Подходы к пониманию природы психологического возраста только намечаются. В частности, в исследовании A.A. Кроника и Е.И. Головахи выделяются такие особенности психологического возраста, как его обратимость и многомерность. Личность в ходе своего развития не только стареет, но некоторые жизненные события могут вернуть ей молодость, и не в образном, а в подлинном психологическом смысле этого слова. Многомерность же психологического возраста проявляется в том, что в разных сферах деятельности личность взрослеет неравномерно. В одной сфере деятельности она воспринимает себя как зрелого мужа, а в другой – страдает от сознания собственного инфантилизма.
Следует подчеркнуть, что природу психологического возраста нельзя раскрыть, минуя представление о «временной перспективе» ( К. Левин ) и ее значении в жизни личности. Б.В. Зейгарник и Б.Н. Ничипоров на жизненном и клиническом материале показали, что психологический возраст личности зависит от направленности мотивации на прошлое (« ретроспективная направленность мотивации ») или на будущее (« проспективная направленность мотивации »). Так, ребенок в двенадцать лет может быть маленьким стариком. Именно к таким детям относится грустное высказывание Л.С. Выготского о том, что будущее вундеркинда в его прошлом. И в то же время человек семидесяти или восьмидесяти лет овладевает своим возрастом, если он полон помыслов о завтрашнем дне, если его мотивация устремлена в будущее. К таким людям по праву может быть причислена классик мировой психологии Б.В. Зейгарник.
Что же касается вопроса о психологической зрелости личности , то он не может решаться в отрыве от изучения конкретно-исторической фазы развития общества и той культуры, в которых происходит становление человека. Это та область исследований, где исторической психологии и этнопсихологии еще предстоит сказать свое слово. Наряду с поиском конкретно-исторических характеристик зрелости появляются исследования, в которых ставится вопрос о собственно психологических критериях зрелости личности. П.Я. Гальперин отмечает, что личностью может считаться лишь общественно ответственный субъект, то есть в качестве критерия зрелости выделяется ответственность личности за свои поступки. В связи с этим особенно важно, что в процессе жизненного пути развитие ответственности формируется в направлении от « объективной ответственности » к « субъективной ответственности ». Подобное развитие ответственности индивидуальности личности описано в цикле исследований Ж. Пиаже, посвященных изучению морального развития личности ребенка.
Признаки двух стадий морального развития
[140]
Б.С. Братусь пытается подойти к критерию вычленения зрелости через изучение тактики целеполагания и видит критерий зрелости личности в искусстве разводить идеальные и реальные цели, к которым стремится человек. Еще одним возможным критерием зрелости является осуществление личностью свободного личностного выбора. Какие бы критерии зрелости личности ни брались, во всех проступает мысль о действующей личности, ставящей новые задачи, о личности, стремящейся к различным целям и мотивам личности, – словом, о личности как субъекте противоречивого процесса ее жизненного пути.
Периодизация психического развития
Любые представления о движущих силах развития личности должны быть проверены на оселке проблемы периодизаций психического развития.
В настоящее время одна из самых разработанных периодизаций психического развития в детском возрасте принадлежит Д.Б. Эльконину. Опираясь на идеи Л.С. Выготского и А.Н. Леонтьева о зависимости развития психики от ведущего типа деятельности, ведущего отношения ребенка к действительности, Д.Б. Эльконин предлагает схему периодизации, отличную от индивидных периодизаций А. Гезелла, эпигенетической концепции периодизации Э. Эриксона, периодизации духовного развития личности Э. Шпрангера и периодизации интеллектуального развития ребенка Ж. Пиаже.
Двигателем развития личности в контексте этой концепции периодизации является возникновение несоответствия, противоречия между операционально-техническими возможностями ребенка и развитием его мотивационно-потребностной сферы. Эти несоответствия лежат в основе переходов от деятельности непосредственно эмоционального общения к предметно-манипулятивной деятельности, от ролевой игры к учебной деятельности, от интимно-личностного общения к учебно-профессиональной деятельности. Предложенная схема, как и любое другое схематическое изображение процесса психического развития, нуждается в дальнейшей конкретизации, в частности в уточнении специфики новообразований личности и условий их порождения на разных фазах развития. Схема периодизации Д.Б. Эльконина в отличие от схемы периодизации развития личности в социальных группах А.В. Петровского описывает психическое развитие, а не развитие личности.
