«великим» ИИ.
Гениальный русский изобретатель Игорь Сикорский еще в 1947 году в работе «Незримая борьба» предсказал современный трансгуманизм: «Под предлогом улучшения и перевоспитания человека начнется беспрецедентное вмешательство власти в домашние дела, семью, во все сферы людской жизни… Будут осуществляться различные псевдонаучные попытки отбора и выращивания людей как домашнего скота»[374]. Сикорский писал свою работу под впечатлением от всемирного социалистического проекта ООН, предложенного Рузвельтом и Сталиным. Тот проект мирового правительства не состоялся. Но удивительно, что после всех перипетий последних 75 лет – холодной войны, конвергенции, перестройки и американской гегемонии – человечество вновь приблизилось к предсказанному Сикорским евгеническому концлагерю.
Илон Маск (род. 1971)
© Phil Stafford / Shutterstock.com
«Отбор и выращивание людей как домашнего скота» началось. В августе 2020 года компанией «Нейралинк» Илона Маска была проведена успешная имплантация беспроводных компьютерных чипов в мозг трех свиней. По словам бизнесмена, чип размером с монету способен анализировать нервную систему животного. Маск заявил, что чипы «Нейралинк» будут использоваться в качестве интерфейса для управления беспилотными возможностями автомобилей «Тесла» – владелец сможет мысленно вызывать авторобот с парковки. С помощью имплантата можно будет также осуществлять управление в видеоиграх. Шваб писал об этом еще в 2016 году: «Имплантированные устройства, скорее всего, также помогут передавать мысли, обычно выражаемые вербально, через „встроенный” смартфон и потенциально невысказанные мысли и настроения путем считывания волн мозга и других сигналов»[375].
Момент, когда ИИ будет объявлен интернет-пропагандой умнее человека, адепты трансгуманизма назвали «точкой сингулярности». Этот день станет днем революции, осуществленной триллионными по стоимости транснациональными корпорациями Google и Facebook[376] против семьи, религии и государства. Не случайно, как откровенно заявляет Шваб, в архитектуру нового цифрового мира должно быть встроено подавление естественных привязанностей человека к семье, отечеству и нации, а также жесткое противодействие религии. Пророк «великой перезагрузки» пишет: «С введением локдауна усиливается наша привязанность к близким, мы больше ценим тех, кого любим – членов семьи и друзей. Но обратная сторона здесь в том, что это вызывает рост патриотических и национальных чувств, вместе с темными религиозными воззрениями и этническими предпочтениями. И это токсичное смешение выявляет в нас худшее в качестве социальной группы»[377].
Таким образом, массовая ликвидация «своего», отказ от идентичности человека – это второй, после сакрального ИИ, столп провозглашенной глобалистами «великой перезагрузки». Формально речь идет об ограничении собственнических инстинктов капитализма в неомарксистском духе (характерно, что ближайшей соратницей коммуниста-капиталиста Шваба выступает Линн де Ротшильд). Клаус Шваб провозглашает замену нынешнего shareholder capitalism (англ. «акционерный капитализм») на stakeholder capitalism (англ. «капитализм заинтересованных сторон»). Если в XX веке собственность и деньги принадлежали акционерам и инвесторам и опирались на право собственности, то в XXI веке должен наступить капитализм «стейкхолдеров» – рядовых участников производства, пайщиков, которым будут принадлежать равные доли в управлении производством и прибылях.
Эта ленинская по форме доктрина прямой дорогой ведет к социализму через государственный капитализм. Только роль номенклатуры КПСС будут играть системные администраторы Microsoft, Google и Facebook[378]. Новый мир «экономики участия» окажется миром всевластия ТНК, которые станут единственными, кто в полной мере сможет удовлетворять требованиям «стейкхолдерской» экономики. Власть ханаанского олигархата будет отныне рассматриваться как «менеджмент», тогда как остальные люди получат в новой экономической парадигме статус «равных» – равных на самом низком уровне, так как на большее не хватит мировых ресурсов.
