Четверг 5 сентября. На следующее утро буря несколько улеглась. Под ветром стало прочищаться; барометр поднялся. Мы тотчас опустились к SW, в 3 часа пополудни прошли Зимние горы, а в 8 часов положили якорь на баре, от лоцманской башни на WSW, в двух милях.
Пятница 6 сентября. На рассвете снялись опять, а в полдень прибыли в Архангельск, с судном в наилучшем состоянии и с командой, которая уже около трех недель не имела ни одного больного.
Бриг «Новая Земля» был по-прежнему отослан на зимовку в Лапоминскую гавань, а я, приведя в надлежащий порядок журналы мои и карты, отправился с ними в Санкт-Петербург для отдания лично высшему начальству отчета в моих действиях.
Конец первой части
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава четвертая
Третье плавание брига «Новая Земля» 1823 года
Назначение третьей экспедиции. – Отправление из Архангельска. Опись Лапландского берега. – Переход к Новой Земле. – Неуспешное плавание к северу. – Опись Маточкина Шара. – Опись южного берега Новой Земли. – Бедственное положение судна на каменной банке. – Обратный путь. – Потеря руля. – Прибытие в Архангельск.
Во вторую экспедицию совершено было гораздо более, нежели в первую. Высшее начальство трудами нашими было довольно, и по представлению его все участвовавшие в них удостоились милости монаршей.[225] Но при всем том многое еще оставалось и неисполненным. Берег Лапландии требовал новой и подробной описи, поскольку в 1822 году могли быть описаны только некоторые главнейшие якорные места и гавани; промежуточный же берег, где могло найтись еще несколько хороших гаваней, был или вовсе не осмотрен, или осмотрен поверхностно. Часть берега, простирающаяся от Кольского залива к западу до границы, оставалась совсем неописанной, о ней известно было только то, что она на всех картах изображена совершенно неверно, что так называемый Рыбачий Остров (Fischer Eilant) есть полуостров, выдающийся в море гораздо далее и совершенно в ином виде, и пр. Со стороны Новой Земли было также несколько пунктов сомнительных и неизвестных. При сличении карты нашей с картой плавания голландских мореходов, находящейся в Большом Атласе Блау, оказалась между долготой мыса, принятого нами за мыс Желания, и долготой Баренцева мыса этого названия, разница до 15°. Такая погрешность в определении Баренца казалась совершенно невозможной, тем паче, что в положении других пунктов разница находилась весьма небольшая, и из этого возродилось подозрение, не другой ли какой мыс, например Нассауский, приняли мы за мыс Желания. Хотя опись штурмана Розмыслова не было особенной причины подозревать в неверности; желательно было новым измерением Маточкина Шара вывести этот довольно важный в географии Новой Земли пункт однажды и навсегда из сомнения. Южный берег Новой Земли был еще совсем неизвестен. Еще менее восточный берег, который, впрочем, не было большой надежды описать на мореходном судне. Положение островов Вайгач и Колгуев было не определено. Наконец, долгота Канина Носа требовала новой проверки. Для исполнения всего этого повелено было отправить меня же и на том же бриге. Руководством должен был мне служить следующий указ Адмиралтейского Департамента: «Государственный Адмиралтейский Департамент, с утверждения г-на начальника Морского Штаба, предписывает вам, в дополнение к прошлогодней инструкции, исполнить при плавании вашем для описи Новой Земли следующее:
1) Повторить удостоверение в разности долготы между мысами Святым Носом и Канденоисом, равно определить широту и долготу острова Колгуев.
2) Докончить недовершенную в 1822 году опись Лапландского берега до границы Российской со Швецией, согласно представленному от вас проекту.
3) Точнейшим образом удостовериться – мыс Желания, виденный вами и назначенный на сочиненной вами карте Новой Земли, действительно ли, как полагаете вы, есть мыс Желания, не есть ли он один и тот же с мысом Оранским; а мыс Желания не находится ли далее к северо-востоку, как показано на голландских старых картах.
4) Узнать, справедливо ли штурман Розмыслов определил длину Маточкина Шара, показанную на его карте, с которой вы имеете копию.
5) Осмотреть Югорский Шар и Вайгачский пролив и описать остров Вайгач; если же время и обстоятельства дозволят, то, обойдя мыс Желания и пройдя сквозь Маточкин Шар или сквозь Югорский в Карское море, описать восточную часть Новой Земли.
Все сие предоставляется вам исполнить по собственному вашему усмотрению, сообразуясь со временем и местными обстоятельствами; поскольку опытность и искусство ваши известны уже начальству из журналов и карт, составленных по прежним вашим плаваниям в тех местах».
Помня трудности и даже опасности, перенесенные мной в прошлом году на пути к Архангельску, старался я ныне отправиться как можно ранее и для того решился взять с собой только хронометры и инструмент прохождения, с тем чтобы некоторые другие инструменты, приготовлявшиеся для нас на Колпинских заводах, были доставлены в Архангельск с назначенными к нам штурманскими чиновниками.
Март. Но при всей поспешности не мог выехать я из С. Петербурга прежде 11 марта. До первой станции доехали мы в зимних повозках Невой весьма хорошо, но в Мурзинке ожидала нас неприятная весть, что по почтовой дороге нет нисколько снегу, а Невой ехать далее нельзя потому, что под Пеллой ее уже ломает. Итак, вместо того чтобы продолжать путь, должны мы были, к крайнему нашему неудовольствию, в тот же день возвратиться в Петербург, ибо в телегах ехать с инструментами не было возможности. Наняв коляску до Новой Ладоги, оставили мы Петербург вторично 13 марта.
Не доезжая замка Пеллы, свернули мы вправо на проселочную дорогу, ибо по почтовой была почти непролазная грязь; в Апраксином городке останавливались кормить лошадей; в Шельдихе выехали опять на почтовый тракт и, наконец, 15 марта приехали в Ладогу. Здесь новое препятствие: почтмейстер объявил мне, что снег по дороге совсем пропал и если я не намерен ехать на телегах, то должен опять нанять долгих, которые могут меня провезти каналами и озерами до Лодейного поля. К счастью, нашли скоро мы попутчиков – белозерских крестьян, которые за 70 рублей, довольно еще умеренную цену, взялись нас туда доставить. Расположившись на шести санках, каждые в одиночку, отправились мы в путь в тот же вечер. Переправясь через Волхов, въехали в Спасский канал, принадлежащий к той знаменитой системе вод, искусственной и натуральной, которая соединяет Каспийское море с Балтийским. Этим каналом ехали мы 11 верст до реки Сяси, за которой начинается канал Воронинский, продолжающийся на 15 верст почти прямо на N до села Вороново, при реке Вороне лежащего, где мы остановились ночевать. Крестьяне довольно обширного селения этого промышляют рыбой и тасканием судов вдоль по каналу до Сяси, которое они берут на подряд на лето. Хлебопашества совсем не имеют, по причине песчаной почвы, а потому и не весьма зажиточны.