Среди направлений разработки этой схемы в первую очередь хочется указать исследования, направленные на изучение особой роли общения в развитии и формировании личности человека ( Л.И. Божович, A.B. Запорожец, М.И. Лисина ). Так, М.И. Лисина, подчеркивая необходимость изучения форм общения, специфичных для ведущей деятельности в каждом возрастном периоде, развивает мысль об общении как своего рода « сквозном » механизме смены ведущей деятельности у детей. Она пишет: «Анализ общения ребенка с окружающими людьми не только обогащает психологическую характеристику каждого возрастного периода. Принимая во внимание общение, можно также приблизиться к пониманию механизмов смены ведущих деятельностей. Дело в том, что, общаясь по ходу деятельности со старшими детьми и особенно со взрослыми, ребенок действует на уровне, превышающем его обычную норму. Точнее говоря, он оказывается в пределах “зоны ближайшего развития”, где сотрудничество с превосходящими его по опыту и знаниям партнерами помогает ему реализовать свои потенциальные возможности. Следовательно, именно в ходе общения ребенок совершает первые вылазки в новые области, благодаря общению подготавливается смена предыдущей деятельности последующей, более высокой по своему развитию» [141] .
Изучение роли общения в онтогенезе является важной, но не единственной линией разработки представлений о периодизации развития личности ребенка.
Еще одно направление исследований личности в онтогенезе можно было бы условно обозначить как анализ изменений тех или иных новообразований личности «по вертикали», к которому относятся, например, исследования развития формирования у ребенка независимости, морального поведения, механизмов этической регуляции поведения, самосознания и т. п. ( A.B. Запорожец, Я.З. Неверович, С.Н. Карпова, Е.В. Субботский, С. Г. Якобсон и др.). Так, для того чтобы проследить развитие самосознания личности, недостаточно ограничиться указанием, что оно наиболее интенсивно порождается в интимно-личностном общении как ведущем типе деятельности юношеского возраста, а необходимо выявить общие «сквозные» закономерности его генезиса.
Логика исследования тех или иных новообразований личности «по вертикали» требует изучения динамики развития личности в течение всего ее жизненного пути. Однако в большинстве случаев изучение развития личности ограничивается анализом онтогенеза личности ребенка. В связи с этим периодизация развития личности в зрелом возрасте остается «белым пятном» в отечественной психологии ( Б.Г. Ананьев ). Лишь в последнее время в отечественной психологии начали появляться попытки создания периодизации зрелой личности. В частности, Б.С. Братусем высказывается предположение, что описанный Д.Б. Элькониным механизм расхождения между операционально-технической и мотивационной сторонами деятельности не является прерогативой детского развития, а приложим и к процессу развития взрослой личности. Гипотеза о кризисах зрелой личности носит пока предварительный характер, и ее значение прежде всего состоит в том, что она направляет внимание психологов на выявление механизмов развития личности в зрелом возрасте.
И наконец, еще одно до сих пор остающееся в тени направление разработки представлений о периодизации развития личности связано с изучением зависимости выбора той или иной деятельности от социальной позиции личности, ее места в системе общественных отношений. Только заняв социальную позицию, человек становится членом общества. Поэтому без преувеличения можно сказать, что социальная позиция, представляющая собой зону перекреста между нормосообразной деятельностью личности как члена данной группы, и есть та дверь, через которую человек входит в систему общественных отношений и начинает свое движение в социальной конкретно-исторической действительности. Первоначально в деятельностном подходе к изучению психики ребенка отмечалось, что начало начал в развитии личности ребенка – его место в системе общественных отношений, которое и детерминирует ту или иную ведущую деятельность, а тем самым и порождаемые в процессе этой деятельности новообразования личности.