Победа мировой олигархии ТНК над национальными государствами, частной собственностью и свободой личности окажется в этом случае абсолютной. «Добро пожаловать в 2030 год. В мой город – а точнее, в наш город. Мне не принадлежит ничего. У меня нет собственной машины. Нет своего дома. У меня даже нет своих технологических устройств и одежды. Вам все это может показаться странным, но это разумное решение для города», – гласила статья члена парламента Дании Иды Окен, опубликованная в 2016 году на сайте возглавляемого Швабом ВЭФ. Новому человеку был обещан мир без собственности и свободы передвижения – неэкологичные люди будут собраны в особых зонах для проживания, а остальной мир будет экологично предоставлен дикой природе. Людям предстоит избавиться от «неэкологичного» мяса и питаться мучными червями и прессованными насекомыми.
«Экология» и «изменение климата» стали третьим столпом конструирования нового мирового порядка. Целые отрасли, являвшиеся опорными на предыдущем этапе экономической истории, уже опорочены. Акции угольных и даже нефтяных компаний считаются «неприличными» и «токсичными» для инвесторов и кредиторов. Атомная энергетика после Чернобыля и Фукусимы полностью стигматизирована. Большинство разработок в сфере «альтернативной энергетики» оказываются откровенным шарлатанством, неспособным заменить ископаемое топливо.
Одним из важнейших принципов «великой перезагрузки» будет являться принцип «экологичности», то есть отказ от «грязных» секторов промышленности и от потребления продуктов, оставляющих более или менее значительный «углеродный след» (мясо, молочные продукты, хлопчатобумажные изделия). На наших глазах выстраиваются новые «экологические императивы», такие как лимитирование и регулирование потребления воды, газа, электричества, вплоть до появления нового вида преступления – «экоцида», во избежание которого запрещаются одни отрасли промышленности и поощряются другие.
Развернутая атака на ископаемую энергетику приведет в ближайшем будущем к глобальному энергодефициту, остановке научно-технического прогресса и деиндустриализации. Индустриализм как основа современных обществ с претензиями их среднего класса на достаток и самоуправление сменится «экологичным» цифровым тоталитаризмом. Мыслитель и ИТ-инвестор Питер Тиль еще в 2011 году в статье «Конец будущего» констатировал возникновение ловушки для научно-технического прогресса, связанной с энергодефицитом: «„Чистые технологии” стали своего рода эвфемизмом для „энергии слишком дорогой, чтобы ее себе можно было позволить”… Без прорыва в технологиях альтернативой нефти могут служить гораздо более дорогие источники – ветряная, солнечная энергия, биотопливо на различной основе… Нерешенные энергетические проблемы 1970-х… практически свели на нет все достижения прошлого века. В случае же с сельским хозяйством технологический „голод” может привести к реальному голоду в его буквальном смысле слова»[379].
Грета Тунберг во время выступления в ООН на саммите по изменению климата
© Jason DeCrow /AP Photo/East News
Четвертым столпом нового мирового порядка, после обожествленного ИИ, тоталитаризма ТНК и энергодифицита под флагом «экологичности», объявлена финансовая цифровизация. Шваб называет ее «монетарной перезагрузкой». Интенсивное введение цифровых денег стало мощнейшей пропагандистской кампанией рынков капитала 2010-х годов. В ходе этой кампании частные цифровые деньги, криптовалюты, были противопоставлены государственным «фиатным деньгам». В логике адептов криптовалют «фиатные деньги» не имеют стоимости, так как ФРС, а за ней и остальные печатные фабрики денег, могут напечатать их сколько угодно. В 2010-е годы, когда Великая рецессия была залита десятью триллионами новых долларов, недоверие к «фиатным деньгам» стало совершенно оправданным. В этом смысле «биткоин» и другие криптовалюты, эмиссия которых лимитирована имеющимися вычислительными мощностями, выглядят более стабильной инвестицией. Показательно, что за созданием самой популярной криптовалюты «биткоина» стоят АНБ и ЦРУ. Как мы уже писали, эти спецслужбы давно работают не на правительство США, а
