class="p1">— Злая собака, — сказал парень и сразу виновато улыбнулся. — Извини. Но я правда так считал раньше. И, в целом, даже прямо как-то сказал. Мне стыдно. Честно… А потом в том лесу… Когда мы ехали в машине… Я понял, что это не так. Что ты только ведёшь себя так. Потому что никому не доверяешь. На самом деле ты… Не такая. Но почему-то никому не показываешь этого.
— Не было возможности показывать… «это». По крайней мере, людям, — добавила Эми, вспомнив, как она заботилась о Ральфе, и напряглась всем телом. — Ну и пыталась защищать мать от отца… Но в итоге она всё равно… — Эми начала вспоминать своё детство. Как она начала ходить в школу, и её отец спился, а мать одна на учительскую зарплату пыталась всех содержать. — Мама пыталась заставить снова пойти отца работать, но он только ругался с ней… Вернее… иногда он бил её… Довольно часто… Поэтому мама пахала на двух работах. Дома её почти не бывало. А отец… С ним оставаться вдвоём мне было всегда страшно. У него какие-то проблемы были с нервами, лечился он… Я просила учителей разрешить мне оставаться после уроков. Говорила, что у нас шумные соседи, и они мешали мне делать домашнее задание. А потом ходила к озеру и проводило время там, чтоб не возвращаться домой.
— Почему вы просто не ушли от него?
— Потому что дом был его. А денег на проживание в другом месте нам бы не хватало, поэтому приходилось оставаться там. Некуда нам было идти… Я пыталась её защищать… Маму… Но потом… — Эми сделала паузу, глубоко вздохнув и закрыв глаза. — Почти неделю меня не было дома. И в тот самый день, когда весь этот конец света начался, мне позвонила мама. Голос был такой… испуганный. Я вернулась. Услышала, как отец опять кричит на мать. Потом… странный всхлип… Зашла в комнату, но мать была уже мертва… Он её зарезал… Не знаю, как это произошло… Обычно дальше побоев не заходило, но тогда у него окончательно поехала крыша. Может, перестал пить таблетки или ещё что… Всё равно уже этого не узнаю… А после этого… Сломанное ребро, вывих колена, рассечённые бровь и верхняя губа, сломанный палец и… — Эми поднесла руку к лицу и два раза лёгким движением руки коснулась своего носа.
На последней фразе Люк почувствовал, будто его облили ледяной водой. Сначала он не понимал, думал, что она говорит о своём отце, о том, как она отомстила ему. Но она говорила не о его травмах. Теперь он знал, почему у неё был такой нос. Только он. И никто больше. Но узнав причину, ему стало довольно не по себе. Он, конечно, догадывался, что было какое-то объяснение тому, почему она была такой озлобленной. И всё время, как и Харланд, полагал, что она выросла в детдоме, поэтому не умела общаться с людьми. Но это оказалось защитной реакцией после такого насилия. Ему стало невероятно жаль девушку. Он почувствовал свою вину за все оскорбления, сказанные в её адрес. И даже пожалел, что начал ей задавать личные вопросы.
— Да, здорово было проваляться весь день в луже крови, — Эми нездорово усмехнулась, качнув головой, а глаза сверкнули. — Ни пошевелиться, ни вздохнуть. Просто — парализованный мешок костей, — ей хотелось рыдать, но она тихо смеялась. — «Папаша был алкоголиком», да. Тут Харланд угадал. И дурь из меня не выбили. Только вбили походу… «Били, били — не разбили». Прямо как в той сказке.
Эми снова замолчала, но Люк ничего не говорил. Он понимал, что должен дать ей выговориться. Она изменилась в лице — снова вернулась к поникшему виду.
— В тот момент я слышала, как на улице кричат люди. Как их заживо разрывают на куски. Поняла, что теперь могла безнаказанно его убить. Начала его выслеживать. Потом оправилась и начала заниматься каждый день по несколько часов. Через месяц я уже чувствовала, что готова разорвать его пополам голыми руками… И только после этого заглянула к нему в гости, — Люк заметил тень улыбки на лице девушки.
— И убила? — спросил он.
— Нет… не смогла. Я никогда не убивала людей. Ни одного своими руками.
— Своими?.. То есть, всё-таки убивала?
— Можно и так сказать. Но я считала, что они этого заслуживали.
— Кто?
— Это не важно.
— Важно. Кем они были?
— Убийцами. Я типа была бумерангом жизни.
— Не боишься, что и тебе так же что-то вернётся бумерангом?
— А скольких людей убил ты? — с обвинением спросила Эми, а Люк закусил губу изнутри. — Знаешь, у меня уже отняли всё, что можно было. Нечему мне возвращаться. Даже если бы я хотела, то не смогла бы вернуть им жизни. Так же, как и бессмысленно думать о тех бандитах, которых ты убил. Поздно пытаться что-то исправить… — в связи с мыслью о бандитах, из-за которых Люка теперь могли уволить, у Эми возник вопрос. — Мне стало интересно. Почему ты так цепляешься за эту свою должность? Тебе так важно быть «выше», чем остальные?
— Да, — кратко ответил Люк, а Эми была удивлена такой нескромностью. — Я всегда хотел иметь высокий статус в обществе. В школе был лучшим учеником. Потом смог поступить в университет за границей, и во время обучения мне предложили стажировку в компании, в которой я очень хотел работать. Поэтому мне пришлось совмещать и учёбу, и осваивание профессии. У меня очень много времени уходило на это. Его критически не хватало. Даже на сон. А из развлечений… Только вот так вот постоять перед окном ночью и посмотреть какое-то время на звёзды.
— Успокаивает, да? — спросила девушка.
— Да, — ответил Люк, заинтересованно посмотрев на Эми. Ему было приятно осознать, что его понимали. — В общем, я не мог видеться с друзьями… Да и не хотел. Моей целью была высокая должность. Которую я стремился получить. Это и стало… причиной смерти Майка… Он пришёл ко мне домой, чтобы высказать то, каким плохим другом я стал… Ну это если кратко… А я…. Сказал то, о чём жалею до сих пор… — на несколько секунд он замолчал, а Эми ждала. — Я сказал ему: «Если ты неудачник, которому ничего в этой жизни, кроме развлечений, не нужно, то это не значит, что и я таким должен быть». И он ушёл… ушёл из моей квартиры… Из моей жизни… И из своей собственной… Машина его сбила прямо у моего дома… Наверное, поэтому я не мог не пойти за тобой тогда. Я не хотел, чтобы из-за меня погиб
