешедший со мной с «ты» на «вы». Он прищурил глаза и подозрительно поглядел на меня.
