Но все-таки Лунзи сомневалась, что столь незаурядное событие останется без последствий. Она стала внимательнее просматривать последние данные по составу планирующихся экспедиций. Несомненно, она сможет занять должность медика в одной из них. Даже если ей придется ради этого расстаться со своим идентификатором разведки.
Глава 12
– Это Амброзия! – было первое, что она услышала вместо приветствия, появившись в кают-компании на следующее утро. В ужасе она отскочила к двери. – Это Амброзия! – доносились со всех сторон радостные возгласы. – Это самая настоящая Амброзия!
Лунзи была ошеломлена, услышав опасное слово, повторяемое многоголосым хором, к которому присоединялся каждый, кто входил в зал.
– Что такое Амброзия? – спросила она у Нафти, одного из ученых. Тот схватил её за руки и в порыве восторга закружил в танце по залу, успокаивая её своей радостью задолго до того, как она услышала объяснение.
– Амброзия – совершенно новая, идеально подходящая для людей планета, – сообщил ей Нафти. Его некрасивое лицо светилось восторгом. – Оттуда прибывает разведкоманда ИОК. До нас дошла весть о самом чудесном открытии за последние десятилетия. Команда дала ей имя Амброзия. Хотите верьте, хотите нет, это планета класса «З», соотношение азота и кислорода в атмосфере – три к одному, а гравитация составляет девяносто шесть процентов от Земной.
Все желали узнать побольше подробностей, но капитан команды ИОК предусмотрительно не торопился делать какие-либо официальные заявления до тех пор, пока исследователи «АРКТ-10» не подтвердят полученные данные.
Слухи распространялись самые невероятные, но практически все расчеты подтверждали, что по своим параметрам Амброзия настолько близка к Земле, что с ней не может сравниться ни одна планета, доселе открытая ИОК.
Лунзи не знала, как относиться к этой новости. Она испытывала облегчение, что «Амброзия» теперь – общее достояние, но вместе с тем пребывала в некотором замешательстве. Слово, которое чуть было не стоило ей жизни и столь радикально изменило её планы, с новой планетой не имело ничего общего. Это всего лишь нелепое совпадение. Но это запросто могло означать, что новая планета – потенциальная мишень для пиратов, занимающихся захватом планет. Хотя как пираты рискнули бы посягнуть на планету, о которой известно тысячам душ на борту «АРКТ-10», под самым носом у ФОП, прибегни они даже к самым грубым методам, тем более что в прошлом такие прецеденты были и все держали ухо востро.
Между тем прибытие команды ИОК оказалось для Лунзи более чем просто хорошей новостью. Команду возглавлял Зебара. Найти его будет много проще, чем тека по имени Тор. Она попросила одного из связистов внести её имя в список желающих побеседовать с капитаном Зебарой, когда тот вернется.
Кратчайшей беседы с глазу на глаз хватит, чтобы сдержать данное Орлигу слово.
Но осуществиться этому плану было не суждено, как и всему, что она планировала в последнее время. Когда капитан Зебара появился на борту «АРКТ-10», толпа желающих первыми узнать подробности про Амброзию буквально не давала ему прохода. Лунзи слышала, что ему не осталось ничего другого, как запереться на некоторое время в офицерской кают-компании, чтобы оградить себя от нетерпеливой публики. Чуть позже старший помощник командира сделал заявление, что Зебара выступит перед всеми кислорододышашими обитателями корабля в кают-компании. Выступление будут транслировать по системе внутреннего теле-и радиовещания, поэтому каждый желающий сможет услышать привезенные Зебарой вести.
Ожидая появления Зебары, Лунзи и Коу стояли среди булькавшей от нетерпения публики, набившейся в кают-компанию. Когда капитан вошел, по залу прокатилось легкое волнение. Приподнявшись на цыпочки, Лунзи увидела мужчину с пушистыми светлыми волосами. Мгновение спустя до неё дошло, что он на добрый фут выше большей части окружающей его толпы.
– Да он «тяжеловес», – скептически заметила она.
– Зебара – мировой парень, – отозвался Грабон, уловив в голосе Лунзи враждебность. – Он другой. Дружелюбный. Не то что прочие «тяжеловесы», которые только и ждут повода для ссоры.
– И он, кстати, не с Дипло, – добавил Коу. – Он вырос на одной из планет с повышенной гравитацией, но относительно нормальным климатом. В жизни не подумал бы, что природные условия оказывают столь сильное влияние на людей, но он ничего общего не имеет с «тяжами» с Дипло.
Лунзи не стала высказывать свои сомнения; тем не менее Коу заметил скепсис на её лице.
– Да ладно, Лунзи, он классный мужик. Попозже я вас познакомлю, – предложил он. – Мы с Зебарой старые приятели.
– С удовольствием, Коу, – вежливо ответила Лунзи. Круг друзей Зебары, должно быть, чрезвычайно широк и разнообразен, если в их число попали как Коу, так и Орлиг.
– Тише, сейчас он будет говорить!
Среди «тяжеловесов», которых отличали грубые черты лица, Зебара являл собой приятное исключение. У него было тонкое лицо, горбатый нос с высокой переносицей, напоминающий клюв, и острые голубые глаза.
Зебара приготовился к детальному изложению весьма обнадеживающих новостей. Лицо его озарила улыбка. Слушатели затаили дыхание. Он казался спокоен, но Лунзи чувствовала, что хладнокровие его показное. Точно так же, как и его слушатели, капитан разведчиков не остался равнодушен к собственной находке.
Он оказался хорошим оратором.
– Амброзия! Нектар богов! Воздух, который хочется вдыхать и вдыхать.
Воздух, не имеющий запаха, живительный и легкий для ваших легких. Планета занимает четвертую позицию в системе солнца класса «М». Голубое небо простирается над шестью небольшими материками, которым принадлежит лишь третья часть поверхности. Остальное – вода! Есть пресная вода. Оксид водорода! – Зебара извлек из сумки колбу и поднял её над головами собравшихся. Раздались аплодисменты. – Разумеется, имеются следы примесей химических элементов, – добавил он. – Но радует полное отсутствие токсичных компонентов как в минеральном составе, так и в океанической флоре. Свободных цианидов не обнаружено.
Два маленьких спутника располагаются на значительном расстоянии и ещё один – большой – вблизи, так что приливы там очень эффектны. Местами продолжается вулканическая деятельность, но это делает планету ещё более интересной. Природных разумных жизнеформ на Амброзии нет.
– Вы уверены? – выкрикнул из толпы один из мужчин-»тяжеловесов».
Проверка на «разумность» являлась заключительным этапом в исследовании планеты. ИОК запрещал колонизацию тех из них, на которых уже обитали развивающиеся, пусть даже полуразумные виды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
