– Привет, – как ни в чем не бывало поздоровалась я, не в силах отвести от него взгляда.
Показалось, что улыбка, появившаяся на лице барса, особенная, не такая, как обычно.
– Привет, – негромко ответил он, тоже глядя на меня.
Я сделала шаг в комнату и немного торопливо изложила свою просьбу:
– Отпустишь на пару часиков? Надо по делам съездить.
– Да, конечно, клиентов все равно пока нет, – легко согласился Рэм.
И тут за моей спиной раздался знакомый голос:
– Давай подвезу, Ален.
Я вздрогнула, кожа тут же покрылась противными мурашками, а волосы на затылке встали дыбом. Не знаю, почему так отреагировала, говорил Лис совершенно спокойно, почти даже без эмоций. Я постаралась повернуться не слишком резко.
– Да нет, Жень, не надо, сама справлюсь, – постаралась ответить ему тоже спокойно и без лишних эмоций.
Невольно вгляделась в его лицо и заметила тщательно скрытые эмоции: опущенные уголки губ, затаившуюся на дне потухших зеленых глаз тоску, общую напряженную позу. Ох, Женька, Женька. Глупый ты, чем цепляться за прошлое и чувства, которые, не сомневаюсь, настоящие, но – немного не такие, как тебе нужно в самом деле, лучше бы оглянулся вокруг.
– Отвезу, мне не сложно, – неожиданно твердо произнес он и направился к коридору, не оставляя мне выбора.
Я беспомощно оглянулась на Рэма, отчаянно не желая оставаться с Женей наедине – не нужно это, лишнее, я вчера все сказала. Да и после этой ночи уж точно возврата к прошлому нет. Барс же, пропустив Лиса, даже не взглянувшего на шефа, как ни в чем не бывало спросил:
– Вернешься – сходим пообедаем?
И вроде обычная фраза, сказанная, опять же, вполне нормальным тоном, без придыхания или игривых ноток. Но, наверное, Рэм прав, ненавязчиво обозначив свои намерения в отношении меня. Ведь теперь препятствий к его интересу не было. Я посмотрела на него, улыбнулась и кивнула.
– Сходим, – легко согласилась и вышла в коридор.
Рэм, конечно, за мной, на доли секунды опередив Женьку и сняв с крючка мою куртку. Лицо Лиса на мгновение скривилось, но он тут же отвернулся, слишком резко распахнув дверь. Вообще-то, по-хорошему, он тоже должен был спросить у Рэма, и я полагаю, это был своего рода вызов. И большой плюс барсу как руководителю, что шеф не стал раздувать из этого скандал. Я сама скажу Женьке, пожалуй, что он переигрывает. Отношения отношениями, а работа – работой. Рожнов помог мне надеть куртку, и его ладони всего на несколько секунд задержались на моих плечах, да теплое дыхание пощекотало ухо, и барс отступил. Шаги Женьки уже слышались на лестнице.
– Звони, если что. – Пальцы Рэма пробежались по моей щеке, благо мы одни стояли в полутемном коридоре.
Я справилась с желанием прижаться к ним – не слишком подходящее время для нежностей, кивнула и вышла в подъезд. Спустилась на улицу, села в Женькину машину, внутренне сразу насторожившись и готовая ко всяким неожиданностям. Сначала мы ехали молча, но с каждой минутой тишины воздух все больше густел, и мне казалось, я вот-вот начну задыхаться, таким он стал плотным.
– Ален, может, попробуем сначала? – заговорил наконец Женька, и мне с трудом удалось удержаться от вздрагивания. – Я учту…
– Жень, – оборвала его, не дав закончить. – Не надо, пожалуйста, – как можно тверже ответила, глядя перед собой. – Не получится попробовать, пойми. Все изменилось.
Несколько мгновений он молчал, потом напряженно спросил:
– Значит, ты с ним теперь, да? Все-таки к нему ушла?
Я немного раздраженно выдохнула и покосилась на Лиса.
– Вот только детский сад разводить не надо, ладно? – немного резко произнесла. – Я пока ни с кем, но отчитываться тебе в своих действиях не собираюсь. И бить морду Рэму не стоит, Жень, – чуть тише добавила, постаравшись смягчить свои слова. – Он твой начальник, если что.
– Помню, – буркнул помрачневший Женька. – И все равно не понимаю, Ален, все хорошо ведь было! – немного нервно высказался он.
Набрав побольше воздуха, я ровно ответила:
– Возможно, да, хорошо, но не настолько, как хотелось. Мы разные, Женя, и рано или поздно это все равно вылезло бы. И если ты немного подумаешь, то поймешь, что так оно и есть. Оглянись вокруг, Жень, вместо того чтобы оборачиваться в прошлое.
– Я люблю тебя, Ален, – тихо ответил он с такой безнадежностью в голосе, что мне стало не по себе немного.
И я выложила последний козырь, который не хотела показывать, но пришлось. Да, ему будет больно, но лучше пусть так, чем Лис будет мучиться от неразделенных чувств.
– Жень, я вчера с другим была.
Признаться, я приготовилась к выяснению, с кем, к новым обвинениям, что я именно к Рожнову ушла. Но Женька молчал, и, пожалуй, лучше бы ругался и обвинял. Молчание Лиса откровенно пугало. Осторожно покосившись на него, я увидела напряженно сжатые до побелевших костяшек на руле руки, отрешенное лицо и взгляд прямо перед собой. Стало на несколько мгновений не по себе, остро кольнуло чувство вины, но я не поддалась, упрямо задавив его. Никто ни в чем не виноват, вышло как вышло. Так будет лучше для всех. В тяжелой тишине мы доехали до его дома, поднялись в квартиру. Женька сразу ушел на кухню, и я подавила облегченный вздох. Собирать остальные вещи под его наблюдением было бы… тяжело. Я постаралась все сделать быстро, мимолетно удивившись, что вещей в самом деле оказалось немного. А даже если что-то забыла, потом заберу. Закончив со сборами, я заглянула в кухню.
Женька сидел за столом, сложив руки перед собой в замок, и смотрел в окно, я видела только его затылок. Я открыла рот, чтобы сказать, что готова, как он повернулся и посмотрел на меня пустым взглядом. Не выдержала, отвела глаза.
– Отвезешь?.. – тихо попросила я.
– Конечно, – ровно ответил он и встал, тоже пряча взгляд.
Когда мы приехали на Петроградку, я про себя с облегчением вздохнула: черт, надеюсь, в моей жизни больше таких ситуаций не будет. И Лис быстро придет в себя, не придется никому никуда увольняться. Он заглушил мотор, а я не торопилась выходить.
– Спасибо, Жень, – негромко сказала, глядя перед собой. – За все спасибо.
– Да не за что, – откинувшись на спинку, ответил он, даже не посмотрев на меня.
Я замолчала, отчаянно ища слова, чтобы как-то смягчить ситуацию, но они не находились, а пауза затягивалась. Наконец я все-таки открыла дверь и вышла, забрала сумки. Провожать меня он не пошел, что тоже обрадовало. Оставив вещи в квартире – вечером разберу, – я спустилась обратно. Женька все так же сидел, уставившись в пространство.
– Ален, я не поеду в офис, – сказал вдруг он. – Я предупредил. Доберешься сама?
Меня кольнуло беспокойство: очень уж отрешенный вид был у Лиса. Что он собирался делать, куда сейчас пойдет? Не натворил бы глупостей. Я пока еще чувствовала за него некую ответственность, да и не хотелось быть даже косвенно виноватой, если с ним не дай бог что случится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
