там нет?
— Точно не видно, Жор, но снаружи — нет. И неповреждённый купол, — развела руками Света.
— Значит, завтра туда, — окончательно решил я. — И подальше от Сосногорска, а то эти миномётчики весь лёд раздолбят.
— А говорил — Вездетанку не стра-а-а-шно!
— Не страшно, а муторно, — резонно ответил я. — Выбираться из водно-ледяного крошева — просто долго, Свет.
— Уговорил, — сложила она руки на груди.
В общем, налил я снарядов для башенных разгонников с запасом, прикинули по карте — как объезжать, где вне зоны поражения Сосногорских психованных роботов реку преодолевать. А после моя андроид потребовала, чтоб я, как и обещал, кое-что заткнул. Ну, комсомольцы слов на ветер не бросают, так что заткнул, со всем прилежанием и ответственностью!
И с утра, ещё до рассвета выдвинулись мы по границе “сплавленной” зоны Пожни на север. Пару раз Мопс гудел башнями, сшибая приставучих летающих сволочей, но даже мины в округе не рвались. И вот, буквально на выезде из города я долбанул по тормозам.
— Жор, водила криворукий! Сколько раз говорила — осторожнее будь, не дрова везёшь! — послышалось от подруги дней моих разных.
— Тут и вправду извиняюсь. Свет, мы из города собрались выбираться. А это значит что?
— Сколопендры, — протянула Светка. — Да, не подумали. Но мог и помягче притормозить!
— Я извинился!
— И… придумаю ещё, как тебе загладить вину передо мной, — надулась андроид. — Ну, потратим боезапаса побольше, — пожала она плечами, посмотрела на мой скептический взгляд. — Река?
— Она самая. Мы же прикидывали, что эти сволочи сколопендристые могут быть амфибиями, — кивнул я. — И выходит, что уходя от мин, мы нарвёмся на проломы льда. Причём они в воде если, как бы не реальную опасность представляют.
— Прогрызут Вездетанк? Жор, ты параноишь.
— Машину — вряд ли, уж точно не быстро. А колёса?
— А цепи? Хотя да, справятся, и быстро, — признала Светка. — Так, от реки?
— Неохота такой крюк делать. Мопс, прямая мы — Усть-Ухта роботами в Сосногорске фиксируется? В зоне обнаружения?
— Без наводки, товарищ Жора, нет, — ответил БВМ.
— Ты что это задумал, Жорик?
— Делай со мной что угодно, только не бери скалку, — шутливо взмолился я. — Свет, река — метров четыреста, ну пятьсот.
— На скорости думаешь проскочить?! Вот говорю, повторяю и утверждаю: водила ты криворукий, Жора!
— Пряморукий я! — возмутился я. — И смотри: на нормальной скорости Вездетанк проскакивает реку за полминуты. Максимум! Это со всеми возможными и невозможными сбоями.
— Если не провалится.
— Свет, сама понимаешь, скорость и эту вероятность снижает многократно, — резонно ответил я, на что подруга кивнула. — И мы у Усть-Ухты. И даже если начнут стрелять — отъедем по берегу.
— А сколопендры на ТОМ берегу, Жора? — задумалась Светка.
— Во-первых: с ними так и так связываться. Кроме того: купол цел, — указал я на видимый циклопический приплюснутый купол, поблескивающий в разгорающемся рассвете. — То есть, фон идёт от Пожни — точно. Что-то есть от Сосногорска. И всё, Свет, это у нас во-вторых.
— То есть, сколопендр может вообще не быть на том берегу, — протянула подруга, уже под мои кивки. — Я бы на такое не рассчитывала, но в чём ты прав, это с ними так и так возиться придётся. Да и на скорости проскочим… А давай! — махнула рукой Светка.
Разогнал я турбину и дал. Захватывающий у нас рывок вышел, всем поднявший настроение: Бейго радостно залаял, Светка азартно взвизгнула. И, кстати, со сколопендрами и вправду оказалось — амфибии, сволочи такие. Неподалёку от берега противные сегментированные тела пробили лёд, но сделали это уже далеко позади нас. В общем, на усть-ухтинском берегу оказались мы без аварий, быстро. И не стрелял по нам никто.
Правда, стояли мы не меньше пяти минут. Мопс всеми наличными датчиками проверял и перепроверял все диапазоны, но выходило, что вокруг обычные сугробы. Ни электроактивности, ни тепловой. Радиофон — повышен, но в вполне приемлемых пределах. Советский человек без костюма долго не проживёт, заболеет. Но неделю тут быть вполне сможет, без негативных последствий.
— Это мы удачно прокатились, — довольно потёр я чистые и сухие руки.
— Да, весело получилось, — барственно кивнула Светка.
— Гав, — одобрительно подал голос Бейго.
— И нам — на радиальную дорогу экхоза надо, — вслух рассуждал я. — На юг — нам не надо, там Совхоз. Значит — север, — рассудил я.
Поехали, не слишком быстро (да и чёрта с два по сугробинам разгонишься). Стало довольно отчётливо видно, что за узкой двуколейкой по периметру экхоза, под куполом, цветёт, колосится и совершает прочие свойственные буйной флоре деяния буйная флора. Что там конкретно колосится и делает — не понять, далековато, да и по всему куполу подтёки грязи, пыли, что и не удивительно.
А вот датчики Вездетанка показывали непонятную электромагнитную активность под куполом. Не животных, точнее, животные тоже могли быть, но понять, так ли это — чёрта с два выйдет. Буквально засветка в ЭМ-сегменте датчиков.
— Это что это там, — задумался я. — А, понял!
— И что ты понял, Жор?
— Да как дополнительный фактор отопления используется ЭМ-поле, — озвучил я.
— Довольно дурацкий способ, какое там КПД-то? — озадачилась Светка.
— Не скажи, что дурацкий. В теплицах-оранжереях Нитронска такой же способ использовался, тут от объема отапливаемого пространства зависит, плюс дополнительная защита от солнечной радиации, — ответил я. — В общем — использовали. Деталей не знаю, Свет, не специалист в этом.
— Ну может быть, — хмыкнула Светка. — Только про радиацию при создании этого комплекса, я думаю, не особо задумывались.
— Ну, от той, что была в округе — чёрта с два поле защитит. Может, часть солнечного спектра отсекалась — экхоз-то экспериментальный, какой-нибудь ультрафиолет лишний. Поляризация, в общем, какая-то.
— Допустим, — кивнула Светка.
Так, потихоньку, добрались до вполне широкой, удобной пластобетонной дороги, начинающейся от узкоколейки и уходящей вглубь, под купол экхоза. Арочный тамбур прилагался, вполне подходящий по габаритам под большие УАШки, так что Вездетанк пройдёт без проблем. Но тамбур-то тамбур, но открытый: тоже полевые завесы.
— Теперь я точно уверен, что без ВОдЧ-18 мы отсюда не уедем, — порадовался я.
— Слушай, Жор, — задумчиво обратилась ко мне Светка. — Тут — понимаю. Но вот зачем в обычных колхозах энергоконвертор? Что там на полях-то?
— Много что, Свет. Защита от паразитов, например. Очистка и обработка посевного материала, — начал перечислять я. — Много что, в общем. А тут и в Царапине он есть, да и если что что-нибудь рабочее разберу. Но в Царапине точно есть. Главное, чтоб тараканы не завелись, — на всякий случай сбавил я в позитиве.
В мистику я, конечно, не верю. Но просто обидно будет приехать в Центр Распределения и увидеть пустые
