тоже тебя люблю.
Я закрываю глаза и впитываю ее слова.
Потом снова открываю, потому что она заявляет:
– Я, кстати, соврала.
– Соврала? – На полсекунды сердце готово выскочить у меня из груди, но потом она поясняет:
– Я соврала о том, что сказала Джону.
Брови у меня лезут на лоб, я наконец выхожу из нее и устраиваюсь рядом на диване.
– Ты не сказала ему, что должна дать мне шанс ради ребенка?
В ожидании ответа я беру с журнального столика несколько салфеток и нежно вытираю ее.
– Нет, – качает головой Скайлар. – Я сказала ему, что люблю тебя.
Мое лицо расплывается в улыбке. Я хочу дать кому-нибудь «пять» или ударить кулаком о кулак.
– Я уже давно тебя люблю, знаешь ли, – говорит она. – Я любила тебя еще до того, как Эрин умерла.
Скайлар садится и прикрывается одеялом.
– Прости, что заставила тебя помучиться, Гриффин. Думаю, я просто чувствовала себя виноватой из-за того, что влюбилась в мужа своей лучшей подруги. Мне было страшно. Страшно, что мы ее предаем. Страшно, что я все испорчу.
Я дотрагиваюсь до ее медальона и верчу его в пальцах.
– Мне тоже было страшно.
Я открываю медальон, разворачиваю бумажку, и мы читаем, что на ней написано.
– Но я больше не боюсь.
– Я тоже, – говорит она, аккуратно складывая бумажку и кладя ее обратно в медальон.
Я поднимаю с пола одежду и помогаю ей одеться, потом беру ее за руку и веду наверх.
– Как ты считаешь, еще рано предлагать тебе жить вместе?
Она хихикает и тянет меня за собой в главную спальню, где я засыпаю, обняв ее сзади и положив руку на ее безупречный живот.
Глава 32
За окном все еще стоит кромешная темень, когда Скайлар толкает меня локтем в бок. Я протираю глаза, пытаясь проснуться, а она произносит:
– Ты мне нужен.
Я мгновенно оживаю. Я обнимаю ее и усмехаюсь ей в волосы:
– Какая ненасытная женщина!
Через секунду мне в лицо прилетает подушка. Со всей силы.
– Я не это имела в виду, животное!
Скайлар включает свет, и я прикрываю глаза рукой, пока они не привыкают к свету.
– Я думала, что у меня опять ложные схватки, но… в общем, либо я только что обмочила постель, либо у меня отошли воды.
Мной завладевает тревога, а весь кислород из легких улетучивается. В голове проносится миллион разных мыслей. Мы еще не готовы. Время еще не пришло. Мы не собрали сумку в больницу.
Черт побери, я буду отцом!
– Гриффин, мне страшно.
Дрожащими руками Скайлар тянется к телефону, лежащему на прикроватной тумбочке.
Прежде чем она набирает номер, я беру ее за руку. Я стараюсь выглядеть спокойным, хотя на самом деле схожу с ума от волнения.
– Все в порядке, Скай. Мы справимся. Ты справишься.
– Но все происходит слишком рано.
Я качаю головой.
– Нет. Ты почти на тридцать шестой неделе. На этом этапе рождаются миллионы здоровых детишек. – Я глажу ее по животу. – Эрон будет просто чудесным, вот увидишь.
Она пытается улыбнуться, потом звонит своему врачу.
Они обмениваются информацией о том, как долго длятся схватки. Потом Скай поворачивается ко мне.
– Осмотри постель. На простынях есть кровь?
Я сдергиваю одеяло и задерживаю дыхание, пока осматриваю ее сторону постели. Крови нет. Волна облегчения проходит сквозь меня, как цунами.
– Все чисто.
Она передает это врачу, и та, насколько я понимаю, велит нам ехать в больницу и ждать там акушерку. Когда Скайлар вешает трубку, она выглядит уже не такой бледной.
– Она сказала то же самое, что и ты. Скорее всего, Эрон будет в полном порядке.
Я выпрыгиваю из постели и натягиваю вчерашние джинсы и рубашку, которые валяются у кровати. Скайлар просит принести из ее шкафа сумку. Я хмурюсь, осознав, что она уже сделала все приготовления, но я в них не участвовал. Я клянусь больше ничего не пропускать. Никогда.
Скайлар пытается одеться, когда начинается очередная схватка. Она сует мне свой телефон.
– Засеки время! – кричит она.
К тому моменту, когда я наконец нашел в ее телефоне секундомер, схватка уже закончилась, и Скайлар злобно смотрит на меня.
Я пожимаю плечами.
– Я бы сказал, что схватка длилась около минуты.
– Может, тогда возьмешь свой телефон? – сухо говорит она сквозь сжатые зубы. – По крайней мере, запиши, сколько сейчас времени, чтобы мы знали, сколько минут проходит между схватками. С этим-то ты можешь справиться?
Я стараюсь не рассмеяться. Мне рассказывали об этом. Во время родов женщины становятся ужасно стервозными. Я покладисто произношу:
– Да, милая. Я запишу время, а потом вызову такси.
– Не говори им, что я рожаю. Я слышала, что тогда они не приезжают! – кричит она мне из спальни.
Я быстро кидаю пару вещей в спортивную сумку, не зная, когда смогу вернуться домой. За рекордное время я сбегаю вниз за фотоаппаратом. Я ни за что не упущу возможность снять это на пленку! Когда я возвращаюсь за Скайлар, она уже спускается по ступенькам с сумками в руках. Я взлетаю наверх, прыгая через две ступеньки.
– Скай, ты с ума сошла?! Какого черта ты сама тащишь вещи?
Задним числом я соображаю, что назвать рожающую женщину сумасшедшей было не самой лучшей идеей.
– Ну, если бы ты не копался так долго, то смог бы мне помочь. Что ты там вообще делал столько времени? Завтракал? Складывал постиранное белье?
Я беру сумки у нее из рук и веду ее к входной двери, не отвечая на ее дурацкие вопросы.
– Кому мне позвонить? Бэйлор? Твоей маме?
– Никому, – говорит она.
Она останавливается на месте и хватает меня за руку. Изо всех сил. Я достаю телефон и засекаю время. Потом запускаю секундомер.
Через минуту, когда она снова может говорить, она отвечает:
– Не хочу, чтобы по палате шлялись толпы людей, как это было у Бэйлор. К тому же это может занять много времени. Давай подождем и позвоним им, когда будет уже почти пора?
Я киваю:
– Отличная идея!
Такси появляется из-за угла, я велю Скайлар оставаться на месте, а сам спускаю вниз вещи. Таксист выходит из машины и кладет их в багажник, а я помогаю Скайлар спуститься по ступенькам и устроиться на заднем сиденье.
– В больницу «Маунт Синай».
Таксист смотрит на Скайлар, наводит взгляд на ее живот.
– Ох, блин! Серьезно? – Он качает головой, бормоча что-то о том, что ему вечно достаются беременные и что он убьет какого-то диспетчера по имени Бубба, как только до него доберется.
Несмотря на
