Время шло. Луна скрылась за облаками, и стало труднее определить время. Ее глазам делалось больно, оттого что она долго и напряженно вглядывалась в темноту, ожидая его. «Где же ты, Грегор?» Прошло много времени, прежде чем она призналась себе в том, что он не пришел в назначенное время. А потом пришлось смириться и с мыслью о том, что он может не прийти уже никогда.
Тревога тугим узлом сдавила грудь Джесси. Она еще раз оглядела сады и лес, стараясь увидеть хоть какое-то движение. Но тщетно. Она ринулась к дворовым постройкам, к самим конюшням, проверила все внутри. Его нигде не было.
Первой реакцией был страх за его безопасность. Быть может, разбойники встретились на его пути, или он неудачно упал с лошади где-нибудь в лесу. Или, возможно, у него появились дурные мысли, предчувствия по поводу ее дара. Две последние ночи ей не хватало сил, чтобы сдерживать магическое свечение, которое возникало, когда они были близки и наслаждались друг другом. Для него это было открытием, и она боялась, что после такого он отвернется от нее.
Застыв в ожидании у конюшен, Джесси заметила, как мелькнула свеча в одном из окон главного здания. Затем в следующем и следующем. Огонек вспыхивал все дальше и дальше, словно кто-то шел со свечой в руках. Когда она выходила, все было тихо и спокойно. Теперь в доме наблюдалось какое-то движение, и это были как минимум двое людей. Она не могла рисковать, оставаясь здесь, пока кто-нибудь не увидит ее из окна и не устроит впоследствии допроса. Если Грегор все-таки спустился из леса, то она надеялась, он увидит свет в окнах и не станет подходить ближе.
Джесси бросилась назад, к входу для прислуги, и поспешно пробралась внутрь. Ее обеспокоило то, что дверь кухни была открыта, а в коридоре, чуть дальше, зажжены несколько свечей. Как только она оказалась внутри, ее схватили и вытолкали в проход.
Джесси знала, что за ее спиной был Кормак, но почему он стремился вывести ее к свету? В их последнюю встречу ему, напротив, хотелось оказаться с ней в темноте.
Едва оказавшись в коридоре, она поняла причину. Там ее ждал еще один человек. Он стоял к ним спиной, лицом к буфету, и наполнял вином бокал.
— Вот она, — начал Кормак, — эта новая служанка. Бродит здесь тайком, и, судя по ее подозрительному виду, все это не к добру.
Джесси попыталась вырваться, и любимая голубая шаль соскользнула на пол с ее плеч, но Кормак крепко держал ее сзади за платье. Она извивалась, но, несмотря ни на что, освободиться не получалось. Он удерживал ее на расстоянии вытянутой руки от себя, как будто демонстрируя ее второму мужчине. Кто это мог быть, если не хозяин дома?
— Так, так, это ли не знаменитая блудница из Данди?
Джесси резко повернулась и, не веря самой себе, смотрела на сказавшего это мужчину. Это был не господин Уоллес. Этот человек был гораздо моложе.
Его ледяные глаза скользили по ней с головы до ног, его пухлые губы расплылись в улыбке, а сам он сиял от удовольствия, разглядывая женщину, которую ему привели. Лицо его было знакомым, но сначала она не могла узнать его. Впрочем, уже через мгновение Джесси поняла, кто это. В последний раз, когда она видела этого человека, на нем был парик и сюртук, украшенный чрезмерным количеством вышивки. Сегодня на нем не было головного убора, а волосы были затянуты лентой. Его свободная рубашка была выпущена поверх брюк. Сапоги его, как и в тот раз, выглядели нарочито дорогими. Этот мужчина был тем самым клиентом, за которого Джесси и Элиза дрались в ту последнюю, роковую ночь. Он сам провоцировал их, сам поддерживал пыл этой схватки за него, а Рональд Суини был готов согласиться с любой его прихотью, так как знал, что заработает на пари.
Все это было просто ужасно, гораздо хуже, чем если бы за ней пришел Кормак или даже хозяин дома, потому что этот человек знал, кем она была на самом деле. Осознавая опасность ситуации, Джесси чувствовала, как ее бросает то в жар, то в холод.
— Вы знаете эту девицу, господин Форбс? — подал голос Кормак.
Форбс! Это был сын Айвора Уоллеса, о котором ходило так много слухов среди прислуги. Да, он должен был вернуться, но она не обратила внимания на этот факт, так как все ее мысли были заняты совсем другим.
Кормак схватил ее за волосы и, с силой дернув, заставил посмотреть вверх. Боль пронзила ее шею. Он буквально вывернул ее, так что Джесси вскрикнула. Взгляд ее метался из стороны в сторону в поисках наилучшего варианта побега. Ей и раньше приходилось убегать совершенно без ничего, унося с собой лишь одежду, в которой была, когда попадались мужчины, готовые наброситься и ударить ее, только бы не платить за ее услуги.
Кормак смотрел на нее так, словно и он должен был знать ее, лишь потому, что с ней был знаком его хозяин.
— Она не из деревни.
— Нет, она не здешняя. — Форбс подошел ближе и снова изучающе осмотрел ее. Когда взгляд коснулся ее груди, он облизнул губы. — По всей видимости, я не смогу уехать отсюда прямо сейчас, — говорил он Кормаку, — старик распродает земли у меня за спиной. И мало было этой проблемы, так теперь он еще притащил в наш дом бездомную потаскуху.
В голосе его было негодование, но Джесси видела, что на самом деле он доволен. Если слухи, что ходили о нем, были правдой и он действительно стремился занять место своего отца, то он мог бы использовать этот аргумент против хозяина дома.
Одним большим глотком он осушил стакан, что держал в руке. Судя по виду Форбса и Кормака, они уже успели изрядно выпить. Теперь рот Форбса блестел от влаги и был испачкан вином, а оттого казался еще отвратительнее.
— Это прославленная блудница из Данди. Ее зовут Джесси Таскилл. — Он указал на нее стаканом, прежде чем поставить его на стол. — Тебя разыскивают. Они уже обнаружили, что ты пересекла Тэй. Молва передается из уст в уста. Пройдет совсем немного времени, и ты почувствуешь прикосновение крепкой руки палача.
Перед глазами Джесси снова пронеслись жестокие образы из прошлого, и в висках ее застучало. Она уже была чрезвычайно взволнована, оттого что не пришел Грегор, теперь же душевных сил, кажется, не оставалось и вовсе.
Кормак не ослаблял хватки и снова оглядел ее с ног до головы.
— Кто она?
— Грязная шлюха, но и это еще не все. — Форбс презрительно усмехнулся, но Джесси чувствовала, что ему нравится эта игра, и это отнюдь не внушало ей оптимизма. — Ее обвинили в колдовстве. Она была в тюрьме и уже ожидала палача, но каким-то образом ей удалось бежать.
— Колдовство? — Кормак вдруг отпустил ее и отошел к своему хозяину, с которым, по-видимому, был в неплохих отношениях.
Джесси пыталась ускользнуть и уже нащупывала стену у себя за спиной. Она снова бросила взгляд на дверь в кухню, но Кормак преградил ей путь. То, что мужчин было двое, значительно усложняло дело. Она могла воспользоваться заклинанием, но что, если они узнают, что она работает на Грегора? Она не хотела, чтобы ее магия и на него отбросила свою губительную тень.
