более осмысленным, а движения — четкими и продуманными.
Чем дольше он наблюдал за Люси, тем чаще стал замечать некую странность: в какие-то моменты он начинал видеть окружение с ее ракурса. Очевидно, что она тоже заметила это, так как остановилась и обернувшись, пристально взглянула на Л.
— Я подумала, что создала двойника, — изумленно проговорила она. — Потому что стала видеть себя. Но я вижу все так, как это видишь ты! Немыслимо…
Л осмотрел кухню, обводя взглядом каждый предмет. Словно боковым зрением он мог видеть самого себя через глаза Люси.
— С ума сойти… — восхищалась Люси. — Я вижу все, на что ты смотришь… И все предметы, все, что тебя окружает, кажется тебе таким новым, таким непривычным, но в то же время…
— Да, похожим на мой дом.
Л уперся подбородком в сложенные ладони.
— Возможно, мы теперь сможем общаться и так, — предположил он. — Потоками образов и мыслей. Теперь твое сознание объединилось с моим.
Люси с изумлением качала головой.
Некоторое время они молча поглощали завтрак, и Л казалось, что он никогда не ел ничего вкуснее этой пищи.
Наконец, откинувшись на спинку стула и сделав глоток кофе, Л задал вопрос, обратив на Люси взгляд:
— Выходит, ты не внушала Эрратикусу мысль об отмене EDP тогда?
Та поставила чашку и сложила руки на столе.
— Нет, — ответила она. — В тот момент я еще не знала, что могу менять мысли других людей. Я лишь хотела, чтобы он как-то увидел то, что вижу я. То, что может произойти, если он запустит бомбу. И, судя по всему, он увидел эти мысли…
— Я уверен, что он и не думал запускать EDP, Люси, — возразил Л. — Как в случае с Норрингтоном и подрывом Сода. Он заранее провернул все так, чтобы старт не состоялся. Этот запуск был частью их какого-то глобального плана, который полностью или частично относится к нам.
— Быть может, они действительно пытались навести тебя на постройку и полет в Эофосе? — предположила Люси. — Чтобы увидеть, как будет протекать первое в истории путешествие к другой планете?
— Может и так. — Л задумчиво уставился в окно. — Но я также уверен в том, что они присутствуют и здесь, на Земле. Иначе как они смогли переместить тебя на Мету?
Он покачал головой.
— Зачем тогда им наблюдать наш полет, если они сами знают способ мгновенного перемещения между двумя солнечными системами? — проговорил Л. — Нет, им по какой-то причине нужны были только мы с тобой.
— Проверить нас? — подняла брови Люси. — Испытать?
Л кивнул.
— Но два вопроса остаются открытыми, — произнес он. — Зачем они это делали и кто они. — Он взглянул на нее. — Ты точно не помнишь никого, кто мог бы следить за тобой здесь?
— Нет, — покачала головой Люси. — Но мне кажется, что я могу что-то упускать.
— Перед тем как исчезнуть на Мете, ты говорила что-то про человека. Ты помнишь это? Ты помнишь, кто там находился?
Люси нахмурилась.
— Да, я вижу это в твоих воспоминаниях, — начала она, — но сама я не могу этого вспомнить. Может, это связано с тем, что мне стерли память, и я помню не все детали?
— Скорее всего… — протянул Л, побарабанив пальцами по столу. — Итак, сейчас мы знаем, что Норрингтон и Эрратикус связаны друг с другом. Знаем, что есть еще несколько людей, которые умеют то же, что и мы, и даже больше…
— Если Эрратикус обладает теми же способностями, он действительно мог спасти нас во время землетрясения…
— Но по какой причине он нас спасал, опять же, остается загадкой. Также неизвестно, каким образом ты покинула Мету. Рядом с тобой стоял только твой отец, и ты исчезла таким же образом, что и он, — словно вы телепортировались.
— После Центра управления я просто очнулась в собственной кровати, — вздохнула Люси. — Видимо, они хотели преподнести все так, будто мне это приснилось… И я действительно часто полагала, что все это было сном…
Повисла пауза.
— Мне очень жаль, — наконец проговорила Люси, — что твои отец и мать оказались тебе не родными.
— Это лишний раз доказывает, что я, скорее, принадлежу к прослойке тех людей. Однако я счастлив, что именно мои родители, — а не те агенты — воспитали меня, подняли на ноги и дали возможность выучиться.
— Это верно. — Лицо Люси помрачнело.
— А твои родители? — спросил Л. — Ты уверена, что ты их дочь?
— Но как может быть иначе?
— Извини, но… Я просто пытаюсь связать все это воедино.
— Все в порядке. Мне, напротив, всегда казалось, что я не такая как они… — Она скривила губы. — Но я похожа внешне на отца, мать и их родителей. И мне кажется, они не поймут меня, если я спрошу об этом. Мне стало сложно с ними общаться. Мы совсем перестали понимать друг друга.
— Особенно после того убийства? — решился спросить Л.
Люси кивнула.
— Это очень странная история, — продолжил он. — Тебе не кажется, что этим стариком мог быть один из них? Мистер Бакстер описывал его внезапное исчезновение… Может, это был Эрратикус?
— Эрратикус? — подняла брови Люси. — Зачем ему преследовать моего отца?
— По той же причине, по какой они переместили его и тебя на Мету и посадили в тюрьму. Ему также что-то нужно от твоего отца.
— Мой отец не верит во все это, — покачала головой Люси. — В сверхспособности и другие планеты… Какая у него может быть связь с Эрратикусом? Он сильно изменился после того, как его нашли… И я уже начинаю сомневаться, что это убийство было подстроено. Возможно, он просто начал сходить с ума… — Она вздохнула. — Но, в любом случае, это уже в прошлом.
— Прошлое никуда не денется от нас, — задумчиво произнес Л. — Как и будущее.
— Будущее? — нахмурилась Люси.
— Видения. Воспоминания о будущем.
— Я так и не поняла, почему нам в принципе могут приходить эти видения.
— Я думаю, мы, пока неосознанно, начинаем искривлять время, как и пространство при перемещении, и поэтому нам приходят как воспоминания о прошлом, так и о будущем… — Л скрестил руки на груди. — Возможно, когда-нибудь мы сможем увидеть будущее намеренно…
— Я думала об этом, но… Зачем? Зачем нам знать всю свою жизнь? Будем ли мы счастливы, живя с этим знанием? — Люси облизала губы. — Я уже видела нечто, чего я совершенно не желаю пережить.
— Я думаю, Люси, как бы это ни было ужасно, но эти видения — часть нашей жизни, как и остальные умения. Нам остается обуздать эту способность и понять, как пользоваться ей.
Люси покачала головой.
— Меня беспокоят эти видения. Беспокоит то, что огонь никуда
