горят в сердцах смертных. Её присутствие ощущалось в каждом порыве любви, в каждом безумном поступке, вызванном страстью. Лианна не имела храмов в традиционном смысле — её культ процветал там, где рождались мечты и сокровенные желания. Её последователи верили, что она шепчет на ухо тем, кто ищет неведомого, и зажигает в душах людей огонь, который может как согреть, так и испепелить.
С течением времени, каждый из Богов создал свою уникальную сферу влияния и стал символом определённого аспекта жизни. Великие цивилизации расцветали под их влиянием, и народы находили в них вдохновение и страх. Войны велись во имя их имен, и империи рушились под их взглядами.
Но наступила Великая Война, когда Боги перестали скрываться за спинами своих последователей и столкнулись лицом к лицу. Мир погрузился в хаос, цивилизации канули в Лету, а память о Старых Богах растворилась в песках времени. Однако они не исчезли. Они просто отошли в тень, оставив после себя шёпот в сердцах тех, кто способен слышать.»
Я оторвался от книги, и мне показалось, что библиотека стала темнее. В голове вертелись мысли: что, если магия действительно не просто энергия, а голос чего-то древнего, что смотрит сквозь нас, как сквозь стекло? И если у нас есть покровители — кто они? И какую цену мы платим за их дар?
Иногда, в тишине, когда не оставалось никого, кроме моих мыслей и шёпота древних страниц, я возвращался к одной неудобной истине — я не просто человек. Я — перерожденец. Факт, который должен был бы дать мне ответы, но вместо этого он только умножал вопросы. Эта мысль не давала покоя, как геморрой, напоминая о себе в самые неожиданные моменты.
Если я переродился, значит ли это, что моим покровителем является Эйрис? Её руки, возможно, были последними, что удерживали мою душу перед тем, как поместить её в этот мир. Логично? Возможно. Но тогда почему ключом к магии оказался амулет, подаренный мне Кардиналом? Эта вещь будто открыла для меня не дверь, а целый мир, и я не мог не чувствовать, что за ней скрыто нечто большее, чем просто артефакт. Он словно живёт своей жизнью, пульсируя тёплой энергией, когда я беру его в руки, напоминая о своей силе.
А ещё был перстень с символом Шаорна. Он тоже давал мне способность к магии. Два предмета, два источника силы. Что-то тут не вяжется. Почему именно эти вещи? Почему не просто моя воля или сила духа? Почему моя магия словно заперта и нуждается в ключах? Возможно, магия — это не просто дар, а нечто, требующее доступа, пропуска в мир, который не предназначен для всех. Но если так, то почему у меня целых два таких "ключа"?
Я схватился за голову, чувствуя, как мысли пульсируют тяжестью в висках. Это было не просто раздражение — это было ощущение, что я стою на краю разгадки, но не могу увидеть её из-за густого тумана. Словно ответы были прямо передо мной, но я не мог протянуть руку и ухватиться за них. В голове проносились обрывки разговоров с Веларием, воспоминания о матери и её рассказах о богах, словно всё это было частью одной головоломки, детали которой никак не хотели складываться в цельную картину.
Тогда я вспомнил. В Тиарине есть ещё один маг, кроме меня и Велария. Кассандра, владелица борделя. Она не просто маг — она умело использует свою силу, будто дышит ею. В её движениях, в каждом взгляде, в каждом слове чувствовалась скрытая мощь, словно магия была её второй кожей. Её покровитель, вероятно, Лианна, богиня желаний и страсти. Если так, то, возможно, именно она сможет пролить свет на то, что скрыто за завесой моих сомнений. Ведь кто, как не Кассандра, знает, как использовать магию не просто как инструмент, но как продолжение самой себя?
Я не мог избавиться от ощущения, что Кассандра знает больше, чем показывает. Её уверенность, её загадочные намёки — всё это казалось слишком продуманным, чтобы быть простой игрой. И, возможно, пришло время узнать, что именно она скрывает. Может быть, ответы, которые я ищу, находятся не в древних книгах и не в пыльных храмах, а прямо здесь, в сердце Тиарина, за дверями борделя, где желания и тайны переплетаются в смертельном танце.
Я встал, ощущая, как решение кристаллизуется в сознании. Если есть хоть малейший шанс, что Кассандра может пролить свет на моё происхождение и на природу моей магии, я должен его использовать. В конце концов, иногда, чтобы найти истину, нужно не искать её в свете, а заглянуть в самую темноту.
Я медленно вышел из библиотеки, закрывая за собой тяжёлую дубовую дверь. Холодный ночной воздух ударил в лицо, принося с собой запах старых камней и далёкого моря. На полпути к выходу я столкнулся с Веларием. Он появился из тени, как будто ждал меня там всё это время.
— Нашёл что-нибудь интересное? — спросил он, прищурив глаза, словно пытаясь прочитать ответ на моём лице.
Я откинулся на спинку ближайшей колонны и пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным.
— Ничего особенного, — ответил я, сделав вид, что устал. — Слишком много пыли и старых слов. Думаю, мне просто нужно выспаться.
Веларий прищурился ещё сильнее, словно изучая каждое слово, но, похоже, решил не настаивать.
— Куда направляешься?
— Домой. Спать, — коротко бросил я, уже делая шаг вперёд, чтобы обойти его.
— Сон — мудрый советчик, — отозвался он вслед, и в его голосе прозвучало что-то едва уловимое.
Я не обернулся. Лишь ускорил шаг, чувствуя, как напряжение в груди не уходит, а только растёт. Веларий знал больше, чем говорил. И я — тоже…
Ночной Тиарин встречал меня холодным ветром и пустыми улицами, где тени казались живыми. Я шагал в сторону усадьбы, чувствуя, как мысли крутятся в голове, словно вихрь, от которого не укрыться. Когда я пересёк порог, привычная тишина дома встретила меня, но сегодня она казалась тяжелее обычного.
В своей комнате я быстро сменил одежду на более изысканную: тёмный плащ с глубоким капюшоном, аккуратно расшитая рубашка и перстень, словно напоминание о
