слабо прижималась к парню, положив голову ему на плечо и не понимая, что происходит вокруг, но абсолютно доверяя Тимуру и чувствуя себя такой защищенной, какой не ощущала себя ни во время легких побед на турнирах, ни в окружении королевского войска.
Парень положил девушку на ее кровать и сел рядом, держа ее бледную тонкую руку в своих крепких и слегка огрубевших от тренировок руках.
– Тим, что происходит? – все еще тихо, но уже без дрожи в голосе спросила Элла.
– Все хорошо. Все очень хорошо, любимая.
Тут же в комнату ворвались друзья, подлетевшие к кровати.
– Это невозможно, – проговорил Артур.
Все были поражены увиденным. Тут же Лин вернулся к двери и закрыл ее, дав понять слугам, что им не следует лезть не в свое дело.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила Мерьем, присев с другой стороны кровати.
– Плохо… – еле проговаривала Элла.
– Все хорошо, это пройдет, – сказала Розэ.
– Что ты сделала? – спросил у сестры Лин.
– Не знаю, я почувствовала, просто резко почувствовала, что она жива. Я не могу объяснить…
Вдруг в комнату ворвался король, а за ним королева, узнавшие о случившемся. Мерьем уступила место им и отошла в сторону.
– Доченька, какое счастье… – плача, говорила мать.
– Как она? – спросил король у Тима.
– Очень слаба, – ответил парень.
– Милая, тебе сейчас принесут поесть, – произнес король. – Тебе нужно набираться сил.
Элла молча с радостью в глазах смотрела на родителей и держала руку Тимура, чувствуя себя самым счастливым человеком в мире.
– Мы наверно пойдем? – тихо сказал Артур, обращаясь к Мерьем, Розэ и Лину.
В дверях студенты встретились со слугами, которые несли рацион на неделю для принцессы. Они расположили блюда на столике и ушли.
– Милая, мы так гордимся тобой, – сказала мать, не в силах отпустить руку дочери. – Тебе нужно еще что-то?
– Снимите туфли с меня, пожалуйста, – кое-как выговаривая слова, попросила принцесса. – Где я была сейчас?
– Это долгая история, как-нибудь потом, – ответил отец. – Ты дома. Все хорошо.
Тим заметил, что его друзья покинули комнату и подумал, что ему возможно тоже стоило оставить семью, но принцесса словно бы прочитала его мысли и слабо сжала его руку, показав, что хочет, чтобы он остался. Парень был бесконечно рад этому и с широкой улыбкой посмотрел на Эллу, в эти блестящие голубые глаза, которых ему так не хватало.
Парню казалось, что он сошел с ума или умер, но он был так рад, что посчитал за счастье оставаться в этом состоянии. Что угодно было лучше, чем его настоящее несколько минут назад.
– Ты должна поесть, – вдруг сказала мать и взяла со столика тарелку с каким-то изысканным блюдом, название которого Тимур бы никогда не запомнил.
– Чуть позже, – ответила Элла. – Я очень устала и хочу спать.
– Хорошо, – ответили родители и покинули комнату.
Король озорно взглянул на Тима перед тем, как выйти из комнаты.
– Пожалуйста, расскажи мне все, – произнесла Элла.
– Ты должна поспать, – ответил парень.
– Я просто выгнала родителей. Прошу.
– Только пообещай, что постараешься заснуть под мой голос. Хорошо?
– Хорошо.
Тим медленно и спокойно рассказывал любимой о том, сколько времени прошло, о ее победе и о многом другом. Элле после всего, через что ей приходилось проходить всю жизнь, было так легко на душе. Наконец-то ей больше не нужно было думать о смерти. Она просто смотрела на лицо любимого и чувствовала, что нет ничего важнее, чем быть счастливой в этот самый момент с этим самым человеком.
Король решил заглянуть в комнату дочери через пару часов, чтобы проведать ее. На большой королевской кровати спала Элла, положив голову на грудь Тимура, обнимавшего ее правой рукой и заснувшего рядом. Отец улыбнулся и подумал о том, как был неправ, оскорбляя этого достойного парня.
Пиджак был оставлен в стороне, а манжеты рубашки воина были расстегнуты. Левая мускулистая рука лежала на подушке ладонью вверх, а предплечье было оголено. В глаза королю вдруг бросились родинки на руке Тима. Это было созвездие дракона, которое он тут же узнал. Крепкий высокий мужчина чуть не рухнул на пол, вспомнив страшную тайну, о которой он не желал думать, но все же сумел устоять на ногах, не нарушая тишины. Королю показалось, что прошлое, стыд за которое никогда не покидал и не покинет его, крепко ударило поддых. Все мощное тело мужчины затряслось от ужаса нахлынувших воспоминаний, давно переставших мучить его по ночам и снова возродившихся в его жизни как жестокая кара за предательство. Он закрыл лицо руками, перевел дыхание, а после поспешил прочь из комнаты дочери.
Глава 33. Счастье мое – быть с тобой вдвоем
Проснувшись от палящего из окна солнца, Элла открыла глаза и улыбнулась. Первым, кого она увидела, был Тим, который все еще сладко спал рядом. Элла тихонько засмеялась: так она была счастлива в этот момент. Полежав еще пару минут в теплых объятиях любимого, она встала и тихо вышла из комнаты.
– Пожалуйста, скажите королевскому библиотекарю, чтобы он нашел книги об исцеляющей магии, а после принесите мне их в комнату. Только не стучите, просто молча войдите и занесите их, – приказала она одному из слуг, дежуривших в коридоре, а после вернулась в комнату.
Девушка села за стол и в ожидании книг решила прочитать кучу сообщений, которые ей настрочила Мерьем, и ответить на парочку из них. Вскоре пришел слуга с несколькими книгами, которые Элла стала подробно изучать, пытаясь найти ответ на то, почему она жива и как это можно соотнести с Розэ, не в первый раз придавшей ей сил.
Проснувшись, Тимур испугался, поняв, что Эллы нет рядом, он на секунду подумал, что все это был лишь прекрасный сон, а теперь его ждет жестокая реальность, но, подняв голову, увидел ее, сидящей за столом с горой книжек, и снова ощутил счастье, теплой волной прошедшее по всему мускулистому телу.
– Мне не нравится традиция, когда я просыпаюсь, а ты уже вся в учебе, – произнес он, приняв сидячую позу на кровати.
– Я начала исправляться: в этот раз не ушла в библиотеку, – с улыбкой на лице ответила Элла, а потом встала из-за стола и запрыгнула на кровать.
– Да, меня это однозначно радует.
Элла дотянулась до прикроватной тумбочки и нажала на кнопку с боку. Тут же в комнату вошел слуга.
– Принесите нам, пожалуйста, завтрак, – произнесла она, после чего кивнула, и слуга вышел. – Я жутко голодна.
– Как ты себя чувствуешь? – заправляя за ухо прядь выбившихся светлых волос, спросил Тим.
– До моего прекрасного состояния в начале учебного года далеко, но мне гораздо лучше.
– Тогда зачем села за учебу?
– Это не учеба. Я просто пытаюсь понять, как возможно то, что я жива.
После этих слов с лица Тимура сошла улыбка. Он боялся даже думать о смерти. Внутри его тревожила мысль о том, что Элла, зная о неминуемой гибели,
